. икона распятия Христова . . христианская психология и антропология .

ЦЕНТР
ХРИСТИАНСКОЙ
ПСИХОЛОГИИ И
АНТРОПОЛОГИИ
Санкт-Петербург

. . . . . . . . .
.
"мы проповедуем
Христа распятого,
для Иудеев соблазн,
а для Еллинов безумие..."
(1 Кор. 1, 23)
 
. . .
  • ГЛАВНАЯ СТРАНИЦА
  • МАТЕРИАЛЫ по христианской антропологии и психологии
  • СЛОВАРЬ по христианской антропологии и психологии
  • ХРИСТИАНСКАЯ АНТРОПОЛОГИЯ - Исторический обзор христианской антропологии

  • . . ХРИСТИАНСКАЯ
    ПСИХОЛОГИЯ И
    АНТРОПОЛОГИЯ
    В ЛИЦАХ
    .
    .
    ГЛАВНАЯ СТРАНИЦА .
    .
    Участники проектов .
    .
    Направления деятельности .
    .
    Публикации, доклады .
    .
    МАТЕРИАЛЫ .
    .
    Библиография .
    .
    Персональная библиография .
    .
    Тематическая библиография .
    .
    Библиотека .
    .
    Библиотека по авторам .
    .
    Библиотека по темам .
    .
    Словарь .
    .
    Проблемное поле .
    .
    Контактная информация .
    .
    .

    Поиск по сайту
     
    .
    . . .

     

    ИСТОРИЧЕСКИЙ ОБЗОР ХРИСТИАНСКОЙ АНТРОПОЛОГИИ

    – ДРЕВНЕХРИСТИАНСКИЙ И СРЕДНЕВЕКОВЫЙ ПЕРИОД ***
    – СОВРЕМЕННАЯ ХРИСТИАНСКАЯ АНТРОПОЛОГИЯ И ПСИХОЛОГИЯ В РОССИИ ***
    – Основные события и мероприятия ***
    – Основные персоналии и публикации ***
    – Истоки, проблемы и перспективы современной христианской психологии ***

     

    ДРЕВНЕХРИСТИАНСКИЙ И СРЕДНЕВЕКОВЫЙ ПЕРИОД

    Надо заметить, что так или иначе на антропологические темы писали очень многие св. отцы, поскольку антропологические идеи использовались в христианстве при обращении к самым разным богословским вопросам. Мы остановимся на основных святоотеческих антропологических работах и на авторах, мысли и идеи которых наиболее важны с антропологической точки зрения. Делать это мы будем в следующем хронологическом порядке, используя традиционное деление истории Церкви: I-IV век – период древнехристианской письменности (мужи апостольские, христианские апологеты и полемисты, родоначальники богословской науки – учители и отцы Церкви); IV век – золотой век богословской и аскетической образованности (аскеты, догматисты, полемисты, экзегеты); после IV века – многочисленные ученики и продолжатели дела отцов первых четырех веков (отцы Восточной и Западной церкви).

    Одним из первых писателей древнехристианского периода, который постоянно обращался к антропологическим (и психологическим) проблемам, был Дионисий Ареопагит († 96 г.) (или тот автор, произведения которого сохранились под его именем). См. напр. его работы "О божественных именах" и "О мистическом богословии" (СПб., 1994). К сожалению, его специальные антропологические работы до нас не дошли, так же, как и его основополагающий труд "О душе" (на который он сам постоянно ссылается).

    Антропологические и психологические проблемы рассматривались ранними христианскими апологетами: Афинагором Афинейским († 180 г.) в работе "О воскресении мертвых" (христ.: Сочинения древних христианских апологетов, 1999, с.92-121), Феофилом Антиохийским († 181 г.) в послании "К Автолику" (христ.: Феофил Антиохийский. 1999. с.128-191), Минуцием Феликсом в "Октавии" (христ.: Минуций Феликс. 1999, с.268-271), Мелитоном Сардийским († 177 г.) в работах "О воскресении", "О вере (или природе) человека", "О слеплении" [= О сотворении человека], "О послушании", "О чувствах", "О вере", "О душе и теле", "О рождении Христа", "О воплощении Бога" (см.: христ.: Сочинения древних христианских апологетов. 1999, с.430), Иустином Философом († 166 г.) в "Разговоре с Трифоном Иудеем" (Сочинения. 2-е изд. М., 1892/ и отрывке работы о воскресении (там же).

    Известный раннехристианский апологет Ермий († 189 г.) в своей работе "Осмеяние языческих философов", выступая против языческой премудрости, останавливается в первую очередь на понимании человеческой души. Кстати, там же он же пишет против переселения душ (христ.: Ермий. 1999, с.197), что является авторитетным подтверждением изначально отрицательной позиции христианской церкви в этом вопросе.

    Выдающемуся христианскому полемисту Иринею Лионскому († 202 г.) пришлось обсуждать и разбирать многие антропологические и психологические положения самых различных еретических учений, чему и посвящен его основной труд "Против ересей" (см.: Сочинения. 2-е изд. СПб., 1900; Творения. М., 1996). Он же одним из первых среди ранних христианских богословов останавливается на проблеме свободы воли (см.: "О том, что люди свободны и имеют способность избрания" (Христианское чтение. 1838. Ч. 3. с.241-253). Он также определенно исповедовал обóжение человека, что может быть признано важной заслугой лионского святителя. Вся восточно-христианская мистическая традиция пойдет именно этим путем (Киприан (Керн). 1996, с.103).

    Не остались в стороне от антропологических тем и родоначальники богословской науки (учители и отцы Церкви III-IV веков).

    Тертуллиан († 211 г.) пишет свои трактаты "О воскресении плоти" (Его же. Избранные сочинения. М., 1994, с.188-248), "О плоти Христа" (там же, с.161-187), а также различные психологических работы (о чем в следующей главе): "О назначении души", "О свидетельстве души", "О душе", в которых он ищет ответы на вопросы о природе и о происхождении души.

    Эти же проблемы и идеи нашли свое место в знаменитых "Строматах" Климента Александрийского († 217 г.) (отд. изд.: Ярославль, 1892; Отцы и учителя Церкви III века. Т. 1. М., 1996, с.30-299). Тема человека всегда интересовала Климента Александрийского, но цельного антропологического учения он не дал (Киприан (Керн). 1996, с.108). Но это, в общем-то, и не входило в его планы. Он больше говорил о спасении человека, он больше проповедовал человеку, чем учил и исследовал, что есть человек (там же, с.108). И этот очень важный, сотериологический, подход к антропологии будет продолжен и развит последующими христианскими богословами и подвижниками.

    Все творчество Оригена († 254 г.) так или иначе вращалось вокруг учения о человеке. Но богословская система Оригена была острой эллинизацией самого христианства, что и привело к неприятию и осуждению оригеновского учения Церковью (христ.: Шмеман. 1993, с.98). Это же относится и к учению Оригена о человеке, которое тесно связано со всей его системой и в котором много предлогов к осуждению Оригена в неправомыслии (Киприан (Керн). 1996, с.112). Одна из важнейших опасностей, содержащихся в оригенизме, заключалась в "спиритуализации" христианства, в "развоплощении" человека. Это была опасность не преодоленного греческого идеализма (христ.: Шмеман. 1993, с.203). По Оригену человеческое предназначение состоит именно в дематериализации: развоплощение, избавление от вещественности необходимо для возвращения к единству с Божественной субстанцией или, лучше сказать для возвращения в эту субстанцию (христ.: Мейендорф. Византийское богословие. 2001, с.52). С другой стороны, у Оригена происходила и непозволительная материализация духовного, например, в идее о сравнительной плотности "эфирных тел" ангелов (христ.: Киприан (Керн). 1995, с.132/ (эта идея в разных формах, иногда появляется в христианстве и теперь).

    Неудивительно, поэтому, что со временем возникало все больше вопросов к антропологическим и богословским положениям оригеновской системы (несмотря на большой личный авторитет самого Оригена). Одним из первых оригеновских критиков стал Мефодий Патарский († 310 г.). Он был человеком образованным, склонным к философии и естественным наукам, добросовестным исследователем, искренним полемистом, хорошо осведомленным в церковном предании богословом (Киприан (Керн). 1996, с.128). В первую очередь он критиковал оригеновские мнения о вечности мира, о предсуществовании душ и о последних судьбах человека и мира. См. его работы: "О Воскресении (Против Оригена)" (Его же. Полное собрание творений. СПб., 1877, с.167-244), "Пир десяти дев" (М., 1996).

    Известно, что в ту эпоху оригеновские идеи критиковал и патриарх Петр Александрийский († 311 г.) – в работе "О том, что душа не существовала прежде тела" (христ.: Филарет (Гумилевский). Т. 1. 1859, с.181).

    Жизнь и труды епископа Киприана Карфагенского († 258 г.) пришлись на период жестоких гонений на христианскую церковь, поэтому антропологические и психологические темы им и рассматриваются под этим углом зрения. См. его работы: "Книга о смертности" (Творения. Ч. 2. 1891, с.250-267), "Книга о благе терпения" (там же, с.291-310), "Книга о ревности и зависти" (там же, с.311-324), "Письмо к Донату о благодати Божией" ( Ч. 1. 1891, с.88-102).

    Перейдем к IV веку – золотому веку богословской и аскетической образованности, знаменитому своими аскетами, догматистами, полемистами, экзегетами.

    В первую очередь остановимся на христианских аскетах, которые "достигли удивительного понимания человеческой души..." (Ч. 2: Соколов. 1898, № 9, с.200). Но это, конечно же, не психология в ее современном понимании. Во-первых, и это очень существенно, аскетическая психология никогда не существовала в отрыве от общего понимания человека (антропологического учения), что современная психология утратила давно и безвозвратно. Во-вторых, аскетическая психология и антропология носили конкретный, практический характер. В-третьих, их практичность заключалась в решении не узких психологических или антропологических задач, а задач духовных. Христианские аскеты "постигли в совершенстве глубину духа человеческого, с его падениями, с его колебаниями, сомнениями не пустыми словоотвлечениями, а непосредственным переживанием этого сложного и длинного процесса восхождения души к Богу..." (христ.: Середович. 1913, с.208).

    Для анализа антропологических взглядов христианских аскетов IV века важны следующие авторы и их основополагающие труды (перечислим их в хронологическом порядке): Антоний Великий († 356 г.) "Духовные наставления" (М., 1998), Ефрем Сирин († 372 г.) "Творения" (М., 1993-1995), Макарий Египетский († 390 г.) "Духовные беседы, послания и слова" (М., 1998). Кроме того, особенно важны их специальные антропологические работы. Ефрема Сирина: "О непостоянстве человеческой воли" (Творения. Т. 5. 1995, с.184-189), "О свободной воле человека" (там же, т. 5, с.24-33), "О свободе нашей и о том, что человек создан свободным" (там же, т. 3, с.396). Макария Египетского: "О свободе ума" (Духовные беседы... 1998, с.442-467), "О возвышении ума" (там же, с.403-417), "Об обращении души к Богу, и соединении с Ним" (Христианское чтение. 1837, ч. 2, с.113-119).

    Далее рассмотрим христианских догматистов, полемистов и экзегетов IV века – эпохи тринитарных споров.

    Первым по времени здесь является Афанасий Великий († 373 г.). Он не дал отдельных антропологических трудов, но "не обинуясь можно говорить, что тему о человеке он почувствовал и осознал" (Киприан (Керн). 1996, с.140). И сделано это было в нескольких взаимодополняющих видах. Во-первых, он богословствовал, созерцая реального, земного, а значит, падшего человека, которого нужно спасать и ради которого и воплотился Бог-Сын. Во-вторых, он указывал пути спасения и разбирал связанные с этим антропологические идеи (см. напр. его работу: "О том, что человек может познавать Бога в душе своим умом, и что душа человеческая разумна и бессмертна" (Христианское чтение. 1837, ч. 4, с.113-125). В-третьих, все его труды пронизаны идеей обóжения человека, которая будет подхвачена и развита последующей богословской традицией. Именно он впервые, ясно и лаконично, выразил эту мысль (в "Слове о воплощении Бога Слова..."): "Оно (Слово Божие – З. Ю.) вочеловечилось, чтобы мы обожились" (Афанасий Великий. 1994, с.260).

    В антропологии Василия Великого († 379 г.) главными темами являются темы падшего состояния человека, лишения его райской чистоты, его смертности (Киприан (Керн). 1996, с.145). См., напр., его богословско-антропологические работы: "Об устроении человека" (Христианское чтение. 1841, ч. 4), "Беседа первая о сотворении человека "по образу..."" (Журнал московской патриархии. 1972. № 1). Те же темы, но в более практическом аспекте, он рассматривал в своих "Подвижнических уставах подвизающимся в общении и отшельничестве" (Творения. Т. 2. СПб., 1911, с.482-530). От толкования библейских текстов он легко переходит к самым важным и насущным духовно-антропологическим проблемам. Предостерегая против ложного спиритуализма в отношении к телу, Василий Великий подчеркивает целостность обóжения всего человека, кроме того, для него принципиально и то, что по воскресении тело, истлевшее во гробе, восстанет для того, чтобы в него снова вселилась душа.

    Христианская Церковь чтит Григория Богослова († 389 г.) как богослова Святой Троицы, но при этом многим мы ему обязаны и в учении о человеке. Он не создал отдельной антропологической системы, но в его словах, стихотворениях и письмах разбросано много мыслей о человеке и его назначении (христ.: Киприан (Керн). 1995, с.89). В его наследии существуют и специальные антропологические работы: "О человеческой природе" (Собрание творений. Т. 2, 1994, с.41-44), "На целомудрие (там же, с.173-174), "О душе" (там же, с.31-35), "К душе своей" (там же, с.114-115), "На гневливость" (там же, с.197-208/ и др. Важной особенностью его антропологических построений является то, что они исходят из его космологии (Киприан (Керн). 1996, с.148). Поэтому он мыслит, что называется, глобально, он смотрит на весь мир целиком и на место человека в этом мире. Он пишет о человеке с большой любовью, он верит в его высокое предназначение. Главное же, для чего создан человек, заключается в его обóжении, совершающемся благодаря воплощению Слова и Божьей помощи.

    Антропологическое учение Григория Нисского († 394 г.) крайне разносторонне. В первую очередь, оно также стоит в тесной связи с космологией (Киприан (Керн). 1996, с.152). Взгляд на человека соизмеряется у Григория Нисского с общим Божьим промыслом о всем мире. Отсюда проистекает важность сотериологических идей в его антропологии. Кроме того, в своем учении о человеке он затрагиваются нравственные, психологические, экзегетические и многие другие темы. Из узко антропологических тем его интересовали в первую очередь следующие: время творения человека и его назначение, образ Божий в человеке, грехопадение человека (и в связи с этим – его искупление и восстановление), свобода воли, деление человека на полы и т. д.

    Из специальных антрополого-психологических работ Григория Нисского можно назвать: "О душе и воскресении" (Творения. Ч. 4. 1862, с.201-326), "Против учения о судьбе" (там же, с.141-177), "О жизни будущей" (Воскресное чтение. 1844, № 11), "К Гиерию о младенцах, похищаемых преждевременною смертию" (Христианское чтение. 1838, ч. 4), "О совершенстве христианина" (Христианское чтение. 1826, ч. 22), "Слово первое. На слова Писания сотворим человека по образу нашему и по подобию" (Христианское чтение. 1840, ч. 3). Наибольшая и по объему, и по известности его работа – важнейший антропологический трактат "Об устроении человека" (Творения. Ч. 1. 1861, с.76-222; новый перевод: М., 1995).

    Для антропологических воззрений Григория Нисского характерным является его светлый и радостный взгляд на будущее и на судьбу человека. И это не просто какой-то наивный оптимизм, а глубоко продуманное и выношенное в себе возвышенное отношение к человеку, происходящее от глубокой веры в то, что человек дорог Богу и любим Им (Киприан (Керн). 1996, с.164-165). Для уяснения антропологических взглядов Григория Нисского важны следующие работы о нем: Мартынов А. "Учение св. Григория еп. Нисского о природе человека" (М., 1886), Несмелов В. "Догматическая система св. Григория Нисского" (Казань, 1887), Скворцов К. "Учение св. Григория Нисского о достоинстве природы человеческой" (Труды КДА. 1865, № 10).

    Иоанн Златоуст († 407 г.) не оставил специальных антропологических трудов. Но все его труды проникнуты тем, что можно назвать практической антропологией – он подходит к человеку с пастырской, педагогической точки зрения (Киприан (Керн). 1996, с.167). В своих многочисленных и красноречивых беседах, толкованиях, проповедях (за что он, по праву, и назван Златоустом – "золотыми устами") он говорил о самых важных и необходимых для каждого человека вещах: о спасении души, об управлении своим телом (через пост и молитву), о воскресении, о человеческом достоинстве, о целомудрии и девственности и т. д.

    Заканчивая обзор антропологических воззрений христианских писателей по IV-й век включительно, необходимо отдельно сказать о работе Немезия еп. Емесского "О природе человека" (Почаев, 1905). Это произведение в истории христианской мысли имеет особое значение. "Прежде всего, это первая попытка систематической антропологии в нашей патристики. Немезий дает интересный синтез философии и христианского богословия. Он стоит на уровне современных ему научных требований. Он затрагивает не только вопросы гносеологии, экспериментальной психологии и аскетики, но ставит и проблемы назначения и достоинства человека..." (Киприан (Керн). 1996, с.183). Может быть, его работе свойственен некоторый эклектизм и в некоторых отдельных вопросах, даже, влияние неоплатонизма (там же, с.176).

    О нем см.: Владимирский Ф. С. "Антропология и космология Немезия, епископа Емеского в их отношении к древней философии и патристической литературе" (Житомир, 1912), Григорьев К. "Немезий епископ Эмесский и его сочинение "О природе человека"" (Казань, 1901).

    Кроме того необходимо сделать важное дополнение к анализу эпохи тринитарных споров. В это время, разбирались не только частные антропологические проблемы. В это время был получен ответ на наиболее важный антропологический вопрос – что такое есть человеческая личность. Правда, этот антропологический результат получился в результате чисто богословской работы – догматических определений Вселенскими соборами соотношения лиц (ипостасей) Божественной Троицы. Как пишет архим. Киприан (Керн) о христианских богословах, занимавшихся тринитарной проблемой: "так как старания их были направлены в сторону уточнения терминологии, то тем самым, что они определили различие между "сущностью" и "ипостасью" в Божестве, они сослужили великую службу и для науки о человеке, дав понятие того, что есть Ипостась" (Киприан (Керн). 1996, с.138). "Каппадокийцы дали богословское определение лица. Они нашли, благодаря этому, метафизическое обоснование для Ипостаси человека, ноумен человеческой личности, т. е. осмыслили богословско-персоналистическую ценность человека" (там же, с.139). При этом, им удалось больше, чем древней философии, в том числе больше, чем Плотину, выяснить, что есть бытие в Ипостаси (там же, с.138). Об этом мы скажем подробнее в подглавке о христианской личности.

    Перейдем к периоду после IV века – к многочисленным ученикам и продолжателям дела христианских отцов первых четырех веков.

    В первую очередь, это отцы восточной и западной Церкви времен Третьего (Ефесского) и Четвертого (Халкидонского) вселенских соборов.

    Начнем с блаж. Августина († 430 г.). Раскрытие тех или иных антропологическо-психологических проблем встречается практически во всех его работах. Особенно см.: "Исповедь", "О граде Божием", "О Троице" (все эти работы есть в русских переводах). Есть у него и специальные психологические работы: "О бессмертии души", "О количестве души". Именно антропологическое учение бл. Августина составляет центр тяжести всей его учено-литературной деятельности. Оно-то собственно и доставило ему ту славу и известность, которыми он издавна пользуется в западном богословском мире (Писарев. 1894, с.I). Его антропологическая система явилась ответом на современные ему вопросы и в то же время учением, стремившимся в противоположность лжеучению манихейства, пелагианства и полупелагианства уяснить в сознании верующих истинный смысл христианского учения о человеке в его отношении к Богу (там же, с.4).

    Об антропологических воззрениях бл. Августина см.: Гусев Д. В. "Антропологические воззрения бл. Августина" (Православный собеседник. 1874, № 7), Катанский А. Л. "Учение о благодати Божией в творениях св. отцов и учителей Церкви до бл. Августина" (СПб., 1902), Писарев Л. "Учение бл. Августина о человеке в его отношении к Богу" (Казань, 1894), Попов И. В. "Экстаз и откровение в системе бл. Августина" (В память столетия Московской духовной академии. Сб. Ч. 2. М., 1915, с.455-508), Баткин Л. М. ""Не мечтайте о себе". О культурно-историческом смысле "я" в "Исповеди" бл. Августина" (М., 1993).

    Все писания Иоанна Кассиана Римлянина († 435 г.) (Сергиев Посад, 1993; репр. переизд.: М., 1892/ пронизаны насквозь антропологическими и психологическими темами. А некоторые из их глав посвящены антропологии целиком. Так, например, он пишет о духовно-антропологических проблемах тела: "Для сохранения чистоты души и тела недостаточно одного воздержания от пищи" (О постановлениях киновитян. Кн. 5, гл. 10), "Один Христос пришел в подобии плоти греха" (Собеседования Египетских подвижников. Соб. 22, гл. 11), "Слово плоть не в одном значении принимается" (Собеседования Египетских подвижников. Соб. 4, гл. 10). Он пишет также и о христианской антропологии сердца: "О желании спокойствия сердца" (Собеседования Египетских подвижников. Соб. 1, гл. 7). О его же многочисленных психологических идеях и текстах мы скажем в следующей главе.

    В "Творениях" (М., 1860/ Исидора Пелусиота († 436 г.) затрагиваются многие антропологические вопросы. Два его письма посвящены теме души: "О душе. Письмо пресвитеру Дигиптию" (Творения. Ч. 3. М., 1860, с.29), "О душе. Письмо врачу Проэспию" (там же, с.29-34/ (о чем в следующей главе).

    Весьма важно творение Кирилла Александрийского († 444 г.) "Против антропоморфитов", в котором он раскрывает проблему образа Божия в человеке (христ.: Филарет (Гумилевский). Т. 3. 1859, с.112). Христологической проблеме, центральной для христианской антропологии, посвящена его работа "О вочеловечении Господа" (Христианское чтение. 1847, ч. 3, с.165-238). Он учит об обóжении человека через воплощение Иисуса Христа. Именно его стараниями на Ефесском вселенском соборе были опровергнуты неправославные богословско-антропологические мнения Нестория.

    Нил Синайский († 450 г.) в своих "Творениях" (М., 1858-1859/ пишет о составе человека, о правильном подходе к телу, о самопознании и других антропологических темах (кроме того, он высказывает много интересных психологических наблюдений, о которых мы скажем в следующей главе).

    В лице Феодорита епископа Киррского († 457 г.) восточное богословие эпохи христологических споров синтезирует то, что было сказано его предшественниками и сглаживает те острые углы, которые были между антиохийской и александрийской богословскими школами (Киприан (Керн). 1996, с.191). Он защищал учение о двух природах в одном Лице Иисуса Христа, что теперь и исповедуется как православная формулировка догмата о Боговоплощении. Основываясь на христологии он пишет и об антропологии: "О природе человека" (Христианское чтение. 1846, ч. 4).

    Диадох еп. Фотики (вт. пол. V в.) в многополезном своем "Подвижническом слове" (Добротолюбие. 2-е изд. Т. 3. М., 1900, с.8-74/ пишет о важнейших антропологических темах: об образе и подобии Божием, самовластии и свободе, очищении и исцелении души, просветлении ума, хранении зрения и других органов чувств и т. д.

    Сделаем некоторые выводы и дополнения об этом периоде. Его суть заключалась не только в дальнейшей разработке отдельных антропологических проблем, но и в соотнесении антропологии с христологией, человека с Богочеловеком. Как в свое время никейско-капподокийское богословие было всецело занято борьбой за единосущие, за определение понятий "сущности" и "Ипостаси", так и напряжение богословской мысли в эпоху Ефесского и Халкидонского вселенских соборов было поглощено, в первую очередь, христологической проблемой. Но последняя имеет особую важность для антропологии. В христологии главное внимание было сосредоточено на взаимоотношении божественной и человеческой природ, следовательно, тема о человеке стояла в центре этих споров, хотя бы и заслоненная темой о Богочеловеке (Киприан (Керн). 1996, с.184).

    А теперь обратимся к св. отцам, подвизавшимся и творившим после Четвертого вселенского собора. Это – многочисленные христианские аскеты, подвижники, продолжатели святоотеческого умного делания, жившие и творившие после V в. (мы остановимся на трудах только некоторых из них – более подробное исследование этого периода, безусловно, является делом будущих работ множества авторов).

    Знаменитая "Лествица" Иоанна Лествичника († 563 г.), неоднократно переиздававшаяся на русском языке (см. библиографию), является кладезем не только аскетической мудрости, но и богословских, антропологических и психологических идей (для развернутого анализа которых понадобилось бы отдельное издание).

    То же в полной мере относится и к "Руководству к духовной жизни" (переизд.: М., 1995/ авторитетнейших христианских подвижников – Варсонофия Великого и Иоанна Пророка (VI в.). Кроме того, на них постоянно ссылаются при необходимости критики мнений Оригена, Евагрия и Дидима (см.: Христианское чтение. 1827, ч. 25, с.257-270).

    О практическом душепопечении и о связанных с этим антропологических проблемах писали: авва Фалассий († 600 г.) в своих "Творениях" (М., 1894), авва Дорофей († 620 г.) в "Душеполезных поучениях и посланиях" (М., 1995/ (см. также его работы: "Наставление в смирении" (Христианское чтение. 1827, ч. 25), "О совести" (Христианское чтение. 1829, ч. 25/).

    Отдельно необходимо сказать о Исааке Сирине (сер. VII в.), известном христианском подвижнике. На русском языке его трудов издано немного, но и одни его "Слова подвижнические" (М., 1993; репр. переизд.: Сергиев Посад, 1911) содержат в себе все основные темы святоотеческой антропологии и психологии. Подробно и основательно Исаак Сирин описывает антропологию и психологию ветхого человека, с его страстями. Далее он указывает последовательный и постепенный путь аскетического преображения человека, на котором используются и очищаются все силы души. Отдельной, важной и большой темой при этом является очищение сердца. Это – целая наука, подробно описанная в святоотеческой литературе.

    Удивительно, как Исаак Сирин взвешенно относится к телу. Являясь аскетом и строгим постником, он знает, как держать тело "в руках", но при этом избегая двух крайностей: чрезмерной к нему строгости, или, наоборот, потаканий и поблажек. Он пишет: "Когда тело немощно, и будешь принуждать его к делам, превышающим силы его, тогда в душу твою влагаешь омрачение за омрачением и вносишь в нее большое смущение. А если тело крепко, и предаешь его покою и праздности, то в душе, обитающей в этом теле, возникает всякое зло" (христ.: Исаак Сирин. 1993, с.411). Неоднократно он пишет об "усовершании себя", которое, однако, никакого отношения не имеет к "самореализации" или "самоактуализации" в гуманистической психологии. По Исааку Сирину оно есть "глубина смирения" и "оставление всего видимого и невидимого (видимого, т. е. всего чувственного, и невидимого, т. е. мысленного) и попечения о том" (там же, с.205).

    Тему очищения сердца продолжает и развивает и другой христианский богослов и тайнозритель – Максим Исповедник († 662 г.). Он пишет: "Человек, очистивший сердце свое, не только уразумеет свойства творений Божиих, но, прошедши всю лествицу оных, узрит, по возможности, и самого Бога" (христ.: Максим Исповедник. 1835, ч. 1, с.263). Это является исполнением евангельского слова о том, что чистые сердцем узрят Бога (Мф. 5, 8). А в стремлении к Богу и в благодатном приобщении к Нему и заключается суть обóжения, которое по Максиму Исповеднику и является целью сотворения человека. Он считает, что на этом духовном пути необходимо правильное попечение и о душе, и о теле. При этом он видит в теле "соработника" в служении лучшему, которого нужно охранять от сластей (пресыщения) и от болезней (недостачи).

    Вообще, необходимо подчеркнуть, что антропология Максима Исповедника в целом является антропологией христоцентричной (Киприан (Керн). 1996, с.234). Исходя из этого, он вносит существенное уточнение в вопрос о человеческой воле. Являясь борцом за дифилитство (учение о двух волях у Иисуса Христа), он не мог оставить без внимания такой важный антропологический вопрос (там же, с.232-233).

    Анастасий Синаит († 686 г.) в истории учения о человеке занимает видное место. Он, как и современные ему полемисты против монофизитства, смотрел на все богословские вопросы, в том числе и на антропологию с точки зрения христологической. В его писаниях чувствуется, что под учение о человеке подводится прочный богословский фундамент. Немаловажно также и то, что его подход к богословско-антропологическим темам повлиял на Григория Паламу. Не занимаясь специально антропологией и не посвятив учению о человеке самостоятельного труда, св. Анастасий, тем не менее, подошел к теме о человеке с разных сторон, начиная от проблемы создания человека, и заканчивая его назначением и достоинством (Киприан (Керн). 1996, с.202-205).

    Иоанн Дамаскин († 777 г.) известен в первую очередь как автор основополагающего труда "Точное изложение православной веры" (переизд.: Ростов н/Д, 1992), в котором дан подробный анализ не только основных богословских, но и антрополого-психологических христианских идей. Широкий спектр антропологических проблем Иоанн Дамаскин затрагивает в своих полемических работах: "О свойствах двух природ во едином Христе Господе нашем, а попутно и о двух волях и действиях и одной ипостаси", "Против манихеев", "Слово против несториан", "О сложной природе против акефалов", "Беседа сарацина с христианином" и др. (см.: Творения. М., 1997). Важны также его краткие рассуждения "Об образе Божием" и "О природе человека" (см.: христ.: Филарет (Гумилевский). Т. 3. 1859, с.262).

    Являясь синтезатором и, в каком-то смысле, эклектиком, Иоанн Дамаскин использует широкий круг богословских и философских идей. О последнем, во избежание некоторых недоразумений, необходимо сказать, что Иоанн Дамаскин, "заимствуя, посредственно или непосредственно, формы языческой научно-философской антропологии и приспособляя их к христианской догматике, заполняет их совершенно новым, живым христианским содержанием" (Пантелеймон иером. 1914, с.494). Это необходимо всегда помнить, чтобы не встать на скользкий (и не плодотворный) путь изучения христианства с точки зрения его "заимствований" из дохристианских религиозных и философских учений.

    Феодор Студит († 826 г.) – выдающийся аскет, деятель и писатель. Его "Подвижнические монахам наставления" (Добротолюбие. Т. 4. М., 1901) являются фактическим уставом монастырской жизни, который чтится и используется до сих пор. Феодор Студит призывает к обóжению, стяжанию Бога. При этом он говорит, не меньше и не больше, как о вселении в истинного христианина Отца и Сына и Святаго Духа, т. е. всех ипостасей Святой Троицы. Но путь к этому неимоверно сложен и долог и требует душевных и телесных трудов (особенно он любит напоминать о последних). Им также не забывается и аскетическое "возделывание души" – через трезвение, бодрствование, пост и молитву.

    В лице Фотия, патриарха Константинопольского († 891) православная мысль воплощается в форму богословского синтеза. Не пытаясь, подобно Иоанну Дамаскину, построить законченную систему теологии, он по всему складу своих писаний и методу богословствования является синтезирующим умом (Киприан (Керн). 1996, с.246). Эта же его установка проявилась и в его антропологии. Прекрасно начитанный в отеческой мудрости, он синтезировал и пояснял целый ряд антропологических вопросов, которые еще не приняли форму догматических истин, соборно осознанных церковью. Главным методом этой работы является христология, а поэтому он строит не просто антропологию, а антропологию христологически обоснованную. Именно такая антропология обеспечивала правильное отношение к человеку, исключая ненужный лже-спиритуализм (который в то время особенно ярко проявлялся у манихеев). Безусловно, подобный подход также актуален и в наше время, когда в новых формах появляются различные старые манихейские, гностические и прочие, казалось бы уже позабытые, идеи.

    Подобный же подход характерен и для Симеона Нового Богослова († 1032 г.) – выдающегося христианского мыслителя (недаром называемого "Новым Богословом"), подвижника и мистика. Для него тело – сотрудник в подвигах. В его аскетизме нет малокровного спиритуализма в отношении к человеческой плоти (Киприан (Керн). 1996, с.236). Он учит о высоком достоинстве человека, о том, что во всем видимом творении нет ничего выше человека. Но также он учит, что человек в своем грехопадении изменил своему предназначению, а значит он нуждается в восстановлении и очищении. На этом аскетическом основании и строится духовная антропология Симеона Нового Богослова, которая продолжает и развивает святоотеческое положение об обóжении человека. Благодаря Симеону Новому Богослову древнехристианское аскетическое делание, получило более законченные формы, так что при изучении этого вопроса мимо него пройти просто невозможно. Как писал еп. Феофан Затворник: "Симеон Богослов – сокровище неоцененное. Сильнее всех он внушает ревность о внутренней благодатной жизни" (христ.: Феофан Затворник. Вып. 5. 1994, с.223).

    Феофилакт Болгарский († 1085 г.) – знаменитый византийский богослов, широко известный своими комментариями на книги Ветхого и Нового Заветов. В этих комментариях он приводит основные положения христианской антропологии, переосмысляя и развивая дальше некоторые из них. Интересно и своеобразно трактует он место человека в мире, совмещая в одной мысли и важность человека для Бога и его греховность. Толкуя евангельскую притчу о заблудившейся овце (Мф. 18, 12), он пишет, что под сотнею овец можно разуметь все разумные твари, а под одной овцой – человека разумной природы. Таким образом, когда человек заблудился, то его взыскал добрый пастырь, оставив другие девяносто девять овец.

    Вообще для Феофилакта Болгарского характерно требовательное отношение к человеку, который должен понести много трудов по очищению и образованию себя. И в этом его позиция принципиально расходится с западным розово-слащавым отношением к человеку (что особенно характерно для многочисленных современных "гуманистических" направлений и учений). Последние исходят из того, что "все люди изначально хорошие", а в последнее время, для подтверждения этого они ссылаются на христианское учение об образе Божьем в человеке. По Феофилакту Болгарский человек может быть не только носителем образа Божия, но и носителем образа князя мира сего. В связи с евангельским изречением "отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу" (Лк. 20, 25), он пишет: "Каждый из нас носит на себе или образ Божий, или образ князя мира. Когда мы уподобимся кесарю, становясь сыновьями дьявола, мы носим на себе его образ. Сей-то образ должно отдавать ему и отвергать, дабы он имел свое при себе, а в нас не находил ничего принадлежащего ему" (христ.: Феофилакт Болгарский. 1911, с.452). Это имеет прямое подтверждение и в слове Божием. Когда иудейские фарисеи, являвшиеся лицемерами, очищающими внешность, но внутри полными хищения и неправды, также заявили, что "одного Отца имеем, Бога" (Ин. 8, 41), Иисус Христос прямо им заявил: "Ваш отец диавол; и вы хотите исполнять похоти отца вашего" (Ин. 8, 44).

    Григорий Синаит († 1310 г.) – выдающийся византийский подвижник и известнейший писатель-исихаст. Он всячески содействовал развитию деятельно-созерцательного аскетического идеала и был одним из авторитетных проповедников исихазма. Его антропологическое и психологическое учение особенно важно тем, что исходит из глубины его собственного духовного опыта и основывается на всей предыдущей святоотеческой традиции. В основе его антропологии лежит учение об образе Божьем в человеке. Он призывает к единению с Христом, и показывает основные этапы и трудности на этом пути. При этом он предостерегает не искать прежде времени того, что бывает в свое время. Таким образом, для него важна последовательность и постепенность духовного возрастания, этапы которого он определяет через понятие духовного возраста. Анализируя действие страстей, он описывает подробную психологию греха, показывая, что нет ни одной части души, с которой не воевал бы князь злобы. Так же обстоятельно и подробно он пишет о психологии прелести, хранении ума, борьбе с фантазией, построении лестницы добродетелей и т. д. См. его работы: "Главы о заповедях и догматах, угрозах и обетованиях" (Добротолюбие. Т. 5. М., 1900, с.180-216), "Наставление безмолвствующим" (там же, с.216-227), "О безмолвии и молитве" (там же, с.227-237). Есть новый перевод его трудов: Творения. Пер. с греч., прим. и послесл. еп. Вениамина (Милова). М.: Новоспасский мон., 1999.

    О Григории Синаите см.: Алексий (Дородницын) еп. "Византийские церковные мистики 14-го века" (Его же. Полное собрание сочинений. Т. 1. Саратов, 1913, с.3-140), Петр (Пиголь) игумен "Преподобный Григорий Синаит и его духовные преемники" (М., 1999).

    К периоду расцвета исихастского движения относится и имя Никифора Уединенника (Монаха) († 1340 г.). Русскому читателю он известен практически как автор одного "Слова о хранении и трезвении сердца" (Добротолюбие. 2-е изд. Т. 5. М., 1900, с.239-251). Но, подобно тому, как для возведения стены нужны камни разной величины и формы, так и в духовных стенах церковного здания каждый св. отец нужен и важен по-своему. Никифор Уединенник был аскетом-практиком, продолжившим святоотеческую традицию хранения сердца (сердце же, как мы уже подчеркивали, является одним из важнейших понятий христианской антропологии). Его "Слово" является не только важнейшим литературным источником по этой теме, но и живым духовным свидетельством, в котором проявилась сокровенная глубина его личностного опыта.

    Важнейшие темы святоотеческой антропологии и психологии были продолжены и развиты в трудах Григория Паламы († 1359 г.) – выдающегося христианского богослова, подвижника, защитника исихазма.

    Паламитский синтез в богословии явился дальнейшей конкретизацией в сфере антропологии. Практически все антропологические темы, так или иначе, попали в его поле зрения, причем всегда и во всех темах он старается увидеть их духовно-сотериологические стороны. Так, например, он много писал в защиту тела, которое, по его мнению, только еретики называют злом и изваянием лукавого. Для него же тело есть орудие души, которое, по мере очищения и преображения души, также преобразится. Останавливается он и на проблеме связи души и тела, решая ее и не в духе абстрактного спиритуализма, и не в духе психофизического параллелизма. Он пишет об особом соединении души и тела – их сопряжении. Интересно, что в этом сопряжении особую роль играет сердце – что непонятно для академической антропологии, но совершенно обоснованно в исихастской традиции умного делания. В этом же ключе он пишет и о различных психологических проблемах, соединяя их с душеспасением (о чем в следующей главе).

    О Григории Паламе и его антропологии см.: Киприан (Керн) архим. "Антропология св. Григория Паламы" (М., 1996), Мейендорф И. Ф. "Жизнь и труды святителя Григория Паламы" (СПб., 1997), Модест (Стрельбицкий) игум. "Святый Григорий Палама, митрополит Солунский" (Киев, 1860), Соколов И. И. "Св. Григорий Палама, архиепископ Фессалоникийский, его труды и учение об исихии" (СПб., 1913), Алексий еп. "Византийские церковные мистики" (Православный собеседник. 1906, № 1-6).

    На личности св. Григория Паламы мы и закончим нашу беглую хронологию святоотеческой антропологии. Святоотеческая традиция, конечно же, не заканчивается на Григории Паламе – в прямом смысле ее названия к ней относятся все христианские святые, вплоть до нашего времени. И в идеале, конечно же, хотелось бы продолжить эту хронологию до Игнатия (Брянчанинова), Феофана Затворника, Иоанна Кронштадтского, оптинских старцев и, по возможности, вплоть до святых, канонизированных совсем недавно. Но, понятно, что это большая и сложная задача, требующая дальнейшей разработки.

    Рассматривая целиком период после Четвертого вселенского собора, можно отметить, что в это время происходит дальнейшее развитие христианской антропологии. После анализа взаимоотношения божественной и человеческой природ в Богочеловеке, стало возможным индивидуально-антропологическое соотнесение полученных формулировок. При этом отдельные антропологические темы рассматривались в контексте целостного процесса спасения, очищения и духовного становления человека. Святоотеческая антропология ветхого человека подробно анализировала последствия грехопадения человека и указывала единственно возможный путь его преодоления – свободное обращение человека к Богу за благодатной помощью в этом (ибо только своими силами человек это сделать не в состоянии). Не менее подробно христианские св. отцы останавливались и на антропологии нового человека – того человека, каким он может стать через свое обращение, покаяние, очищение, освящение и обóжение (уподобление Богу по благодати).

    В самое заключение данного исторического обзора необходимо сделать несколько общих выводов, касающихся христианской антропологии вообще.

    Во-первых, можно заметить, что в развитии христианской антропологии наблюдаются постепенность и аккумулятивность (накапливаемость). Последнее заключается в том, что последующие христианские богословы при исследовании каких бы то ни было антропологических тем всегда обращались и обращаются сначала к наследию своих предшественников (при этом не только дополняя их, но и где надо критически переосмысливая их идеи, как это было, например, с Оригеном). Кстати, споры и разномыслия при этом никак ни плохи, ни хороши сами по себе: плохи – если они приводят к ереси, отколу от церковного тела, и хороши – для нахождения более точных церковных формулировок (что, безусловно, необходимо делать и в наше время). По поводу таких, позитивных, "разномыслей" ап. Павел писал: "Ибо надлежит быть и разномыслиям между вами, дабы открылись между вами искусные" (1 Кор. 11, 19).

    Постепенность же в становлении христианской антропологии не связана, как в научной антропологии, с накоплением эмпирического материала и его последующим теоретическим осмыслением. Христианская антропология развивалась по другим законам, являясь частью христианского богословия и повторяя его исторический путь.

    Во-вторых, даже этот беглый обзор основных святоотеческих работ показывает, что антропологические проблемы занимали в них достаточно важное место. Совершенно неверно, как иногда утверждают, что в христианстве нет антропологии, или что она "мало разработана". Просто это – другая антропология: антропологические проблемы и ставились, и решались в христианстве совсем по-другому, чем в современной академической антропологии. К выяснению этих отличий мы сейчас и переходим.

     

     

    СОВРЕМЕННАЯ ХРИСТИАНСКАЯ АНТРОПОЛОГИЯ И ПСИХОЛОГИЯ В РОССИИ

    ОСНОВНЫЕ СОБЫТИЯ И МЕРОПРИЯТИЯ

    Хронологическое начало нашей работы не случайно совпало с годами перестройки: до этого времени, по большому счету, и речи не могло быть не только о христианской психологии, но и о психологии "с человеческим лицом" (см.: "Психология с человеческим лицом: гуманистическая перспектива в постсоветской психологии". М.: Смысл, 1997).

    Но надо отдать должное активности психологов: как только внешнее идеологическое давление государства немного ослабло, они не преминули воспользоваться этим, чтобы обратиться к религиозной, христианской тематике (правда, были и такие, которые в поисках духовности ушли "дорогой на Восток", или просто в оккультизм). Итак, уже в апреле 1990 года на факультете психологии Московского университета состоялся первый семинар, посвященный психологии и религии. В дальнейшем он стал регулярным, получив наименование "Семинара по христианской антропологии", и проходил до 1994 года под руководством Б. С. Братуся и ставших затем священниками Бориса Ничипорова и Иоанна Вавилова.

     

    В 1990-е годы в Ленинграде-Петербурге священником Владимиром Цветковым был создан и проводился семинар по христианскому символизму, на котором затрагивались и многие проблемы христианской антропологии и психологии. Для более подробного и целенаправленного обсуждения последних тем из семинара выделилась секция православных психологов (под руководством Л. Ф. Шеховцовой). Многие современные православные психологи Санкт–Петербурга так или иначе связаны с секцией и семинаром. Ряд старейших участников семинара опубликовал в 1995 г. статью (Владимир (Цветков) о., Веселова Е. К., Волохонская Е. Я., Манеров В. Х., Черняева С. А., Шеховцова Л. Ф. Предмет и метод православной психологии (/ Психология и христианство. М., 1995, с.79-80), явившуюся фактически программным манифестом петербургских христианских психологов, объединенных семинаром по христианскому символизму и общим личным и профессиональным интересом к христианской психологии. В статье подчеркивалось, что православная психология должна иметь ориентацию на святоотеческий дух. Были разделены ее практические и теоретические задачи. В качестве наиболее важной задачи указывалось на необходимость дальнейшего воцерковления самого психолога, занимающегося в русле православной психологии.

     

    В феврале 1993 г. на кафедре общей психологии факультета психологии МГУ усилиями Б. С. Братуся, Б. В. Ничипорова и Г. Н. Плахтиенко была организована специализация по психологии религии, а фактически – по христианской психологии.

     

    В 1994 г. появилась работа свящ. Бориса Ничипорова "Введение в христианскую психологию: Размышления священника-психолога" (М., 1994), открывшая собой жанр публикаций подобной тематики (подробнее – см. персоналии).

     

    В 1995 г. вышел сборник: "Начала христианской психологии. Учебное пособие для вузов. Отв. ред. Б. С. Братусь" (М.: Наука, 1995). Это первое в отечественной истории учебное пособие подобного рода. Оно было написано можно сказать интернациональным коллективом авторов (не только отечественных, но и из Польши и Германии) и издано благодаря программе "Обновление гуманитарного образования в России" (для чего сборник участвовал в открытом конкурсе "Гуманитарное образование в высшей школе" и вошел в число его победителей). Сборник появился очень своевременно, потому что, во-первых, существующие христианские психологи нуждались в "легализации" своего мировоззренческого статуса и, во-вторых, среди них назрела необходимость в обсуждении целого ряда своих специальных проблем. Сборник с успехом выполнил возложенную на него задачу – особенно первую, в меньшей степени – вторую. Как любое начинание, сборник не лишен и некоторых недостатков, главным из которых является отсутствие общего плана, как следствие этого – некоторые темы христианской психологии либо освещались мимоходом, либо вообще не затрагивались.

    Содержание сборника: Братусь Б. С. "Место человека в истории отечественной психологии", Его же. "Российская психология на перепутье", Воейков В. Л. "Научное мировоззрение и христианское сознание", Воробьев С. Л. "Онтологические образы психологии", Введенский Р. Б. "Основания христианской антропологии", Слободчиков В. И. "Реальность субъективного духа", Анджей Белат о. "Иосиф Обручник, икона отца", Салаври Е. С. "О молитве Иисусовой. Путь духовного опыта", Мусхелишвили Н. Л. "Религиозный метод и "духовные упражнения" св. Игнатия Лойолы", Флоренская Т. А. "Диалог в работе христианского психолога".

     

    В сентябре 1995 г. усилиями московских христианских психологов состоялся диалог по теоретическим и практическим вопросам христианской психологии: "Психология и христианство: Путь интеграции" (Под ред. А. В. Махнач. Международная конференция, Москва, 7-9 сентября 1995 г. М., 1995). Сама конференция имела много положительных моментов, как в общенаучном плане, так и в смысле личных контактов, но, к сожалению, многое из этого осталось за рамками публикуемого сборника с его краткими тезисами с их вынужденной схематичностью. Тем не менее, и имеющийся материал сборника дает общее представление об актуальности проблем христианской психологии и предлагаемых способах их решения.

    Некоторые работы сборника: Братусь Б. С. "Христианская психология как новое движение в России", Бухина О. Б. "Психологические предпосылки ухода в секты и христианский психотерапевтический ответ", Александр Геронимус прот. "Дух и Душа: взаимосвязь духовной и психической жизни человека", Реан А. А. "Идеи христианства в "психологии смысла" и логотерапии В. Франкла", Хоружий С. С. "Феномен "умных чувств" в мистике православия", Владимир (Цветков) о., Веселова Е. К., Волохонская Е. Я., Манеров В. Х., Черняева С. А., Шеховцова Л. Ф. "Предмет и метод православной психологии".

    В 1997 г. конференция переместилась в Санкт-Петербург. По ее материалам издан сборник: "Психология и христианство: путь интеграции" (3-я междунар. конференция. СПб., 10-13 мая 1997 г. СПб.: ИМАТОН, 1997). В конференции участвовало много западных коллег – психологов, психотерапевтов, протестантов по вероисповеданию. Рассматривалось много практических вопросов христианской психологической помощи: воспитание детей, супружеские проблемы, депрограммирование жертв тоталитарных сект и культов (проводились специализированные авторские семинары-тренинги). О самой конференции: Шеховцова Л. Ф. "III Международная конференция "Психология и христианство: пути интеграции"" (Вопросы психологии. 1997, № 5, с.147-151).

    Основные работы сборника: Иванов М. Д. "К вопросу о генезисе духовного опыта: система верований как субъективное описание реальности", Копытин А. И. "Христианская персонология – от мифа к психологической эмпирии", Шеховцова Л. Ф. "Эвристическая ценность христианской концепции человека для современной психологии", Трофимова И. А. "Актуальные проблемы христианской психологии", Грошев И. В. "Мужчина, женщина и христианство", Филипповская О. В. "Христианское понимание брака", Шишкина О. В. "Межличностные отношения супругов с библейских позиций", Владимир (Цветков) о. "О православной психотерапии", Гассин Э. "Психология прощения", Овчинникова В. Ю. "О роли духовного роста в становлении личности психолога и психотерапевта", Разумова М. А. "К вопросу о социально-психологических особенностях священнослужителя", Стренг Д. "Выбор секулярной или христианской антропологической модели, и его последствия для практической психотерапии".

     

    В 1996 году при православном центре "Живоносный источник" появилась Психологическая служба. Сам центр возник на базе семейной воскресной школы храма в честь иконы Божией Матери "Живоносный Источник" в Царицыне. Духовник – настоятель храма в честь иконы Божией Матери "Живоносный Источник" прот. Георгий Бреев. Директор школы – Ирина Николаевна Мошкова, кандидат психологических наук, специалист в области семейной психологии. В 2006 г. психологическая служба преобразовалась в самостоятельную некоммерческую организацию Православная психологическая служба "Семейное благо", которая стала первой психологической православной консультацией, действующей по благословению Патриарха Московского Алексия II.

     

    С 1997 г. в Санкт-Петербургской Академии постдипломного педагогического образования (бывшем Университете педагогического мастерства), проводится ежегодная конференция "Служба практической психологии в системе образования". Одна из его секций каждый раз включает работы по христианской психологии и антропологии (естественно, с педагогическим уклоном). По результатам работы секции и конференции выходят их материалы, см., например, самые последние: "Служба практической психологии в системе образования" (СПб.: СПбАППО, 2007).

    Некоторые работы оттуда христианско-психологического содержания: Берсенева Т. А., Зейналова З. А. "Воспитательный потенциал традиционного уклада жизни и потребность в изменении демографической ситуации", Зенько Ю. М. "Психолого-педагогические выводы из христианского определения личности", Рубцов А. А. "Вера и разум в духовной традиции европейской культуры", Скроцкий Ю. А. "Нравственные и духовные аспекты психотерапии", Шеховцова Л. Ф. "Достижения и неудачи гуманистической психологии".

     

    Важными событиями для интересующихся христианством психологов и психотерапевтов стали специальные выпуски по христианской психологии Московского психотерапевтического журнала. Первый из них появился в 1997 г. и затем, начиная с 2003 г., они выходят регулярно. В настоящее время существует шесть выпусков: 1997, № 4 (18); 2003, № 3 (38); 2004, № 4; 2005, № 3 (46); 2006, № 3 (50); 2007, № 3 (54); 2008, № 3 (58); 2009, № 3; 2010, № 3; 2011, № 3; 2012, № 3; 2014, № 5; 2015, № 5.

    Приведем основные работы, опубликованные в выпусках, начиная с последнего:

    – В 2016 г. специального выпуска по христианской психологии не было.

    – Консультативная психология и психотерапия. 2015, № 5. Специальный выпуск "Христианская психология. Эмпатия".

    Содержание: Антоний митр. Сурожский "Стоит ли жить"; Нырков Андрей свящ. "Религия и человек в безрелигиозном христианстве Дитриха Бонхёффера"; Василюк Ф. Е. "Христианская психология: "история" и "география". Статья 1. Опыт периодизации"; Василюк Ф. Е. "Христианская психология: "история" и "география". Статья 2. Разметка пространства"; Дроздов Д. С. "Структура психотерапевтической ситуации в православно-ориентированном подходе"; Филоник М. С. "Психологический анализ феноменов искажений религиозного опыта"; Шаньков Ф. М. "Религиозное и духовное совладание. Обзор западных исследований"; Гросицкая М. К. "Некоторые аксиологические предпосылки человекоцентрированного подхода"; Бусыгина Н. П., Силкин А. И. "Параллельный процесс в супервизии: история понятия и объяснительные модели"; Карягина Т. Д. "Эмпатия как метод: философский взгляд"; Карягина Т. Д. "Профессионализация эмпатии: постановка проблемы"; Шермазанян Л. Г. "Мотивация помогающего поведения в контексте житейской и профессиональной помощи"; Кричевец А. Н., Солодушкина М. В. "Отношение "Я-Другой" в одной специальной ситуации общения".

    – Консультативная психология и психотерапия. 2014, № 5. Специальный выпуск "Христианская психология и антропология".

    Содержание: Антоний митр. Сурожский "О последних пределах"; Нырков Андрей свящ. "Безрелигиозное христианство Дитриха Бонхёффера: психологический феномен?"; Хоружий С. С. "Функции и формы вербальности в духовных и близких к ним антропологических практиках"; Инина Н. В. "Фанатизм как деструктивная форма веры"; Кричевец А. Н., Солодушкина М. В. "Мужество быть. Жизнестойкость и вера"; Братусь Б. С. ""Психика" и "личность" в отсутствии "души" и "духа""; Василюк Ф. Е. "Типы духовного совладания"; Мещеринов А. А. "Три эпизода из жизни волонтера".

    – В 2013 г. специального выпуска по христианской психологии не было.

    – Консультативная психология и психотерапия. 2012, № 3. Христианская психология.

    Содержание: Инина Н. В. "Позитивное мировоззрение и бытие человека – возможные точки соприкосновения"; Коган И. М. "Роль личности психолога в консультировании: два случая из практики"; Легостаева М. В. "Формирование христианского мировоззрения как составляющая психотерапевтического процесса"; Лоргус А. "Человек"; Миронова М. Н. "Помыслы как смысловые структуры"; Никитина С. В. "Понимание любви и смирения в богословской мысли архимандрита Софрония (Сахарова)"; Руслина А. О. "Периодизация процесса переживания горя в психологии в сопоставлении с некоторыми положениями православного богословия"; Филоник М. С. "Опыт консультирования при храме: анализ случая работы с внутриличностным конфликтом"; Чурсанов С. А. "Богословское понимание человека как образа Божия и антропологические модели христианской психологии"; Шеховцова Л. Ф. "Экзистенциальные аспекты возрастной психологии"; Шувалов А. В. "Методологические установки психологического человекознания".

    – Консультативная психология и психотерапия. 2011, № 3. Специальный выпуск по христианской психологии.

    Содержание: Легостаева М. В. "О месте православной психотерапии в преодолении невротических расстройств", Войчешек Кшиштоф "Отчаяние", Егорова Э.Б. "Взгляд на психические заболевания в свете христианской антропологии", Овсянников С. "Быть собой", Волохонская Е.Я. "Евангельские исцеления и онтологическая типология человека", Гаврилова Т.П. "Природа переживания гнева в научно-психологической и святоотеческой литературе", Миронова М.Н. "Альтернативная интерпретация результатов естественно-научного исследования Иисусовой молитвы", митр. Игнатий (Пологрудов) "Проблема самосознания в святоотеческом понимании", Филоник М.С., Дроздов Д.С. "Представления православных психотерапевтов о специфике своей профессиональной деятельности", Инина Н.В. "Опыт исследования субъективных представлений о вере".

    – Консультативная психология и психотерапия. 2010, № 3.

    Содержание: Антоний митр. Сурожский "Во свете твоем", Коган И.М. "Трудности и радости диалога. Из опыта работы", свящ. Андрей Лоргус, Красникова О.М. "Вина и грех", Шеховцова Л.Ф. "Личность: богословские представления и психологические теории", Борисова О.А., Гусев В.В., Дробашенко Т.Г., Пятницкая Л.Н., Слоневский Ю.А., Комиссарова С.А. "Опыт конфессионально-ориентированной реабилитационной работы с психическими больными, основанной на анализе их религиозного мировоззрения", Стулберг М. "Возьми свой крест", Леонов В. "Свобода человека во Христе и без Христа", свящ. Андрей Лоргус "Категория личности в христианской психологии", Хоружий С.С. "Естественная теология в свете исихастского боговидения", Войтенко Т.П. "Постнеклассическая перспектива современной психологии: сопряжение науки и религии", Миронова М.Н. "Представления о свободной воле в психологии, ориентированной на христианскую антропологию".

    – Московский психотерапевтический журнал. 2009, № 3.

    Содержание: Антоний митр. Сурожский "Психология и Религия", Шеховцова Л.Ф. "Особенности православной психотерапии и консультирования", свящ. Василеос Термос "«Духовность» в ересях и сектах с точки зрения психиатрии, психодинамики и пастырского богословия", Миронова М.Н. "О насилии и принудительной жертвенности в светской и религиозной жизни", Филипповская О.В. "Неэвклидова геометрия: памяти Н.Л. Трауберг", Трауберг Н.Л. "О смирении и достоинстве", Белорусов С.А. "Психопатологическая систематика личностных расстройств и учение о «страстях» в аскетической православной традиции", Непомнящих И.А. "О различении понятий личности и природы человека в Православии", Братусь Б.С. "Психология и духовный опыт", Шувалов А.В. "Психологическое здоровье в свете христианского мировоззрения", прот. Сергий Бельков "Наркотическая аддикция как страсть и православный опыт ее преодоления".

    – Московский психотерапевтический журнал. 2008, № 3 (58), июль-август. Специальный выпуск по христианской психологии.

    Содержание: свящ. Георгий Завершинский "Богословие диалога", Сочивко Д. В. "Духовно-ориентированный подход в рамках гештальт-терапии: формирование понятийного аппарата", Константин (Горянов) архиеп. Тихвинский "Становление личности и стратегия жизни св. прав. Иоанна Кронштадтского и Георгия Гапона", свящ. Евгений Ефремов "Богословско-психологические основания воспитания "трудных детей"", Белорусов С. А. "Два типа религиозно-ориентированной психотерапии", Паттерсон У. Дж. "Библейская модель брака как основа пастырского консультирования", Филоник М. С. "Особенности консультирования при православном храме", Проценко Е. Н. "Терапевтическое сообщество в лечении наркомании", Зернов А. В. "Терапевтическая община в России", Зенько Ю. М. "Современная христианская психология и антропология в России"; Международная конференция православных психотерапевтов во Флориде.

    – Московский психотерапевтический журнал. 2007, № 3 (54), июль-сентябрь. Специальный выпуск по христианской психологии.

    Содержание: Антоний митр. Сурожский "Мистицизм", Кричевец А. Н. "О месте христианской психологии в системе наук", Слободчиков В. И. "Христианская психология в системе психологического знания", Братусь Б. С. "Заметки о внешнем оппонентном круге христианской психологии", Стома В. В. "К православной психотерапии", Инина Н. В. "Психология религии как пересечение научного и религиозного взглядов на мир", Герасимов С. А. "Совесть как феномен духа", Донец В. В., Федунина Н. Ю., Шерягина Е. В. "Мотив утешения у передвижников", Гаврилова Т. П. "Интеграция личности как цель психотерапевтической помощи верующим", Мошкова И. Н. "Что есть "Семейное благо"?", Мьюз С. "Духовенство и кризис", Лысюк Л. Г. "О возможности обретения смысла в критических жизненных ситуациях", Власенко И. И. "Великорецкий крестный ход", Белорусов С. А. "Презентация модальности: религиозно-ориентированная психотерапия".

    – Московский психотерапевтический журнал. 2006, № 3 (50), июль-сентябрь. Специальный выпуск по христианской психологии.

    Содержание: Лоргус Андрей свящ. "Христианская психология в пространстве гуманитарной парадигмы", Левченко Евгений свящ., Стома В. В. "Некоторые подходы к построению православной психологии и психотерапии", Чурсанов С. А. "Богословский концепт личностного образа бытия как онтологический фундамент антропологических моделей православной психологии", Миронова М. Н. "О духовном кризисе", Мьюз С. "В лабиринте человеческой личности", Редигер Дж. "В обсуждение вступает психиатр", Стефан Пламли свящ. "Богословские размышления", Жаке Д. "Комментарий пастырского психолога: православное понимание пастырского консультирования", Мьюз С. "Путешествие продолжается: послесловие к "случаю Теда"", Гассин Э. "Обряд прощения: психологическое, социальное и духовное становление человека", Белорусов С. А. "Православие и производные от него психотерапевтические парадигмы".

    – Московский психотерапевтический журнал. 2005, № 3 (46), июль-сентябрь. Специальный выпуск по христианской психологии.

    Содержание: Антоний митр. Сурожский "Достичь своей высоты"; свящ. Алексий Лихачев "Духовно-нравственная жизнь в категориях психологии"; Ф.Е. Василюк "Влияние молитвы на смысловую работу переживания"; М.Н. Миронова "Категория “развитие” в психологии и христианской антропологии"; свящ. Вадим Коржевский "Немощный сосуд (очерк женской психологии)"; В.В. Абраменкова "Агиологическая психология детской святости"; Д.В. Новиков "Религиозно-аскетическое понятие "страсть": психологический и клинический аспекты"; А.Н. Шапкина "Работа с обидой"; иером. Ншан (Петросян), Л.Ф. Шеховцова "Навыки психологического консультирования в пастырском душепопечении"; Б.А. Воскресенский "Психиатрия и религия: проблема разграничения нормы и патологии"; Семинар Института Синергийной Антропологии; Конференция в Свято-Тихоновском университете.

    – Московский психотерапевтический журнал. 2004, № 4. Специальный выпуск по христианской психологии.

    Содержание: В. И. Слободчиков "О перспективах построения христиански ориентированной психологии"; Л. Ф. Шеховцова "Психотерапия и духовная практика христианства"; С. С. Аверинцев "Брак и семья: несвоевременный опыт христианского взгляда на вещи"; С. Мьюз "Эрос, аскетизм и брак: неразрывная связь?"; Л. Г. Лысюк "Христианская модель семьи как основа семейного консультирования"; Ф. Е. Василюк "Исповедь и психотерапия"; С. А. Черняева "Христианская психологическая поддержка самореализации личности"; О. Л. Янушкявичене "Воля, устремленная к Небесам"; Антоний митр. Сурожский "Уверенность в невидимом"; Б. А. Воскресенский "Некоторые аспекты клинического подхода к душевнобольным верующим"; Ф. Е. Василюк, А. Ф. Копьев, Е. В. Загородная "Разговор об о. Борисе Ничипорове"; И. Н. Мошкова "Священник, психолог, педагог"; Чтения памяти Т. А. Флоренской; Летняя школа "Православная психология 2004"; Конференция "Мировоззрение и психология" в Бресте.

    – Московский психотерапевтический журнал. 2003, № 3 (38), июль-сентябрь. Специальный выпуск по христианской психологии.

    Содержание: С.С. Хоружий "Дискурсы внутреннего и внешнего в практиках себя", М.Н. Миронова "Построение лестницы развития/регрессии в христиански-ориентированной психологии", М.Ю. Колпакова "Корни тревоги", Л. Ф. Шеховцова "Самооценка, аутентичность и любовь к себе", Т.А. Флоренская "Святоотеческое учение о страстях и психотерапия", Ф.Е. Василюк "Молитва и переживание в контексте душепопечения", митр. Антоний Сурожский "О страхе Божием и об исповеди", И.Н. Мошкова "Единство духовных и психологических компонентов воспитания", М.В. Баязитова "Опыт работы православного психолога в церковном приходе", Элизабет Гассин "Православие и проблема прощения"; Интервью с о. Виктором (Гусевым) "Помочь понести тяготы на пути к спасению"; Е.Л. Майданович Памяти митрополита Антония Сурожского"; Слово памяти: Валерий Викторович Петухов.

    – Московский психотерапевтический журнал. 1997, № 4 (18). Специальный выпуск по христианской психологии.

    Содержание:

    Предисловие редактора "Христианская психология", Б.С. Братусь "Христианская и светская психотерапия", А.Ф. Бондаренко Русская психология: кризис идентичности", митр. Антоний Сурожский "Духовность и душевность", С.С. Хоружий "К феноменологии аскезы", О.Б. Ковалевская "Психология и отношение к больному человеку в медицине", игумен Евмений "Пастырская помощь душевнобольным", Жан Ванье "Депрессия", Ф.Е. Василюк "Методика терапевтического облегчения боли", Е.В. Шерягина "Post scriptum к статье о боли", М. Лейцингер-Болебер, Х. Кэхеле "От Кальвина до Фрейда: исследование когнитивных изменений в ходе психоанализа", Х. Томе, Х. Кэхеле "Как мы работаем и пишем вдвоем".

     

    В 1999 г. официально зарегистрировано Общество православных врачей Санкт-Петербурга имени свят. Луки (Войно–Ясенецкого), архиеп. Крымского, под председательством прот. Сергия Филимонова. При Обществе организован Душепопечительский центр, в котором оказывается, в том числе, и психологическая помощь, в первую очередь пострадавшим от различных оккультных практик, наркозависимым, страдающим алкоголизмом и т. д. С самого начала работы Общества в нем существует секция православных психологов и психиатров, проводящих свои семинары (руководитель Л. Ф. Шеховцова). Традиционно в конце года православные психологи и психиатры отчитываются о своей работе на заседаниях Общества: обычно один доклад посвящен психологической, и один – психиатрической тематике.

    Некоторые публикации:

    – "Расширенное заседание Общества православных врачей Санкт–Петербурга 8-10 мая 2001 года, посвященное вопросам православной психотерапии, психологии, церковного душепопечения и проблеме оккультного поражения человека" (СПб., 2001); одна из статей сборника называется "Критерии применимости психотерапевтических методов с позиции христианского учения о человеке" (авторы: Швецов Валерий прот., Шеховцова Л. Ф., Снетков В. М., Ошко Н. В., Бондарев Н. В., Лепехин Н. Н., Любегина Г. В., Рачкова В. А.); статья явилась кратким описанием результатов работы семинаров секции православных психологов и психиатров, на которых анализировались психологические и психотерапевтические методы; с точки зрения христианского мировоззрения нежелательно и вредно использовать такие методы, которые подавляют волю пациента (гипноз, различные формы суггестии), формируют психологическую зависимость от врача (психоанализ), уводят человека от реальных проблем в мир иллюзий, приводят человека к измененным состояниям сознания, явно или скрыто манипулируют человеком; в качестве обобщения, выявлены основополагающие принципы и разработаны соответствующие критерии и шкалы, по которым может быть оценена любая психологическая или психотерапевтическая методика на предмет ее применимости православными психологами;

    – "Православная Церковь и современная медицина. Сборник. Под общей ред. свящ. Сергия Филимонова" (СПб.: Общество святителя Василия Великого, 2000); большой коллектив авторов, священников, врачей, психологов и психотерапевтов, проанализировал с православной точки зрения основные методы и направления современной медицины, начиная с обычных, классических и кончая "народной медициной", "иглорефлексотерапией" (китайским лечением иглами) и "уринотерапией"; критикуются методы оккультной медицины, рассматриваются проблемы "оккультной болезни" (адептов сект и деструктивных культов); некоторые статьи сборника: Елисеев Владимир свящ. "Оккультная медицина и недозволенные Богом способы отверзения чувств" (разбор и критика методов раджа-йоги, мантра-йоги, агни-йоги и последствий самовольного отверзения чувств при их помощи); Филимонов Сергий свящ., Гнездилов А. В., Шеховцова Л. Ф., Ошко Н. В. "Вопросы психобезопасности населения" (оценка духовной, психической и психологической безопасности на примере новой азартной игры "Magic the gathering", проведенная по запросу родителей школьников, обеспокоенных распространением среди своих детей подобных игр);

    – "Особенности душепопечения в преклонном возрасте. Под ред. свящ. Сергия Филимонова" (СПб.: О-во свят. Василия Великого, 2003).

     

    С 2000 г. в Санкт-Петербурге проводится Покровский форум (приуроченный к празднику Покрова Божией Матери), организуемый Российским государственным педагогическим университетом им. А.И. Герцена, Санкт–Петербургской Православной духовной академией, вузами города и отделами Петербургской епархии. Традиционно секция по православной психологии проводится на психолого–педагогическом факультете РГПУ им. А.И. Герцена. Организаторы – В. Х. Манеров, Е. К. Веселова.

    В 2007 г. в рамках Покровского форума был также организован и круглый стол "Психология и христианство: конфронтация или сотрудничество?", который провела Русская христианская гуманитарная академия (ведущие: Ю. М. Зенько, Л. Ф. Шеховцова и М. В. Руднева).

     

    С 2000 г. в Санкт-Петербурге проходят Знаменские чтения (в честь Знаменской иконы Божией Матери), организуемые Академией постдипломного педагогического образования и Санкт-Петербургской Православной духовной академией. Чтения приняли характер межрегиональных и международных – в них участвуют ученые и священнослужители из многих городов России, Украины, Белоруссии, Прибалтики. По материалам чтений публикуются сборники докладов.

    Некоторые религиозно-психологические доклады 2000-2004 гг.: "Байдакова М. Ю. "Анализ принципов построения консультативной работы (на материале сопоставления клиенто-центрированного подхода К. Роджерса и духовных бесед психолога)", Виноградов Андрей свящ. "Психология жизни и смерти. О бессмертии души", Гассин Э. "Самоотверженная любовь к другим как верх человеческого совершенства: свидетельства Священного Писания, трудов преподобного Максима Исповедника и недавних исследований альтруизма и межличностного прощения", Зенько Ю. М. "Современное образование, психология и христианство", Курникова Л. П. "Лень как психологическая и духовная проблема", Черняева С. А. "Преодоление последствий психологических травм в христианской психологической помощи", Швецов Валерий свящ. "Взаимодействие пастыря с психологами и врачами в деле душепопечения", Шеховцова Л. Ф. "Представления о личности в современной психологии и христианстве", Юревич Димитрий свящ. "Психологические типы в Учительных книгах Ветхого Завета".

     

    В Москве с 31 января по 3 февраля 2001 г. в гуманитарном корпусе МГУ прошла ежегодная Богословская конференция Свято-Тихоновского богословского института, в рамках которой работала секция "Христианская антропология и современная психология". В ее работе приняли участие свыше 400 психологов, психотерапевтов, педагогов, богословов, священнослужителей из многих районов России, а также из Белоруссии и США.

    В дни работы секции были заслушаны 32 доклада, основные из которых мы приводим:

    Асмолов А. Г. "Критика экспериментального разума: душа, духовность и психика", Слободчиков В. И. "Психологическая антропология: становление человеческого в человеке", Фомин А. Г. "Православная психология: взгляд психолога", Абраменкова В. В. "Социальная психология детства в свете православия";

    – иером. Феофан Крюков представил математическую модель внимания в применении к медитации и молитве, опираясь на учение св. Феофана Затворника; Семенов В. Е. рассказал о результатах социологических исследований православной ментальности в России; Скурат К. Е. – об основных направлениях христианской антропологии в соответствии с учением св. Афанасия Великого; Манеров В. Х. – о феномене совести и ее значении в структуре самопознания личности; Артамонов Г. Н. предложил трехсоставную модель постижения человека и его духовной жизни; Дворецкая М. Я. предложила программу курса "Святоотеческая психология"; свящ. Владимир Елисеев указал на сложности соотношения академической психологии и святоотеческого учения; свящ. Вадим Леонов говорил о границах психологического исследования; Снетков В. М. представил модель совершенного человека как образец для его воспитания и развития, основываясь на святоотеческом учении; трудностями и успехами в области пастырской психологии и психотерапии поделился игум. Евмений, а с критикой данного направления выступил Н. А. Лайша; о практике профконсультирования говорила Е. Ф. Шубина; Мошкова И. Н. рассказала об опыте психологической помощи семье как новому виду социального служения Церкви; Шеховцова Л. Ф. говорила о проблеме личности в психологической и богословской литературе; Медведев М. Ю. критиковал теорию К. Юнга с позиции святоотеческого учения; Гессен Е. говорила о психологии прощения, Юревич Д. – о понятии любви в библейской антропологии; подвел итоги работы секции прот. Владимир Цветков.

    О секции см.: Абраменкова В. В., Слободчиков В. И. "Христианская антропология и современная психология" (Вопросы психологии. 2001, № 2, с.147-151).

     

    В 2002 г. при Российском православном институте св. Иоанна Богослова был создан психологический факультет – первая структура подобного рода в системе православного образования. Факультет был создан усилиями свящ. Андрея Лоргуса, психолога по первому образованию, который стал первым деканом факультета. Образовательная программа составлена на основании государственного стандарта по специальности "Психология", с добавлением религиозного и специального компонентов: православные вероучительные предметы, православная культура, нравственная антропология, психология религии, святоотеческая психология, приходское консультирование, психология страстей, духовно-нравственное развитие личности, психология фанатизма и др. При факультете работает Научно-исследовательский центр психологической коррекции детей и подростков, являющийся одновременно и научной лабораторией и практическим служением Церкви.

     

    30 января 2002 года в рамках Х Рождественских чтений состоялась секция "Христианская антропология и психология". Ведущим был о. Андрей Лоргус, декан факультета психологии РПУ св. апостола Иоанна Богослова.

    Прозвучали доклады: А. В. Махнач "Семейная психотерапия и православная традиция", Е. Гассин "Самоотверженная любовь к другим, как верх человеческого совершенства: свидетельства Священного Писания, трудов преп. Максима Исповедника и недавних исследований альтруизма и прощения", С. С. Хоружий "Антропологические следствия энергийной онтологии православия", Ф. Е. Василюк "Пределы психологической практики в христианском пастырском руководстве", диакон Андрей Кураев "Мужчина и женщина: прочтение Библии", прот. Владимир Шмалий "Понятие личности и ипостаси в современной антропологии", прот. Борис Ничипоров "Психолого-педагогические антиномии праздничной стихии", Е. И. Неганова "Богословский аспект половой дифференциации", А. А. Потехина "Антропология Михаила Пселла", Н.А. Чичерина "О пренатальной психической жизни младенца", Ю. В. Максимов "Женский образ Духа Святого у Святых Отцов и писателей ранней Церкви".

     

    29-30 января 2003 г. в Москве в рамках XI Международных Рождественских образовательных чтений была проведена секция "Православная антропология и психология". Заседание секции проходили в Психологическом институте РАО. В ее работе приняли участие ученые, священники из многих регионов России, Белоруссии, Украины, Литвы и т. д. Вступительное слово свящ. Андрея Лоргуса было посвящено проблемам интеграции психологии и христианства.

    Далее выступили:

    – прот. Борис Ничипоров с докладом "Психология поступка";

    Братусь Б. С. "Академический формат христианской психологии: методология и практика";

    Василюк Ф. Е. "История психотерапевтических упований";

    Махнач А. В. "Духовность и психотерапия";

    Мошкова И. Н. "Духовные и психологические корни социальных недугов";

    – прот. Игорь Старынин рассмотрел некоторые аспекты богословия брака; Лайши Н. А. рассказал о становлении пастырской психиатрии; Меликов В. В. продолжил тему слова; Неганова Е. И. посвятила свой доклад богословскому осмыслению проблемы пола; Стефанович И. А. остановилась на отдельных вопросах концепции христианской психологии; Харьковский А. Н. поделился опытом практической работы с детьми, болеющими онкологическими заболеваниями.

    Подробнее о работе секции см.: Неганова Е. И. "Православная антропология и психология" (Вопросы психологии. 2003, № 2, с.149-153).

     

    14-18 мая 2003 г. в Москве состоялась Вторая международная конференция "Наука и богословие: антропологическая перспектива". Она была организована Библейско-богословским институтом св. апостола Андрея при поддержке Фонда Джона Темплтона (США). По материалам конференции вышел сборник трудов: "Наука и богословие: Антропологическая перспектива" (М.: Библейско-богословский ин-т св. апостола Андрея, 2004).

    Некоторые доклады оттуда: Филарет митр. Минский и Слуцкий "Слово на открытии международной конференции "Наука и богословие: антропологическая перспектива"", Александр Шимбалев свящ. "Наука, псевдонаука и религия: проблемы веры и познания", Баранцев Р. Г. "Тринитарный архетип единства", Козлова Н. П. "Людвиг Венцлер как представитель современной немецкой католической антропологии", Копейкин Кирилл прот. "Богословие и естествознание в антропологической перспективе", Назаров В. Н. "Антропологический смысл теогуманизма (обоснование Богочеловеческой этики)", Стародубцева Л. В. "Христианские концепции памяти и забвения: опыт философско–антропологической интерпретации", Цехмистро И. З. "Научная картина мира последних двадцати лет: коренное изменение антропологической перспективы". См. также: Хейз Ричард "Евангелие от Иоанна и послания Иоанна: любовь друг к другу" (Страницы. 2004, № 9:2, с.163-186).

     

    В июне 2003 г. в Санкт-Петербурге проводился III Съезд Российского психологического общества. На нем выявилась интересная и важная тенденция: в настоящее время существует достаточно большой и неподдельный интерес психологов к духовно-религиозной тематике (конечно, не только к одному христианству, было несколько докладов и оккультной направленности). Тем не менее, секция конференции "Современные проблемы психологии религиозного сознания" (руководители Л. Ф. Шеховцова и Г. В. Акопов) фактически превратилась в международный семинар по христианской психологии: там были православные психологии не только из разных регионов России, но и из ближнего зарубежья, особенно много из Украины.

    Основные темы докладов: Гарскова Г.Г. "Стыд и покаяние", Зенько Ю.М. "Христианство и современная психология", Ходырева Е.А. "Ценности православных психологов", Черняева С.А. "Современная практическая психология и христианство", Шеховцова Л.Ф. "Эвристический потенциал христианского учения о человеке для современной психологии", Татаркина Н.И. "Духовность личности – путь к самореализации", Азарнова А.Н. "Деструктивный культ: последствия для личности (о некоторых личностных особенностях бывших членов тоталитарных религиозных объединений)".

     

    В 2003 году Российским Православным Университетом св. Иоанна Богослова совместно с Психологическим институтом РАО был организован Методологический семинар по христианской психологии. Инициатором его создания был Борис Ничипоров, председателем является священник Андрей Лоргус. Цель семинара – обсуждение проблем становления христианской психологии, решение терминологических и методологических задач, открытие новых тем и проектов. Учредительное заседание состоялось 15 апреля 2003 года. В рамках этого семинара предполагалось обсуждать возможности именно православной (а не просто христианской) психологии и психотерапии. Весной 2007 г. в связи с организационными трудностями семинар приостановил свою работу.

    Перечислим основные темы семинаров (в хронологическом порядке):

    – 2003 г.: "Блеск и нищета современного духовного образования. Психолого-педагогический этюд" прот. Борис Ничипоров; "Страсть. Богословский и психологический аспекты" Д. Новиков и свящ. А. Лоргус; "Понятие вины, чувства вины и греха в психотерапии";

    – 2004 г.: "Понимание психологических защит с позиции христианской психологии" Д.В. Новиков и А.Г.Фомин; "Покаяние и психотерапия" Ф.Е. Василюк; "Покаяние и исповедь. Опыт психологического понимания " свящ. Андрей Лоргус; "Психологический портрет американской религиозности" Т. Глебова; "Христианская психология. История и перспективы" А. Кремлев; "Ступени аскезы. Психологический подход к оценке религиозности" свящ. Андрей Лоргус; "Христианский подход к пониманию механизма образования психопатологического симптома" Д. В. Новиков;

    – 2005 г.: "Психотерапевтическая практика и пастырское окормление: сравнительный психологический анализ" свящ. Андрей Лоргус; "О невротической природе некоторых грехов" Т. П. Гаврилова; "Духовно–ориентированная психотерапия" Д. В. Новиков и А. Герман; "Антропология Берта Хеллингера" Е. И. Красникова и О. М. Красникова; "Особенности детско-родительских отношений в православных семьях. Из опыта консультирования" Мошкова И.Н.; "Богословское понятие личности ("просопон")" в православной психологии" Чурсанов С. А.; "Проблема понимания аутизма в христианской психологии" Сошинский С. А.;

    – 2006 г.: "Сакральное и профанное в личности человека" свящ. Андрей Лоргус; "Размышления о предмете христианской психологии" Братусь Б. С. и Кричевец А. Н.; "Страсти и бесстрастие" Гаврилова Т. П.; "Христианский взгляд на парадигму "общность – созависимость", и её практическая применимость в аддиктологии и христианском консультировании" Проценко Е. Н.; "Образ мира: конструкт или прозрение" Инина Н. В.; "Культ – как методологический принцип психологии религии" свящ. А. Лоргус; "Понимание категории самоотношения в христианской психологии" Красникова О. М.;

    – 2007 г.: "Введение христианско-богословского понимания личности в научную психологию" свящ. Андрей Лоргус.

     

    28-29 января 2004 г., в рамках XII Рождественских чтений, состоялось заседание секции "Христианская антропология и психология" и круглый стол на тему "Христианская психотерапия и церковное душепопечение". Круглый стол был организован и проведен факультетом консультирования МГППУ, ведущие – Ф. Е. Василюк и свящ. Андрей Лоргус. Состоялось выступление авторов специального выпуска Московского Психотерапевтического журнала, посвященного христианской психологии и психотерапии: Ф.Е. Василюка, М.Н. Колпаковой, И.Н. Мошковой, С.С. Хоружего.

     

    В 2005 г. был создан Институт Синергийной Антропологии, главным направлением работы которого является исследование феномена человека с позиций синергийной антропологии, принципы которой опираются на опыт мировых духовных традиций, в первую очередь, православного исихазма. Руководит ИСА автор всего направления исследований, известный философ, крупный исследователь исихастской духовной традиции и, шире, антропологического измерения мировых духовных практик, С.С. Хоружий. Соруководитель института – О.И. Генисаретский.

    11 мая 2005 г., в рамках Института Синергийной Антропологии, начал действовать открытый научный семинар "Актуальные проблемы феномена человека" (руководители – С.С. Хоружий, О.И. Генисаретский), в работе которого принимают участие и христианские психологи. В частности, в феврале 2007 г. на заседании семинара свой доклад на тему "Культурно-антропологические условия возможности психотерапевтического опыта" представил Василюк Ф.Е. (доклад был затем опубликован в журнале "Культурно-историческая психология" за 2007 г.), а в марте 2008 г. свящ. Андреи Лоргус выступил с докладом "Категория опыта в христианстве и психологии".

    24 мая 2005 года в Православном Свято-Тихоновском гуманитарном университете состоялась конференция "Богословские основы православной антропологии в психологии". Открыл конференцию докладом "Душа как психологическая категория" свящ. Андрей Лоргус. Свящ. Вадим Леонов выступил с докладом "Антропологический идеал совершенства". Он подчеркнул, что выбор определенной антропологической модели определяет любую научную деятельность, обращенную к человеку. Исходным основанием для антропологических исследований могло бы стать представление об идеальном человеке, которое для христианина, как откровение, даровано во Христе.

    Л. Ф. Шеховцова в докладе "Теоретико-методологическая основа категориального аппарата православной психологии", выделив ряд отличий православной психологии от секулярной, рассмотрела соотношение тримерии в христианской антропологии (тело-душа-дух) и представлений об уровнях строения человека (биологический уровень – психофизиологический уровень – уровень сознания), а также ряда других понятий.

    Доклад Ю. М. Зенько "Возможность и необходимость целостного подхода к проблемам христианской антропологии и психологии" обращал внимание на методологию современной христианской антропологии, которая часто либо узка, либо эклектична. В противовес этому предлагался принцип целостности, который взаимно соединял бы и сопоставлял все стороны и проблемы внутри христианской антропологии, а также связывал бы саму антропологию со всеми сторонами христианского учения – христологией, сотериологией, экклезиологией и т.д.

    В завершение конференции состоялось общее обсуждение и подведение итогов, во время которого возникла дискуссия о проблемах и методах практической психологии и психотерапии, их оценке с точки зрения христианского взгляда на человека и образ его бытия.

    Более подробно о конференции см.: Конференция в Свято-Тихоновском Университете (/ Московский психотерапевтический журнал. 2005, № 3.

     

    1 февраля 2006 года в рамках XIV Международных Рождественских образовательных чтений в Москве проходила секция православной психологии. Были следующие доклады: Герасимов С. А. "Рефлексия как психологический механизм личностного развития и условие самопознания и самопринятия личности", Красникова О. М. "Самоотношение и развитие личности в раннем детском возрасте", Янушкявичине О. А. "Забытый Христос", игум. Евмений (Перистый) "Постигая тайны мужской души", Швецова С. А. "О роли отца в жизни ребенка", Меликов В. В. "Методики православной психологии в современном культурном контексте", Дворецкая М. Я. "Антропология Снегирева и Несмелова", свящ. Андрей Лоргус "Опыт методологического анализа психологических категорий: психика и личность".

    3 февраля 2006 года в рамках XIV Международных Рождественских образовательных чтений состоялось учреждение Православного общества психологов. В этом приняли организационное участие декан факультета психологии РПУ свящ. Андрей Лоргус, зав. кафедрой общей психологии МГУ Б. Братусь, декан факультета психологического консультирования МГППУ Ф. Василюк, директор Института развития дошкольного образования Российской академии образования В. Слободчиков. Но в настоящее время Общество так и не преодолело организационные проблемы и фактически не существует.

     

    31 января – 1 февраля 2007 года в рамках XV Международных Рождественских образовательных чтений в Москве проходила секция "Святоотеческое наследие и православная антропология" (К 70-летию со дня кончины русского философа и богослова Виктора Ивановича Несмелова).

    Основные доклады: свящ. Андрей Лоргус "Понятие сердца в учении о страстях", архиеп. Константин "Религиозно-философская антропология Виктора Несмелова", свящ. Вадим Коржевский "Православная святоотеческая психология как пропедевтика аскетики", Белов В. Н. "Вера и знание в антропологии В. Несмелова", Дорошин И. А. "Восточно-христианский дискурс в антропологии В. Несмелова", Веселова Е. К. "Православная концепция совести русского церковного мыслителя П. И. Казанского", Коржова Е. Ю. "Значение святоотеческого учения о страстях для психологии жизненного пути личности", Дворецкая М. Я. "Предмет и метод святоотеческой психологии", Серова О. Е. "Преемственность святоотеческой традиции представлений о человеке в учении классического славянофильства", Гусева Е. П. "Психологическое содержание в духовном наследии архимандрита Бориса (Холчева)", Морозова Е. А. "Святоотеческий подход к дезадаптации личности", Шиманская О. К. "Антропологические искания обновленческого направления в православии на рубеже XIX–XX веков", Фокин А. Р. "Учение о соотношении души и духа в христианском богословии II–IX вв.".

     

    12 апреля 2007 г. в Санкт-Петербурге Русской Христианской гуманитарной академией проводилась научно-практическая конференция "Психея и Пневма".

    На пленарном заседании были сделаны следующие доклады:

    – "Христианская психология как педагогическая проблема" – ректора Академии Дмитрия Кирилловича Бурлака;

    – "Соотношение между духовным православным деланием и психологической практикой" – Шеховцовой Ларисы Филипповны, д. п. н., преподавателя кафедры психологии Академии постдипломного педагогического образования и Санкт-Петербургской Православной Духовной академии;

    – "Исследование христианских нравственных представлений" – Черняевой Светланы Анатольевны, к. п. н., преподавателя кафедры психологии Академии постдипломного педагогического образования и католического колледжа;

    – "Христианский подход в психологическом консультировании" – Рудневой Марии Викторовны, к. п. н., декана факультета психологии РХГА.

    После пленарного заседания был проведен круглый стол "Проблемное поле православной антропологии и психологии" (ведущие – Ю. М. Зенько и Л. Ф. Шеховцова). В его работе участвовало около 70 человек: студенты и преподаватели Русской Христианской Гуманитарной Академии, православные психологи, философы, педагоги, преподаватели из разных вузов и институтов Санкт-Петербурга и Санкт-Петербургской Православной Духовной Академии. Присутствовавшие священники приняли заинтересованное и активное участие в обсуждении проблем круглого стола.

    Основными задачами круглого стола были следующие: 1) сконцентрировать свое внимание на понимании человека с православной (а не общехристианской) точки зрения; 2) от общего поверхностного анализа перейти к выяснению основ соответствующих идей и проблем; 3) основное внимания уделить уже имеющимся примерам негативных явлений, неточностей и ошибок, встречающихся у современных авторов, пишущих на темы православной антропологии и психологии; 4) особо остановиться на проблеме языковой и концептуальной аутентичности – соответствия имеющихся и предлагаемых антропологических и психологических идей современному православному богословию и святоотеческой традиции (здесь возможно ввести разную степень ее градации – от просто "неудачных выражений" до использования не принимаемых Церковью идей и концепций).

    25 апреля 2007 г. в Общероссийской Профессиональной Психотерапевтической Лиге (ОППЛ) было создано направление (модальность) "Религиозно-ориентированная психотерапия", представленное православными психотерапевтами (как врачами, так и психологами). Координатор направления – С.А. Белорусов. Подробнее об этом см.: Религиозно-ориентированная психотерапия в ОППЛ (/ Московский психотерапевтический журнал. 2007, № 3.

    В декабре 2007 г. в рамках Рождественской конференции ОППЛ прошла секция "Религиозно-ориентированной психотерапии", на которой с докладами на темы православной психотерапии выступили Белорусов С.А., Загородная Е. В., Стома В. В. и др.

     

    31 января – 1 февраля 2008 г. в рамках XVI Международных Рождественских образовательных чтений в Москве проходила конференция "Святоотеческое наследие и православная антропология" (руководитель архиеп. Тихвинский Константин (Горянов)), и секции "Святоотеческая психология" (Психологический ин-т РАО) и "Христианская психология" (ф-т психологии МГУ). В рамках последней секции также прошел круглый стол "Христианская психология в системе современного психологического знания".

    1 февраля в рамках направления "Христианство и наука" проходила секция "Проблемы психологического образования в свете христианской православной антропологии и психологии" (на ф-те психологии РПИ св. Иоанна Богослова).

    21-22 февраля 2008 г. состоялась вторая Сретенская научно-практическая психологическая конференция "Психея и Пневма". Доклады пленарного заседания: Семикин В. В. "Духовно-нравственная культура как фактор здоровья и безопасности в обществе"; Шеховцова Л. Ф. "Категориальный аппарат в христианской психологии"; Черняева С. А. "Развитие личности христианина как самореализация"; Скляревская Г. Н. "Понятие сердца в христианской психологии"; Бачинин В. А. "Дух и молитва: психосоциологические проблемы"; Орлова Н. Х. "Грехопадение: проблема свободы и ответственности"; архим. Ианнуарий (Ивлиев) "Основные идеи библейской антропологии". Далее прошли: круглый стол "Христианская психология: pro et contra", секция "Природа человека: дух, душа, тело. Психологический, богословский и философский подходы". Доклады секции:

    Зенько Ю. М. "Св. отцы о составе человеческого существа по книге архим. Киприана (Керна) "Антропология св. Григория Паламы"";

    Шеховцова Л. Ф. "Дух и душа в христианской психологии";

    Дверницкий Б. Г. "Дух и плоть, душа и тело по 1 гл. книги Бытия";

    Герасимов С. А. "Совесть как феномен духа";

    Галицкий А. С. "Триалентическая модель человека";

    Коржухин А. Я. "Противопоставление духа и души в философии В. Розанова";

    Малышкин Е. В. Мышление, память и страх в метафизике Т. Гоббса";

    Серов Н. В. Природа человека: Дух, душа и тело";

    Уваров М. С. "Проблема преподавания христианской антропологии в светском вузе".

     

    31 января – 1 февраля 2008 года в рамках XVI Международных Рождественских образовательных чтений в Москве проходила конференция "Святоотеческое наследие и православная антропология" (руководитель архиеп. Тихвинский Константин (Горянов)), и секции "Святоотеческая психология" (Психологический ин-т РАО) и "Христианская психология" (ф-т психологии МГУ). В рамках последней секции также прошел круглый стол "Христианская психология в системе современного психологического знания".

    1 февраля в направлении "Христианство и наука" проходила секция "Проблемы психологического образования в свете христианской православной антропологии и психологии" (ф-т психологии РПИ св. Иоанна Богослова). Руководитель – И. Э. Соколовская.

     

    12 мая 2008 г. фондом "Духовное наследие митрополита Антония Сурожского" и Библиотекой-фондом "Русское Зарубежье" (БФРЗ) проводился третий семинар "Цельность человека: дух, душа, тело" по осмыслению наследия митрополита Антония Сурожского. На семинаре дискутировали о задачах и границах христианской психологии и ставили связанные с этим вопросы: "Чем является вера с точки зрения психолога?", "Что такое христианская психология?", "Возможно ли сотрудничество психологической науки и церковного душепопечения и где проходят границы полномочий каждой из этих областей?"

     

    Свято-Сергиевская православная богословская академия проводила в Москве с 9 по 14 января 2009 года I Международную зимнюю православную психологическую школу "Психология и православие". Школа была посвящена светлой памяти Патриарха Московского и всея Руси Алексия II и митрополита Восточно-Американского и Нью-Йоркского Лавра. Школа была ориентирована на начинающих и практикующих психологов, руководителей Телефонов доверия, психологических центров и служб, специалистов, работающих в области психологии, психотерапии, медицины, образования, социальной сферы.

    Основными формами работы на Школе являлись семинары-практикумы, демонстрационные тренинги, круглые столы, лекции, мастер-классы, дискуссионные клубы.

     

    В январе 2009 г. в рамках XVII Международных Рождественских образовательных чтений проходили конференции "Святоотеческое наследие и православная антропология" (руководители – Белов В. Н, Павлов С. А.), "Святоотеческая психология и воспитание человека" (руководитель Рубцов В. В.).

     

    15-16 декабря 2009 г. в Курском гуманитарном университете прошла международная научно-практическая конференция "Философско-религиозная антропология святоотеческого наследия". Конференция была посвящена широкому кругу вопросов, связанных с проблемой понимания человека в системе философско-теологического и научного знания и значений этих открытий для развития общества и человека.

    В конференции приняли участие профессора МГУ, Московской духовной академии и Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета, гости из-за рубежа – магистр богословия отец Вейко Пурмонен и руководитель центра православного образования Карина Леннинкяйнен из Финляндии, преподаватель иконописной школы из Швеции Павел Макаренко, научные обозреватели и журналисты.

     

    Свято-Сергиевская православная богословская академия и Общество православных психологов Санкт-Петербурга провели в Москве с 12 по 15 января 2010 года II Международную православную психологическую школу "Основы православной практической психологии и психотерапии". Ее участниками стали более 30 человек из регионов России, Украины, Беларуси, Эстонии и Литвы – представителей, как психологического сообщества, так и духовенства, работающего во взаимодействии с психологами.

    Свои доклады представили: Шеховцова Л. Ф. "Православное мировоззрение как основа православного психологического консультирования и психотерапии", Бондаренко А. Ф. "Этический персонализм как отечественная традиция в психотерапии", Гостев А. А. "Теория и практика христианского самопознания на примере Великого Канона Андрея Критского", Филоник М. С. "Особенности консультирования при православном храме: опыт понимающей психотерапии", Тарасенко А. С. "Укрепляя семейные отношения (работа с чувствами)". Основными формами работы на Школе стали авторские семинары, демонстрационные тренинги, круглые столы, лекции, мастер-классы, дискуссионные клубы. В заключение школы прошел круглый стол "Проблемное поле православной психологии" и состоялась презентация Специального выпуска по христианской психологии Московского психотерапевтического журнала.

    В дальнейшем Свято-Сергиевская православная богословская академия при содействии Общества православных психологов Санкт-Петербурга стала проводить ежегодные международные программы повышения квалификации "Основы православной психологии и психотерапии". Основные семинары и их руководители 23 апреля – 2 мая 2012 г.: Филоник М. С. "Понимающая психотерапия. Православие и психотерапия", Бимбат С. Д. "Телефонное консультирование", Бондарук А. "Психологическая помощь в принятии травматических обстоятельств", Зенько Ю. М. "Основы православной антропологии и психологии".

     

    27 мая 2010 г. состоялся научно-методологический семинар "Духовно-нравственное самосознание личности и понятие идеала в святоотеческой традиции и научной психологии". Ведущие – проф. В. В. Рубцов и архиеп. Петропавловский и Камчатский Игнатий. Организаторы мероприятия – Психологический институт РАО, Московский городской психолого-педагогический университет и Научный архив Психологического института.

    Описание семинара: Гусева Е. П., Серова О. Е. "Научно-практический семинар "Духовно-нравственное самосознание личности и понятие идеала в святоотеческой традиции и научной психологии»" (Психологическая наука и образование. Электронный журнал. 2010, № 3).

     

    25-26 января 2011 года в рамках XIX Международных рождественских образовательных чтений проходила конференция «Современная научная психология и православная духовная традиция: содержательный диалог». Конференция проводилась Психологическим институтом РАО и Московским городским психолого-педагогическим университетом, под председательством архиепископа Петропавловского и Камчатского Игнатия и действительного члена РАО профессора Рубцова Виталия Владимировича.

    В конференции приняли участие представители Русской Православной Церкви, специалисты в области богословия и психологии, педагогики и медицины из ведущих духовных, научных и образовательных региональных центров, преподаватели, аспиранты и студенты Московского городского психолого-педагогического университета.

    Широкий круг психолого-педагогических проблем, конкретное содержание и опыт практической работы священников, психологов и педагогов в светских, духовных и приходских образовательных учреждениях был обсужден в ходе дискуссии, развернувшейся в заключительной части конференции.

    Первый день работы конференции проходил в Храме Христа Спасителя, Сергиевский зал. С докладами выступили: архиеп. Петропавловский и Камчатский Игнатий, В. В. Рубцов, архим. Платон (Игумнов), Ф. Е. Василюк, А. А. Мелик-Пашаев, В. И. Слободчиков, Л. Ф. Шеховцова, М. В. Ковшов.

     

    26 января 2011 года в рамках XIX Международных Рождественских образовательных чтений проходила секция "Христианство и современная психология". Место проведения: факультет психологии МГУ имени М.В. Ломоносова. Руководитель секции Б. С. Братусь.

    Содержание работы Секции:

    Приветственное слово декана факультета психологии МГУ имени М.В. Ломоносова, член-корреспондента РАО, президента Российского психологического общества, доктора психологических наук Ю.П. Зинченко, Е.Н. Проценко "Зависимость от алкоголя как проблема психологии и религии", О.М. Красникова "Работа с чувством вины в христианской психотерапии", А.В. Лызлов "Кьеркегор как христианский психолог", А.Н. Кричевец "Проблема Другого в экзистенциальной психологии и христианстве", С.Е. Мартынов "Проблема христианской трактовки некоторых психиатрических симптомов", М.Н. Миронова "Опыт психологического исследования состояния молитвы", Т.П. Войтенко "Перспективы сопряжения науки и религии в современной психологии", В.И. Слободчиков "О статусе категории развития в психологии и богословии", прот. Владимир Цветков "Нужна ли психология христианству", лекция свящ. Андрея Лоргуса "Основные понятия и условия формирования христианской психологии личности".

     

    24 января 2012 года в рамках XX Международных Рождественских образовательных чтений прошла конференция "О происхождении мира и человека" (Московская православная духовная академия).

    24 января также состоялся круглый стол "Святоотеческая психология и нравственные проблемы современной жизни (вера – наука – психология человека)" (Храм Христа Спасителя; ведущие – митр. Хабаровский и Приамурский Игнатий и ректор Московского городского психолого-педагогического университета В. В. Рубцов).

     

    28 января 2014 года в рамках XXII Международных Рождественских образовательных чтений прошел семинар "Преподавание практической психологии в духовных учебных заведениях" (Психологический институт РАО; председатели: митр. Хабаровский и Приамурский Игнатий, Рубцов Виталий Владимирович).

    28 января в Храме Христа Спасителя состоялся круглый стол "Практико-ориентированный подход к преподаванию пастырской психологии" (председатели: митр. Хабаровский и Приамурский Игнатий, Братусь Борис Сергеевич).

    28 января в Психологическом институте РАО состоялся круглый стол "Святоотеческая психология как источник духовно ориентированной систематизации научно-психологического знания" (председатель Рубцов Виталий Владимирович).

    30 января – конференция "Христианская психология: пути свидетельства правды" (РПУ; председатель Братусь Борис Сергеевич).

     

    В 2015 году в рамках XXIII Международных Рождественских образовательных чтений прошли мероприятия:

    – 22 января, Храм Христа Спасителя: секция "Пастырская психология: подготовка будущих священнослужителей"; председатель – митрополит Хабаровский и Приамурский Игнатий;

    – 22 января, Храм Христа Спасителя: секция "Кризисная психология: посттравматический стресс и личностные кризисы"; председатель – митрополит Хабаровский и Приамурский Игнатий;

    – 24 января, Храм Христа Спасителя: секция "Психологическая помощь православной семье"; председатель – митрополит Хабаровский и Приамурский Игнатий;

    – 23 января, Российский Православный университет: конференция "Христианская психология в России: проблемы и вызовы современности"; руководители: иерей Петр Коломейцев, Братусь Борис Сергеевич.

     

    В 2016 году в рамках XXIV Международных Рождественских образовательных чтений прошли мероприятия:

    – 28 января, Российский Православный университет: секция "Теология: антропологический аспект";

    – 26 января, Храм Христа Спасителя: семинар "Психологические проблемы и церковная жизнь"; председатель: митрополит Хабаровский и Приамурский Игнатий;

    – 27 января, Российский православный университет: секция "Христианская психология: соотнесение теории и практики"; руководители: иерей Петр Коломейцев, Братусь Борис Сергеевич.

     

    В 2017 году в рамках XXV Международных Рождественских образовательных чтений прошли различные мероприятия научно-практической конференции "Святоотеческая психология и современная практика Церкви":

    – 28 января, Храм Христа Спасителя: семинар "Психологические проблемы и церковная жизнь"; руководители: митр. Аргентинский и Южноамериканский Игнатий, Скуратовская Наталья Станиславовна;

    – 27 января, Московский православный институт св. Иоанна Богослова: конференция "Христианская психология: проблемы и перспективы"; руководители: иерей Петр Коломейцев, Братусь Борис Сергеевич;

    В рамках конференции "Наука, Православие, современность" прошли мероприятия:

    – 28 января, Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет: секция "Возрождение традиций духовно-ориентированной психологии в России"; руководители: Ефимов Андрей Борисович, Мелик-Пашаев Александр Александрович;

    – 28 января, Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет: круглый стол "Диалогическая психология в контексте современных проблем (вызовов, вопросов) теории и практики"; руководители: Ефимов Андрей Борисович, Колпакова Марина Юрьевна.

     

    В июне 2017 г. в Петербурге был официально зарегистрирован Центр христианской психологии и антропологии. Основными задачами Центра являются: 1) объединение практического, теоретического и просветительского направления в христианской психологии, 2) развитие христианской психологии как душепопечения, 3) способствование изучению и исследованию христианской антропологии в контексте целостного православного мировоззрения.

    Для этого были созданы соответствующие подструктуры Центра: Просветительско-исследовательский отдел, Информационно-издательский отдел, Служба экстренной психологической помощи по телефону (Телефон доверия), Психолого-социально-педагогическая служба.

    Сайт Центра: www.xpa-spb.ru.

    E-mail: xpaspb@yandex.ru.

    Многоканальный городской телефон: (812) 426-33-77:

    – по будням c 11.00 до 18.00 – администрация Центра;

    – по будням с 18.00 до 22.00 – Служба экстренной психологической помощи по телефону.

     

    Сделаем небольшой предварительный вывод: приведенный нами, и далеко не исчерпывающий, перечень мероприятий и событий, тем не менее, убедительно показывает наличие большого интереса к христианской психологии, как в теоретическом, так, не в меньшей степени, и в практическом отношении. Более того, можно говорить не только об отчетливом стремлении христианской психологии к своей "легализации" (как в психологической, так и в церковной среде), но уже и о явно прослеживающейся тенденции к ее внутреннему организационному оформлению в соответствующие структуры, центры, общества и т. д. Не все проходит гладко, возникают различные технические, организационные, методические и даже методологические проблемы. Поэтому актуальной задачей является собирание воедино, систематизация и анализ уже имеющегося позитивного и негативного опыта.

     

     

    ОСНОВНЫЕ ПЕРСОНАЛИИ И ПУБЛИКАЦИИ

    Перейдем к персоналиям – христианским психологам, психотерапевтам, священнослужителям, философам и другим авторам, пишущим на темы христианской психологии и антропологии. Материал будет располагаться в алфавитном порядке; при этом, как принято в библиографическом описании, священнослужители идут под своими именам, а не фамилиям, как светские авторы.

     

    В первую очередь хотелось бы отметить особый интерес к антропологической тематике Патриарха Московского и Всея Руси Кирилла. Широко известны его телевизионные выступления, в которых красной нитью проходит анализ разнообразных проблем современного человека (выступления собраны вместе и вышли в виде отдельных видеоматериалов).

    Авторские монографии:

    – "Слово пастыря: Бог и человек. История спасения. Беседы о православной вере" (М.: Издательский совет Русской Православной Церкви, 2004); нравственной антропологией и психологией проникнуто все содержание книги, кроме того имеются специальные антропологические и психологические главы: "О вере", "О Богопознании", "О двусоставной природе человека", "О предназначении человека и нравственном законе", "О грехопадении", "О наследовании первородного греха", "О Богочеловечестве", "О Заповедях Блаженств", "Основные положения христианской этики: непротивление злу и любовь к врагам", "Основные положения христианской этики: нравственные приоритеты в жизни", "Основные положения христианской этики: неосуждение ближнего", "Учение о загробной жизни", "Иисус Христос Богочеловек", "Иисус Христос – Новый Адам", "Об искуплении"; книга быстро нашла своего читателя и вскоре вышла вторым изданием;

    – "Слово пастыря: Бог и человек. История спасения. Беседы о православной вере" (2-е изд. М.: Издательский совет Русской Православной Церкви, 2005);

    – "Свобода и ответственность: в поисках гармонии. Права человека и достоинство личности" (М.: Отдел внешних церковных связей Московского Патриархата, 2008); основные главы: "Обстоятельства нового времени", "Норма веры как норма жизни", "Совместный подход в поисках единства Церкви и обновления человечества", "Либеральный стандарт: угроза миру и свободе", "Замысел Божий о человеке и свобода воли", "Нет нравственной свободы без ответственности", "Права человека и нравственная ответственность", "Многообразие человечества и мировая интеграция", "Русская Церковь и христианское измерение проблемы прав и свобод человека", "Права человека и их нравственные основы в европейских религиозных сообществах", "Ценность человека как носителя образа Божия и его достоинство", "Права человека и религиозные принципы", "Соотношение прав человека и религиозно-культурных традиций", "Права человека и межкультурный диалог".

    Многочисленные статьи:

    – "Замысел Божий о человеке и свобода воли" (Церковь и время. 2005, № 4 (33));

    – "Мировая интеграция и цивилизационное многообразие человечества" (Церковь и время. 2002, № 4 (21));

    – "Не должно быть законов, оскорбляющих нравственное чувство человека" (Церковь и время. 2006, № 3 (36));

    – "Норма веры как норма жизни" (Церковь и время. 1999, № 2);

    – "О человеческом достоинстве и биотехнологиях" (Человек. 2006, № 4);

    – "Опыт рассмотрения прав человека и их нравственных основ в европейских религиозных сообществах" (Церковь и время. 2006, № 4 (37));

    – "Права человека и нравственная ответственность (Церковь и время. 2006, № 2 (35));

    – "Стяжи дух мирен, и тысячи спасутся вокруг тебя" (Церковь и время. 2005, № 1 (30));

    – "Творчество и свобода" (Церковь и время. 2007, № 3 (40)); это наверняка далеко не все работы Святейшего – я привожу только те, с которыми столкнулся по своей работе).

     

    Дмитрий Александрович Авдеев и Владимир Константинович Невярович – известные православные психотерапевты, не только занимающиеся конкретной практикой, но и осмысляющие ее в свете христианского мировоззрения и, главное, делящиеся своим опытом – в многочисленных своих изданиях. Совместная их работа: "Нервность: ее духовные причины и проявления" (М.: Русский Хронограф, 1999).

    Работы Д. А. Авдеева: "В помощь страждущей душе. Опыт врачебного душепопечения" (М.: Русскiй Хронографъ, 2000; переизд.: М.: Русскiй Хронографъ, 2001), "Греховные недуги: пьянство, наркомания, курение" (М.: Русский Хронограф, 1999), "Духовная сущность психических расстройств. Размышления православного врача" (М.: Русский Хронограф, 1998), "Из дневника православного психиатра" (М., 1995), "О духовной сущности невроза: Размышления православного врача" (М., 1996), "Православная психиатрия" (М., 1997).

    Работы В. К. Невяровича: "Исцеление Словом" (М.: Русский Хронограф, 2000), "Терапия души. (Святоотеческая психотерапия)" (Воронеж: МОДЭК, 1997), "Терапия души" (2-е изд. М.: Русскiй Хронографъ, 2000).

     

    Анатолий (Берестов) иеромонах, руководитель и духовник Душепопечительского православного центра во имя св. прав. Иоанна Кронштадтского на Крутицком подворье в Москве, занимающегося практической помощью людям, пострадавшим от воздействия тоталитарных сект и культов, а также помощью наркозависимой молодежи.

    Этим темам и посвящены указанные ниже работы:

    – "Возвращение в жизнь" (М.: Изд-во Душепопечительского центра во имя св. прав. Иоанна Кронштадтского, 2001);

    – ""Православные колдуны" – кто они?" (М.: Новая книга, Ковчег, 1998; в соавторстве с А. Печерской);

    – ""Колдуны" в законе. Критические заметки по законопроекту "Об энергоинформационной безопасности"" (М.: Русский Хронограф, 1999 ; в соавторстве с В. Решетовым);

    – "Электронейрофизические проблемы медитации и эстрасенсорики" (Его же. Число зверя. М., 1996, с.117-136).

     

    Анатолий Гармаев – священник, широко известен в психологических и педагогических кругах, близких к христианству, но отношение к его идеям далеко не однозначное. Со стороны Церкви нередко раздавалась критика в его адрес из-за его слишком "самобытных" педагогических и психологических воззрений, которые он пытается навязывать Церкви, вместо того, чтобы при помощи Церкви их проверять и корректировать. Направление, которого он придерживается, иногда даже называют "педагогическо-психологической ересью". С точки зрения академической психологии, его идеи скорее "изобретение велосипеда", чем что-то действительно новое и самобытное.

    Некоторые его работы: "Обрести себя" (Иваново, 1999), "Психопатический круг в семье" (2-е изд., испр. и доп. М.: Правосл. брат. св. ап. Иоанна Богослова, 2000).

     

    Андрей Кураев – продиакон, известный церковный деятель, миссионер, публицист. Будучи человеком, пишущим "на злобу дня", для выяснения и разъяснения позиции Церкви по соответствующим вопросам, по необходимости сталкивается с проблемами христианской антропологии и психологии.

    См., например, его психолого-антропологические работы: "О вере и знании – без антиномий" (Вопросы философии. 1992, № 7), ""И оставит человек отца и мать...": Тайна пола в Православной традиции" (Фома. 1999, № 7), "Мужчина и женщина в книге Бытия" (Альфа и Омега. 1996, № 2-3(9-10)), "Раннее христианство и переселение душ" (М.: Гнозис, 1996), "Куда идет душа? Раннее христианство и переселение душ" (Ростов н/Д.: Троицкое слово, Феникс, 2001), "Человек перед иконой (Размышления о христианской антропологии и культуре)" (Квинтэссенция. Философский альманах. – М., 1992, с. 237-262).

    Изучение подобных работ, как мне кажется, является неплохим поводом к постановке и разрешению вопроса о соотношении христианской психологии и богословия. Многие современные православные психологи как-то слишком сузились и сконцентрировались на теме отношения христианской психологии и психологии академической, так что почти забыли о первой, не менее важной проблеме.

     

    Андрей Лоргус – протоиерей, , психолог по образованию, руководитель методологического семинара по христианской психологии, был деканом факультета психологии Российского православного ун-та, а в настоящее время – ректор московского Института христианской психологии. Материалы и информацию по христианской психологии и электронный вариант его курса лекций по православной антропологии можно найти в интернете по адресу: www.fapsyrou.ru.

    Свящ. Андрей Лоргус является автором первой отечественной монографии учебного типа по православной антропологии: "Православная антропология. Курс лекций. Вып. 1" (М.: Граф-пресс, 2003). Эта работа при относительно небольшом своем объеме затрагивает практически все темы христианской антропологии (в меньшей степени – христианской психологии).

    Содержание книги:

    – Часть I. Введение в православную антропологию: Глава 1. Место православной антропологии и ее состав; Глава 2. Методология православной антропологии – 2.1. Священное Писание, 2.2. Святоотеческое богословие, 2.3. Методологические принципы (2.3.1. Христологический принцип, 2.3.2. Пневматологический принцип, 2.3.3. Личностный принцип);

    – Часть II. Природа человека: Глава 3. Общие понятия о человеке – 3.1. Человек или животное, 3.2. Достоинство человека, 3.3. Состав природы человека, 3.4. Психолого-антропологический взгляд на человека; Глава 4. Тело и плоть человека – 4.1. Понятия "тело" и "плоть" в Священном Писании, 4.2. Понятия "тело" и "плоть" в святоотеческом богословии, 4.3. Тело и плоть Христа, 4.4. Посмертная участь тела и плоти человека, 4.5. Понятия "тело" и "плоть" в аскетике, 4.6. Психологический анализ телесности; Глава 5. Душа – 5.1. Понятие "душа" в Священном Писании, 5.2. Определения понятия "душа", 5.3. Телесность души, 5.4. Происхождение души, 5.5. Бессмертие души, 5.6. Греховность души, 5.7. Сложность души; Глава 6. Душа и тело – 6.1. Связь души с телом, 6.2. Взаимодействие и соответствие, 6.3. Христологический принцип соединения, 6.4. Возрастание и научение; Глава 7. Дух человека – 7.1. Понятие "дух" в Священном Писании, 7.2. "Дух" и "душа" в святоотеческом богословии, 7.3. Дух Божий и дух человека, 7.4. Благодать и аскетизм, 7.5. Аскетика; Глава 8. Образ Божий – 8.1. Традиция Священного Писания, 8.2. Проблема "образа", 8.3. Черты образа Божия, 8.4. Образ и подобие; Глава 9. Первозданный человек – 9.1. Место человека в сотворенном мире, 9.2. Назначение человека, 9.3. Мужчина и женщина, 9.4. Жизнь в Эдеме.

    Другие его работы: "Душа и дух: природа и бытие" (Православное учение о человеке. Избранные статьи. Москва-Клин, 2004, с.168-188), "Причины недоверия" (Нескучный сад. 2004, № 1(8), с.22-25), "Формирование и коррекция образа Бога в сознании христианина" (Московский психотерапевтический журнал. 2000, № 1).

     

    Антоний (Блум) митр. Сурожский (1914-2003), автор многочисленных текстов и устных выступлений (перенесенных на бумагу его помощниками, учениками, духовными чадами), которые по праву принадлежат к лучшему, что есть в современной христианской психологии. Благодаря собственному духовному опыту, он смог описать суть многих явлений, которые относятся к сфере рассмотрения христианской психологии и антропологии. Названия публикаций говорят сами за себя.

    Духовно-психологические работы: "Внутренняя устойчивость" (Его же. Труды. М., 2002, с.302-314), "Духовность и душевность" (Московский психотерапевтический журнал. 1997, № 4), "Исцеление тела и спасение души" (Человек. 1995, № 5), "Как жить с самим собой: Очерк практического пастырского богословия" (Московский психологический журнал. 1993, № 4), "О покаянии" (Его же. Труды. М., 2002, с.1009-1012), "О самопознании" (Вопросы психологии. 1994, № 5), "О свободе" (Его же. Труды. М., 2002, с.406-416), "О созерцании и подвиге" (Московский психотерапевтический журнал. 1994, № 2), "О страхе Божием и об исповеди" (Московский психотерапевтический журнал. 2003, № 3 (38)), "Психическая болезнь: наказание или крест?" (О душевных болезнях. Сборник. М.: Моск. Патриархия, Центр "Благо", 1998, с.99-105), "Уверенность в невидимом" (Московский психотерапевтический журнал. 2004, № 4 (43)).

    Не менее важны его антрополого-психологические работы: "Жизнь. Болезнь. Смерть" (М., 1995), "Вопросы брака и семьи" (Его же. Труды. М., 2002, с.498-510), "...Мужчину и женщину сотворил их" (Альфа и Омега. 2002, № 2(32)), "Мы должны нести в мир веру – не только в Бога, но в человека..." (Литературное обозрение. 1991, № 2), "О некоторых категориях нашего тварного бытия" (Церковь и время. 1991, № 2; сокр.: Человек. 1993, № 4), "О призвании человека" (Человек. 1993, № 3), "О стигматах" (Его же. Труды. М., 2002, с.164-174), "О теле" (там же, с.1006-1007), "Об истинном достоинстве человека" (там же, с.271-276), "Тело, дух, душа: целостность человеческой личности" (Московский психотерапевтический журнал. 2002, № 2), "Тело и материя в духовной жизни" (Его же. Труды. М., 2002, с.104-134), "У нас есть что сказать о человеке" (Златоуст. 1992, № 1), "Человек и Бог" (Альфа и Омега. 2001, № 4(30)).

     

    Белорусов Сергей Анатольевич, психотерапевт, координатор направления "Религиозно-ориентированная психотерапия" в Общероссийской Профессиональной Психотерапевтической Лиге (ОППЛ).

    Основные работы:

    – статьи: "Душевредность "виртуальной реальности"" (Альфа и Омега. 1998, № 1(15)), "Псевдо-религиозный культ и члены семьи: искажение духовной формации" (Журнал практического психолога. 2000, № 1-2), "Психология духовной зрелости личности в перспективе святоотеческого подхода" (Психология зрелости и старения. 1998, № 3), "Психология духовности, веры и религии" (Журнал практического психолога. 1998, № 6), "Психология страха смерти" (Альфа и Омега. 1997, № 3(14)), "Психопатии и страсти" (Журнал практического психолога. 1998, № 6), "Психотерапевтическое депрограммирование жертв псевдорелигиозных культов" (Альфа и Омега. 1996, № 4(11)), "Религиозно–ориентированное консультирование" (Московский психотерапевтический журнал. 1999, № 1);

    – монография: "Целительное событие: искусство практической транспсихотерапии" (Ростов-на-Дону: Феникс, 2007).

     

    Борис Ничипоров († 2004 г.), протоиерей, кандидат психологических наук. Став священником Русской православной церкви, психологию не бросил, как в практическом, так и в теоретическом отношении: публиковался в печати (в том числе, в таких признанных журналах, как "Вопросы психологии" и "Человек"), участвовал в христианских инновациях на факультете психологии МГУ, создал и поныне действующий православный педагогический центр "Новая Корчева" в г. Конаково Тверской обл.

    Его перу принадлежит книга "Введение в христианскую психологию: Размышления священника-психолога" (М.: Школа-Пресс, 1994) – фактически, первая отечественная монография по христианской психологии постсоветского времени. Психология понимается автором в своем изначальном значении – как душеведение, не утратившее свои нравственные аспекты. Книга, вероятно, разочарует академических психологов, привыкших к своему специальному языку и определенным темам. Хотя, как мне кажется, многие проблемы академической психологии вполне могли бы рассматриваться в контексте христианской психологии. Основные темы книги: "Психология возрождения личности", "Мистика земли", "Таинство брака и семьи: космология домостроительства", "О христианской педагогике в России", "Бог, мир и я. Мысли после вечерней молитвы".

    Другие работы прот. Бориса Ничипорова: "Времена и сроки. Очерки онтологической психологии" (Кн. 1. М.: Фонд содействия образов. XXI в., Паломник, 2002) – по стилю и духу это продолжение "Введения в христианскую психологию"; "Одиннадцать слов о возрождении личности" (Его же. Времена и сроки. Кн. 2. М., 2002, с.106-119) – это наиболее психологическая часть из второго тома его работы "Времена и сроки". Кроме того, необходимо упомянуть и его статьи: "Чтобы возвратить сердца отцов детям" (Лк. 1, 17) (Вопросы психологии. 1991, № 3, с.66-69), "Интуиция тела и мистика земли" (Человек. 1998, № 1, с.83-91), "Таинство брака и семьи: введение в космологию домостроительства" (Вопросы психологии. 1991, № 5, с.103-108; № 6, с.89-96).

    О нем см.: Копьев А., Василюк Ф., Загородная Е. "Разговор об о. Борисе Ничипорове" (Московский психотерапевтический журнал. 2004, № 4 (43), с.141-153); Мошкова И. Н. "Священник, психолог, педагог. Светлой памяти протоиерея Бориса Ничипорова посвящается" (Московский психотерапевтический журнал. 2004, № 4 (43), с.154-169).

     

    Братусь Борис Сергеевич, доктор психологических наук, член-корреспондент Российской академии образования, зав. кафедрой ф-та психологии МГУ им Ломоносова, зав. лабораторией Психологического института РАО.

    Некоторые его работы:

    – "Русская, советская, российская психология: Конспективное рассмотрение" (М.: Моск. психолого-соц. ин-т, 2000); исторический обзор развития отечественной психологии с точки зрения христианского психолога, который переживает за современную психологию без души и надеется на восстановление статуса души и ее возвращение в психологическую традицию. Основные подглавки: "Потеря души"; "Разгром и уничтожение"; "Война и послевоенные мытарства"; "Оттепель"; "Застой"; "Психология в горбачевский период"; "На перепутье"; "Возвращение души";

    – "Христианская психология как новое движение в России" (Психология и христианство. М., 1995, с.21); краткое рассмотрение возможных путей развития отечественного психологического знания: 1) продолжение марксистской психологии, 2) ориентация на западную психологию, 3) переход к гуманитарной психологии, 4) возможность развития христианской психологии;

    – "Двойное бытие души и возможность христианской психологии" (Вопросы психологии. 1998, № 4, с.71-79);

    – "Образ человека в гуманитарной, нравственной и христианской психологии" (Психология с человеческим лицом. М., 1997, с.67-91).

    Другие его работы: "Место человека в истории отечественной психологии" (Начала христианской психологии. Сборник. М., 1995, с.7-30), "Психология – наука о психике или учение о душе?" (Человек. 2000, № 4, с.30-38), "Российская психология на перепутье" (Начала христианской психологии. М., 1995, с.31-56), "Заметки психолога на полях философской дискуссии о душе" (Психология и философия: возвращение души. Сборник статей. М., 2003, с.176-198), "К проблеме нравственного сознания в культуре уходящего века" (Вопросы психологии. 1993, № 1, с.6-13), "Психика и душа: возможно ли соотнесение" (Психология и философия: возвращение души. Сборник статей. М., 2003, с.7-13), "Психология и этика. Возможна ли нравственная психология?" (Человек. 1998, № 1, с.50-59).

     

    Брылева Лариса Георгиевна, доктор культурологии, бывший сотрудник Санкт-Петербургского Института образования взрослых Российской академии образования. Многие ее работы так или иначе связаны с христианством, с христианской психологией.

    Монографии:

    – "Самореализация личности: Онтокультурологический аспект" (СПб.: ИОВ РАО, 2002); обзор проблемы самореализации личности – западный и отечественный подход; место религиозных, христианских моментов в самореализации современного человека;

    – "Мир взрослого... Культурологическая типология самореализации личности и онтообразовательная реальность. Монография" (СПб.: ГНУ ИОВ РАО, 2004).

    Статьи: "Общее, особенное и единичное в личностном измерении духовности" (Смыслы культуры. Международная научная конференция: Тезисы докладов. СПб., 1996, с.253-255); "Онтология понятия "самореализация личности"" (Человек – Философия – Гуманизм. Т. 3. СПб.: СПбГУ, 1997, с. 29-31); "Онтология самореализации личности: философско–культурологический аспект" (Культура на пороге III тысячелетия: Материалы Междунар. семинара. – СПб.: СПбГАК, 1998, с. 133-137); "Соответствие характеристик личности ее деятельности" (Пути и средства совершенствования качества подготовки специалистов. Межвузовский сборник. – Куйбышев, 1982, с. 63-66).

     

    Вадим Коржевский – священник, проректор по учебной работе Ярославского духовного училища, автор очень своевременной книги "Пропедевтика аскетики. Компендиум по православной святоотеческой психологии" (М.: Центр Информационных Технологий Информатики и Информации, 2004). Объемная и подробная по содержанию, она и в самом деле явилась компендиумом, то есть целостным собранием и описанием проблем и идей святоотеческой психологии (что особенно важно, с опорой именно на св. отцов, с подробным их цитированием и толкованием). Полностью присоединяемся к основной мысли автора о том, что задача православной психологии не просто дать сведения о душе, но показать пути очищения и восхождения души к Богу. С этой точки зрения православную психологию справедливо называть пропедевтикой аскетики, то есть подготовительным курсом к ней.

    Другие работы: "Аскетизм как метод психологии" (Вестник Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. Сер. IV. Педагогика. Психология. 2006, № 2, с. 102-106), "Немощный сосуд (очерк женской психологии)" (Московский психотерапевтический журнал. 2005, № 3 (46), c.99-117).

     

    Вадим Леонов прот., кандидат богословия, доцент Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета (Москва).

    Монографии: "Бог во плоти: Святоотеческое учение о человеческой природе Господа нашего Иисуса Христа" (М.: Drakkar, 2005), "Брань невидимая. Страсти и добродетели" (М.: Изд-во МП РПЦ, 2013), "Основы православной антропологии: Учебное пособие" (М.: Изд-во МП РПЦ, 2013).

    Статьи: "Антропологический идеал совершенства" (Вестник Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. Серия IV. Педагогика. Психология. 2006, № 2, с. 81-92), "Вселенские соборы Православной Церкви о человеческой природе Спасителя" (Ежегодная богословская конференция Православного Свято-Тихоновского Богословского Института. Материалы 2003. М., 2003, с. 31-41), "Евхаристический докетизм" (Церковь и время. 2005, № 2 (31), с. 78-104), "Свобода человека во Христе и без Христа" (Консультативная психология и психотерапия. 2010, № 3, с. 110-121).

    Электронные издания: "Возможности святоотеческой антропологии для формирования новых гуманитарных подходов в научной и образовательной среде" (Психологическая наука и образование. Электронный журнал. 2014, № 1), "Начало пути – встреча с Богом" (Семейная Православная газета. Электронное издание), "Понятия "Ум", "Разум", "Рассудок" в святоотеческой традиции" (Психологическая наука и образование. Электронный журнал. 2011, № 3), "Православная психология обязательно сформируется", "Преподавать христианскую антропологию надо и в светских вузах".

     

    Валерий Швецов – протоиерей, благочинный округа, несколько лет окормлял семинары христианских психологов и психотерапевтов при Санкт-Петербургском Обществе православных врачей.

    Некоторые работы:

    – "Церковное душепопечение лиц с психическими расстройствами (Теоретические аспекты)" (Милосердие и профессионализм. Сборник. СПб., 2003, с.138-150); болезнь души нельзя оценивать только с медицинской точки зрения, она имеет отношение и к духовной сфере человека, а потому является настоящей тайной; психическая болезнь есть крест (духовное послушание) для больного христианина;

    – "Церковное душепопечение ПНИ – 7" (Милосердие и профессионализм. Сборник. СПб., 2003, с.151-165); описание примера душепопечительской работы на базе психоневрологического интерната № 7 (было оказана помощь более шестистам человек).

     

    Василюк Федор Ефимович (1953-2017) – доктор психологических наук, декан ф-та психологического консультирования Московского городского психолого-педагогического университета. Именно благодаря его монографии "Психология переживания" (М.: Изд-во МГУ, 1984), само понятие "переживание" вернулось в обиход отечественной психологической науки, откуда оно исчезло в советское время. Наличие же разных переживаний позволяет говорить и о религиозных, так что психология получает возможность обращаться к описанию христианского религиозного опыта.

    Некоторые его работы:

    – "Исповедь и психотерапия" (Московский психотерапевтический журнал. 2004, № 4 (43), с.79-90); при правильной постановки дел современная психотерапия может помогать исповеди и покаянию; приведены примеры описаний конкретных случаев из практики психотерапевтической помощи; предостерегается против опасности "юридизма" и "психологизма" в подходе к исповеди;

    – "Молитва и переживание" (Православное учение о человеке. Избранные статьи. Москва-Клин, 2004, с.234-250); выделены и проанализированы различные типы "утешений", оказываемых людьми друг другу: "духовно–нормативное", "душевно-сентиментальное", "духовно-участное"; проанализированы процессуальные фазы духовно-психологической помощи человеку; защищается тезис о том, что на место, а не вместо, переживания должна приходить молитва;

    – "Переживание и молитва. Опыт общепсихологического исследования" (М.: Смысл, 2005);

    – другие работы: "Влияние молитвы на смысловую работу переживания" (Московский психотерапевтический журнал. 2005, № 3 (46), c.51-74), "На пути к синергийной психотерапии: история упований" (Психология и христианство. М., 1997, с. 39-40), "На подступах к синергийной психотерапии" (Московский психотерапевтический журнал. 1997, № 2, с. 5-24), "От переживания – к молитве" (Московский психотерапевтический журнал. 2002, № 1).

     

    Веселова Елена Константиновна, докт. психол. наук, проф. психолого–педагогического ф-та РГПУ им. А. И. Герцена, зав. лабораторией Православной психологии (на общественных началах).

    Некоторые работы:

    – "Гуманистическая концепция человека с православной точки зрения" (Диалог отечественных светской и церковной образовательных традиций. СПб., 2004, с.317-327); критический анализ современной, так называемой гуманистической концепции человека;

    – "Некоторые аспекты антропологии В. И. Несмелова в контексте самореализации личности" (Психологические проблемы самореализации личности. Вып. 4. СПб., 2000, с.201-208), "Психологическая концепция человека в трудах В. И. Несмелова" (Диалог отечественных светской и церковной образовательных традиций. СПб., 2001, с.107-110); анализ творчества известного дореволюционного богослова-антрополога В. И. Несмелова (1863-1937); рассмотрение в этом контексте проблемы психологической сущности религии и проблемы самосознания и самореализации человека;

    – "Психологическая деонтология: мировоззрение и нравственность личности" (СПб.: Изд-во СПбГУ, 2002; материалы докторской диссертации).

     

    Владимир Елисеев, священник, канд. психол. наук, сотрудник лаборатории истории психологии Института психологии РАН. По прошлым своим увлечениям знаток некоторых восточных психотехник, которые критикует с теоретической и практических сторон.

    Работы:

    – "Религиозные представления как источник знаний о психологии человека (на материале трудов православных подвижников XVII-XVII веков)" (Психологическая мысль в России: век Просвещения. СПб., 2001, с.82-102); автор обращается к религиозно-психологическому анализу трудов святителей Дмитрия Ростовского, Паисия Величковского и Тихона Задонского;

    – "Православный путь ко спасению и восточные и оккультные мистические учения" (М., 1995); богословская, философская и психологическая критика восточных и современных оккультных учений в их приложении к человеку.

    Критические его работы: "Оккультная медицина и недозволенные Богом способы отверзения чувств" (Православная Церковь и современная медицина. Сборник. СПб., 2000, с.206-224), "Психическая активность и психосоматические соотношения в традиционных воззрениях китайской народной медицины" (Хрестоматия по телесно-ориентированной психотерапии и психотехнике. 2-е изд. М., 1997, с.104-111), "Современные и некоторые традиционные методы "телесноориентированной" психотерапии" (Гуманистические проблемы психологической теории. М., 1995, с.107-136).

     

    Владимир Цветков, протоиерей, психолог по образованию, председатель Общества русской православной культуры свят. Игнатия (Брянчанинова) (в Петербурге), руководитель семинара по христианской символике. При многолетнем общении с ним на психологические темы, у меня сложилось впечатление, что, несмотря на свое психологическое образование, а может быть, и благодаря ему, к современной психологии он относится весьма критически.

    Некоторые работы:

    Владимир (Цветков) о. О православной психотерапии // Психология и христианство. СПб., 1997, с.43-44.

    Православная психотерапия должна опираться на христианской мировоззрение, на христианскую картину мира. Главная цель православной психотерапии – дать человеку правильное понимание себя, мира, Бога, оказать ему психологическую помощь в подготовке к воскресению в Вечности. Главная задача православного психотерапевта – "собственное исцеление", стяжание Духа Святого, а затем – "исцеление другого", оказание помощи пациенту через личностное взаимодействие, субъект-субъектные взаимоотношения. Выделение общей и частной православной психотерапии, разделение пациентов на пять типов.

    Владимир Цветков прот. Беседы о православном мировоззрении. – СПб., 2008 (Приложение к журналу "Православный летописец Санкт-Петербурга").

    Издание некоторых бесед о. Владимира в Обществе православной культуры имени свт. Игнатия Брянчанинова. Затрагиваются многие темы христианской антропологии и душепопечения. 2-е, расширенное издание бесед: СПб.: Русская Классика, 2009.

     

    Дворецкая Марианна Ярославовна, докт. психол. наук, проф. психолого–педагогического ф-та РГПУ им. А. И. Герцена.

    Монографии по христианской психологии и антропологии:

    – "Святоотеческая психология. Программа курса и конспект лекций" (СПб.: Об-во памяти Игумении Таисии, 2000); это фактически одна из первых монографий отечественных психологов, в названии которой присутствует словосочетание "святоотеческая психология"; работа затрагивает ряд как теоретических, так и практических вопросов христианской психологии, которые, безусловно, будут интересны современному читателю; в качестве общего впечатления о работе, нужно отметить, что написана она слишком конспективно, так что некоторые вопросы христианской психологии рассматриваются недостаточно полно и всестороннее; кроме того, для работы по святоотеческой психологии хотелось бы, чтобы автор больше использовал точки зрения самих св. отцов (в тексте их удельный вес оказался не очень большой);

    – "Концепция человека в религиозно–философском учении Восточно–христианской Церкви эпохи Средневековья: Психологический аспект" (СПб.: Изд-во РГПУ им. А. И. Герцена, 2004); важно уже одно то, что есть возможность издавать книги подобной тематики (о чем еще несколько лет назад нельзя было и мечтать), тем более позитивно, что есть возможность защищать диссертации подобного профиля (см.: Дворецкая М. Я. "Развитие и становление психологического учения о человеке восточных христиан средневековья" (Автореф. дис. докт. психол. наук. – М., 2006)); однако, поскольку данная книга готовилась и издавалась как публикация к диссертационной защите, то это привело к ее амбивалентности и неоднозначности с христианской точки зрения; местами, как мне кажется, наукообразие формы довлело над содержанием, которое по самому названию книги должно было быть изложением святоотеческой антропологии и словами св. отцов.

    Некоторые другие ее работы: "Интегративная антропология: Учебное пособие" (СПб.: Ин-т Практической психологии, 2003), "Концепция целостного человека в святоотеческой антропологии" (Диалог отечественных светской и церковной образовательных традиций" (СПб., 2004, с. 289-302), "Особенности психологической антропологии св. Григория Нисского" (Диалог отечественных светской и церковной образовательных традиций" (СПб., 2005, с. 136-141), "Религиозно-философское учение о любви в трудах русского богослова Константина Сильченкова" (Диалог отечественных светской и церковной образовательных традиций. СПб., 2004, с.311-414), "Реконструкция моделей психологической организации человека по текстам Ветхого и Нового Завета" (Известия Российского государственного педагогического университета им. А. И. Герцена. 2005, № 5 (12), с. 44-60), "Святоотеческий и языческий подходы к человеку" (Диалог отечественных светской и церковной образовательных традиций" (СПб., 2001, с. 99-106), "Святоотеческое понимание воли и ее функций в процессе жизненного самоопределения" (Диалог отечественных светской и церковной образовательных традиций. СПб., 2004, с.282-288), "Типы психологической организации человека, воссозданные по текстам Библии" (Диалог отечественных светской и церковной образовательных традиций" (СПб., 2005, с. 39-50), "Учение о личности в русской религиозно-философской антропологии" (Диалог отечественных светской и церковной образовательных традиций. СПб., 2004, с. 303-311).

     

    Евмений (Перистый) – иеромонах, бывший игумен Макариев-Решемской обители, при которой издавалась газета "Свет Православия" и в виде приложений – различные нравственно-психологические и педагогические работы (в основном самого игумена Евмения). Стремясь получить психологическое образование, о. Евмений прошел сертифицированные курсы НЛП (нейролингвистического программирования), занимался практикой при монастыре, вел различные семинары духовно-психологической тематики. О критике использования НЛП в православной практике см.: Антоний (Логинов) игум., Сергий Гончаров прот. NLP-практика игумена Евмения (Обитель Слова. Альманах. Вып. 2. Н.Новгород, 2003, с.169-181); Лепехин Н. Н. "Взгляд православного психолога на НЛП" (Расширенное заседание Общества православных врачей Санкт-Петербурга 8-10 мая 2001 года. СПб., 2001, с. 72-80).

    Некоторые его работы: "Духовность как ответственность" (2-е изд., доп. Решма: Свет Православия, 2005), "Пастырская помощь душевнобольным" (Московский психотерапевтический журнал. 1997, № 4, с.65-102), "Пастырская помощь душевнобольным" (Иваново, 1999), "Психотерапия в пастырском душепопечении" (Человек. 1999, № 6; 2000, № 1, 2).

     

    Зенько Юрий Михайлович, психолог, преподаватель психологии. Окончил в 1989 г. факультет психологии Ленинградского государственного ун-та, работал на нем сотрудником в лаборатории комплексных психологических исследований, разрабатывал темы по новому для факультета направлению – психология религии, которое, в конечном итоге, так и не было востребовано. В настоящий момент основная сфера интересов: собственно христианская психология и антропология, а также критический анализ современного психологического знания с христианской точки зрения.

    Монографии:

    – "Психология и религия" (СПб.: Алетейя, 2002); монографическое исследование, в котором помимо обычных тем психологии религии поднимались важные темы христианской антропологии и психологии: святоотеческое учение о сердце, охранении органов чувств, состоянии "прелести", благодатных и естественных состояниях и т. д.; второе, исправленное и расширенное, издание книги: "Психология религии" (СПб.: Речь, 2009); третье, электронное, издание: СПб.: ЦХПА, 2018;

    – "Элементы православной психологии" (СПб.: Речь, 2005; в соавторстве с Л. Ф. Шеховцовой); см. дальше;

    – "Основы христианской антропологии и психологии" (СПб.: Речь, 2007); книга является обобщающим исследованием по христианской антропологии и психологии и охватывает практически все связанные с этим вопросы: от определения человеческой природы и личности до описания характеристик всех сил и органов души – разума, чувств и эмоций, воли, памяти, внимания, воображения, фантазии, органов чувств и т. д.; все темы, идеи и положения раскрываются с опорой на святоотеческую традицию и библейскую экзегезу, с использованием материала работ дореволюционных и современных православных богословов; в нужных местах проводится сравнительный анализ христианского и современного научного подхода; подчеркивается важность аксиологической составляющей психологического и антропологического знания, анализируются и критикуются проникающие в науку оккультные, паранаучные идеи; принцип библиографической открытости и наличие большой тематической библиографии (больше двух тысяч двухсот наименований) дают возможность читателю для дальнейшей самостоятельной работы по любой из указанных тем;

    Некоторые статьи:

    – "Трехвековой диалог психологии и религии в России" (Христианское чтение. 2000, № 19, с. 82-164); фактически в работе идет речь о тесной связанности отечественной психологии и психологического знания именно с христианством (в противовес тому широко распространенному и совершенно неверному мнению, что развитие психологии связано именно с атеизмом); последняя точка зрения искусственно насаждалась в советское время (по чисто идеологическим соображениям) и, к сожалению, нередко встречается и сегодня; на обширном библиографическом материале (больше 350-ти работ около 140 авторов), показывается и доказывается ее несостоятельность и историческая неверность; сам текст можно найти на официальном сайте Санкт–Петербургской Православной духовной академии;

    – "Органы чувств: сенсуалистский и христианский подходы" (Диалог отечественных светской и церковной образовательных традиций. СПб., 2001, с.123-126); критика общеевропейского принципа развития органов чувств, безотносительно к тому, насколько это реально необходимо; подобному подходу противопоставляется христианская точка зрения, согласно которой, органы чувств нуждаются не столько в "развитии", сколько в охранении, управлении и воспитании; предлагается идея "сенсорной культуры", включающей в себя соответствующие теоретические положения и практические приемы;

    – "Секулярный и христианский подходы к измененным состояниям сознания" (Диалог отечественных светской и церковной образовательных традиций. СПб., 2001, с.126-128); анализируется и критикуется неадекватное стремление к "измененным состояниям сознания", что с христианской точки зрения есть "прелесть", то есть духовное заблуждение; этому противопоставляется христианское учение о трезвении;

    – "Современная психология и святоотеческий духовный опыт" (Служба практической психологии в системе образования. Вып. 9. – СПб.: СПбАППО, 2005, с.105-110); приводится краткий анализ христианского учения об основных психических явлениях: психических процессах, психических состояниях и психологических свойствах личности (и, шире, – самой личности); утверждается и обосновывается, что многовековой христианский опыт имеет огромную практическую значимость для современной теоретической и практической психологии;

    – см. также: "Евангельское понятие любви-αγαπη и актуальные проблемы христианской антропологии и психологии" (Acta eruditorum. Научные доклады и сообщения. Вып. 4. – СПб., 2007, с. 140-146), "Психолого-педагогические выводы из христианского определения личности" (Служба практической психологии в системе образования. Вып. 11. – СПб.: СПбАППО, 2007, с. 21-25), "Современная психология и святоотеческий духовный опыт" (Служба практической психологии в системе образования. Вып. 9. – СПб.: СПбАППО, 2005, с. 105-110), "Современное образование, психология и христианство" (Знаменские чтения 2000-2004. Сборник материалов. – СПб., 2006, с. 270-275), "Христианское определение понятия и феномена личности" (Служба практической психологии в системе образования. Вып. 10. – СПб.: СПбАППО, 2006, с. 108-112), "Христианство и современная психология" (Хрестоматия по православной психологии. – Новосибирск, 2005, с.21-26), "Христианство и фундаментальные вопросы психологии" (Психология XXI века. – СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2008, с.29-31), "Целостность как основной методологический принцип в христианской антропологии (и пример его применения к проблеме состава человеческого существа)" (Вестник Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. Сер. IV. Педагогика. Психология. 2006, № 2, с. 167-182).

     

    Иеромонахи Кирил и Мефодий (Зинковские), доктора богословия, кандидаты техн. наук (Санкт-Петербург), известны своими многочисленными работами по христианской антропологии.

    Их совместные труды: "Термин ενυπόστατον: историческое значение и употребление в современном богословии" (Церковь и время. 2014, № 2 (67)), "Термин "ενυπόστατον" и его богословское значение" (Доклад на XVI-ой Международной конференции патристических исследований. Оксфорд, 8-13 августа 2011 г. (интернет-издание)), "Учение святителя Иоанна Златоуста о Евхаристии" (интернет-издание), "The Term ενυποστατον and its Theological Meaning" (Studia Patristica LXIII. Peeters Publishers, 2013. V. 11).

    Монографии и статьи иером. Кирилла: "Вера в Бога – вера в человека: Представления о материи и теле человека в Александрийской богословской традиции (доникейский период)" (СПб.: РХГА, 2014), "Великие отцы Церкви о материи и теле человека (Александрийская и Каппадокийская школы)" (СПб.: Изд-во Олега Абышко, 2014); "Антропология свт. Григория Нисского: преодоление оригенизма" (Вестник Екатеринбургской духовной семинарии. 2015, № 1 (9), "Представления о материи и теле человека в сочинениях Афинагора" (Философское антиковедение и классическая традиция. Новосибирск, НГУ. 2013. Т. 7. Вып. 2), "Представления Оригена об эфирном характере воскресших тел в контексте церковного учения о воскресении плоти" (Церковь и время. 2013, № 65), "Представления Оригена об эфирном характере воскресших тел в контексте церковного учения о воскресении плоти" (Церковь и время. 2013, № 65), "Святоотеческая евхаристическая терминология и теория пресуществления" (интернет-издание), "Учение св. Кирилла Александрийского о материи космоса и плоти человека" (Вестник Русской христианской гуманитарной академии. 2014, № 2), "Учение святителя Кирилла Александрийского и преподобного Максима исповедника о животворящем Теле Христа" (Церковь и время. 2014, № 66), "Учение святителя Кирилла Иерусалимского о материальном мире и его освящении" (интернет-издание), "Учение святого праведного Иоанна Кронштадтского о Евхаристии" (интернет-издание).

    Монографии и статьи иером. Мефодия: "Богословие личности в XIX-XX вв." (СПб.: Изд-во Олега Абышко, 2014), "Святоотеческие категории и богословие личности" (СПб.: Изд-во Олега Абышко, 2014); "Анализ представлений о личности у Христоса Яннараса" (Развитие личности. 2012, № 3), "Богословие личности согласно прот. Думитру Станилоэ" (Человек и религия. Материалы междунар. науч.-практ. конф., 14-16 марта 2013 г., Минск, Республика Беларусь. Минск, 2013, с. 442-446), "Богословие прот. Г. Флоровского и понятие личности" (Вестник Русской христианской гуманитарной академии. 2013, № 4), "Богословское понятие человеческой личности в свете педагогической науки" (Вестник Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. Серия 4: Педагогика. Психология. 2012, № 3 (26)), "Динамика человеческой личности в ее культурном аспекте" (Вестник Русской христианской гуманитарной академии. 2011, № 2), "К вопросу о толковании понятия "ипостась" (Вестник Екатеринбургской духовной семинарии. 2015, № 1 (9)), "Ипостасно-природный характер христианской аскезы" (Развитие личности. 2012, № 1), "К вопросу о толковании понятия "ипостась" (некоторые аспекты развития современной православной христологии по материалам статьи диакона А. Юрченко)" (Вестник Екатеринбургской духовной семинарии. 2015, № 1 (9)), "О богословском персонализме протоиерея Иоанна Мейендорфа" (интернет-издание), "Об истоках и современности богословского употребления термина "персона"" (Scholae. Философское антиковедение и классическая традиция. 2013, № 2), "Понятие личности в русском богословии XIX – начала XX веков" (Вестник Русской христианской гуманитарной академии. 2014, № 2), "Понятие личности как религиозно-философский и лингвистический концепт" (/ Вестник МГОУ. Серия "Философские науки". 2014, № 2), "Системное изложение свойств человеческой личности" (Развитие личности. 2014, № 1), "Термин proairesis и богословие личности" (Scholae. Философское антиковедение и классическая традиция. 2014, № 2), "Термин "προσωπον" и его богословское употребление" (Вестник Екатеринбургской духовной семинарии. 2014, № 1 (7)), "Тропос существования и богословское понятие личности" (Церковь и время. 2013, № 62).

     

    Манёров Валерий Хайдарович, докт. психол. наук, зав. кафедрой методов психологического познания психолого-педагогического факультета РГПУ им. А. И. Герцена.

    Некоторые работы:

    – "Духовность человека как ценность и предмет христианской психологии" (Диалог отечественных светской и церковной образовательных традиций. СПб., 2004, с.274-282), "Духовность человека как ценность и предмет психологии" (Человек и его ценности в XXI веке. Материалы международного семинара. СПб., 2002); критика сведения понятия духовности только к нравственности, что нередко делается в настоящее время;

    – "О методологии христианской психологии" (Диалог отечественных светской и церковной образовательных традиций. СПб., 2004, с.72-81); разбор соотношения науки и религии; отличие христианской психологии от светской в том, что она продолжается в духовную вертикаль, а светская психология остается в душевно-телесной горизонтали;

    – "Самореализация личности: взгляд с позиций христианской психологии" (Психологические проблемы самореализации личности. СПб., 1997; переизд.: Психология духовности: Хрестоматия. Липецк, 2002, с.246-254); сравнительный анализ христианской и западной психологии по вопросу о самореализация личности;

    – "Ценностно-смысловые и духовно-нравственные ориентации современных студентов" (Духовные и социальные проблемы современной России в свете Православия. СПб., 2002, с.150-155); практическое исследование современных студентов с использованием собственных разработанных методик.

     

    Миронова Марина Николаевна, канд. психол. наук, зав. кафедрой педагогики и психологии КОИПКРО, преподаватель психологии Калужской духовной семинарии.

    Ее работы:

    – "Категория "развитие" в психологии и христианской антропологии" (Московский психотерапевтический журнал. 2005, № 3 (46), c.75-98);

    – "Личность в психологии и христианской антропологии" (Вестник Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. Серия IV. Педагогика. Психология. 2006, 2, с.149-166);

    – "О духовном кризисе (Московский психотерапевтический журнал. 2006, № 3 (50), с.83-105);

    – "Построение лестницы развития/регрессии в христиански–ориентированной психологии" (Московский психотерапевтический журнал. 2003, № 3 (38), c.26-73).

     

    Михаил Дронов, протоиерей, автор ряда работ, в которых проводит сравнительный анализ святоотеческой психологии и современной западной психологии.

    Его работы: "Карнеги, "Анти-Карнеги" и авва Дорофей" (Альфа и Омега. 1997, № 1(12), с.213-255), ""Конфликтология" преподобного аввы Дорофея" (Альфа и Омега. 1996, № 4(11), с.173-186), "Православная аскетика и психоанализ" (Альфа и Омега. 1998, № 2(16), с.248-275), "Протестантская этика и православная аскетика" (Человек. 1999, № 3, с.104-111; № 4, с.116-124), "Талант общения. Дейл Карнеги или авва Дорофей?" (М.: Новая книга, Ковчег, 1998).

     

    Михайлов Георгий, автор работ нравственно-психологического плана. Его работы имеют скорее популярный или, как сегодня сказали бы, публицистический характер, и, безусловно, нашли своего читателя – как в церковной среде, так и за оградой Церкви. В качестве некоего пожелания нужно отметить, что для работ подобного характера, как мне кажется, нужно особенно строго относиться к использованию неоднозначных идей, хотя и встречающихся в христианской антропологии, но имеющих маргинальный статус (например, идее об "эфирной" природе человеческой души).

    Михайлов Г. Наша душа. Онтология психической реальности. – СПб.: Изд. Общества Русской Православной культуры Свт. Игнатия (Брянчанинова), 1997.

    Одна из первых работ в послеперестроечное время по тематике христианской психологии. В доработанном виде работа вошла в нижеследующее издание.

    Михайлов Г. Три слова в психологии. – СПб.: Об-во Русской Правосл. культуры Свт. Игнатия (Брянчанинова); Изд-во Буковского, 2002.

    Книга соединила в себе три изданные ранее по отдельности работы:

    – "Наша душа": обзор душевных сил; страсти души и способы борьбы с ними;

    – "Дающая жизнь": религиозно-нравственные аспекты материнства, проблемы воспитания девочки;

    – "Психология мужества": нравственные аспекты воспитания мальчика; духовно-религиозные аспекты защиты отечества.

     

    Мошкова Ирина Николаевна – канд. психол. наук, руководитель Православной психологической службы "Семейное благо", преподаватель психологии Московской Сретенской духовной семинарии.

    Работы: "Психологическая помощь семье как новый вид социального служения Церкви" (Диалог отечественных светской и церковной образовательных традиций. – СПб., 2001, с. 213-217), "Единство духовных и психологических компонентов воспитания" (Московский психотерапевтический журнал. 2003, № 3, с.145-155), "Православный психолог и его клиенты"" (Нескучный сад. 2004, № 1(8), с.10-16), "Семейный крест" (М.: Скименъ, 2005), "Что есть "Семейное благо"?" (Московский психотерапевтический журнал. 2007, № 3, с.129-145).

     

    Новиков Денис Викторович, психолог-психотерапевт, бакалавр богословия, доцент Высшей школы психологии при ИПРАН (Москва), занимается как теоретическими аспектами христианской психологии и антропологии, так и практической работой.

    Некоторые работы:

    – "Учение о личности в христианском богословии IV-VIII вв." (М.: ПСТБИ, 2000);

    – "Понятие личности в православном богословии и психологии" (Ежегодная богословская конференция Православного Свято-Тихоновского Богословского Института. Материалы 1999. М., 1999, с. 63-67);

    – "Религиозно-аскетическое понятие "страсть": психологический и клинический аспекты" (Московский психотерапевтический журнал. 2005, № 3 (46), c.146-159);

    – "Учение о личности в христианском богословии IV-VIII веков" (Человек. 2000, № 2, с. 27-37; № 3, с. 64-72);

    – "Христианское учение о человеке" (Человек. 2000, № 5, 6; 2001, № 1).

    Составитель: "Основы христианской антропологии. Хрестоматия" (М.: ПСТБИ, 2003).

     

    Олег Климков, протоиерей, канд. филос. наук, свою кандидатскую работу писал по православной монашеской традиции – исихазму.

    Монографии: "Опыт безмолвия. Человек в миросозерцании византийских исихастов" (СПб.: Алетейя, 2001); "Православный исихазм и учение св. Григория Паламы" (СПб., 1998).

    Некоторые статьи: "Психология аскетизма и целостность личности" (Психология XXI века. Сборник тезисов. СПб., 2000, с. 24-26); "Проблема телесности в антропологии исихазма" (Новые идеи в философии. Межвузовский сборник научных трудов. Вып. 7. – Пермь, 1998, с. 176-178); "Сердце в православной антропологии" (Православный летописец Санкт-Петербурга. 2000, № 1, с. 65-77); "Философско-психологический очерк византийского исихазма" (Путь Востока. Сборник. СПб., 2001, с.108-112).

     

    Петр Коломейцев, священник храма Спаса Нерукотворного на Сетуне (Москва), коррекционный психолог, декан факультета психологии РПУ.

    Некоторые работы: "Благодать и наваждение", "В системе ювенальной юстиции очень много большевистского", "Выгорание – проблема духовная", "Дети с синдромом Дауна могут дать очень много любви, добра, света, покоя", "Душа – жилица двух миров", "Можно ли стать успешным за три дня, или что скрывается за психотренингами", "Планета обезьян", "Проблема психотренингов", "Секты и психотренинги: комментарий священника", "Синдром Дориана Грея", "Формула страха".

     

    Сергий Бельков прот., настоятель храма Коневской иконы Божией Матери поселка Саперное Приозерского района Ленинградской обл., юрист, психолог, первый духовник Общества православных психологов Санкт-Петербурга.

    Работы:

    – ""Обитель исцеления". Духовно-ориентированная программа реабилитации наркозависимой молодежи, осуществляемая Отделом по противодействию наркомании и алкоголизму Санкт-Петербургской епархии" (СПб.: Отдел по противодействию наркомании и алкоголизму Санкт-Петербургской епархии, 2007);

    – "Наркозависимость и Опыт исцеления" (СПб.: Питер-Медиа, 2011; в соавторстве с Вишневым В. Н.);

    – "Преодоление страсти гнева и агрессии" (М: ССПБА, 2011; в соавторстве с Шеховцовой Л. Ф., Шевяковым А.).

    Статьи:

    – "Что такое православный реабилитационный центр? (Опыт практических рекомендаций)" (Теория и практика противодействия наркомании. Вып. 1. – СПб.: Епархиальный Информационный центр по противодействию наркомании, 2003, с. 101-124);

    – "Исцеление от наркомании и алкоголизма как духовно-нравственная проблема" (Православие и нравственность: Материалы межрегиональной конференции. СПб., 2006, с. 52-56);

    – "Религия против опиума" (Туберкулез, Вич/Спид, Алкоголизм, Наркомания. 2006, № 14);

    – "Православный опыт помощи наркозависимым и алкоголезависимым людям. Некоторые направления взаимодействия с государственными структурами в области профилактики и реабилитации наркозависимой молодежи" (Церковь и медицина. 2007, № 1 (2));

    – "Духовно-ориентированная программа реабилитации наркозависимой молодежи" (Служба практической психологии в системе образования. Вып. 13: Материалы региональной научно-практической конференции. – СПб.: СПбАППО, 2009, с. 74-80);

    – "Наркотическая аддикция как страсть и православный опыт ее преодоления" (Московский психотерапевтический журнал. 2009, №3 (62));

    – "Духовно-ориентированная психотерапия патологических зависимостей (на основе эмпирического опыта православных реабилитационных центров Санкт-Петербургской епархии)" (Наркология. 2009, № 11, с. 86-91);

    – "Преобразование наркозависимого человека в процессе реабилитации" (Известия Российского Государственного педагогического университета им. А.И.Герцена. 2009, № 113, с. 254-260);

    – "Психолого-аскетические приемы нравственного преобразования наркозависимых в процессе реабилитации" (XIV Царскосельские чтения: Профессиональное образование: социально-культурные аспекты: материалы междунар. науч. конф., 20-21 апр. 2010 г. Т. 3. – СПб.: ЛГУ имени А. С. Пушкина, 2010);

    – "Духовный взгляд на преодоление наркозависимости" (Теория и практика противодействия незаконному обороту наркотиков: Материалы всероссийской научно-практической конференции. Ленинградская область: 15-16 декабря 2009 года. Часть 1. – Ленинградская область: Северо-Западный институт повышения квалификации ФСКН России, 2010);

    – "Фенотипические особенности духовно-ориентированной реабилитации наркозависимых женщин" (Наркология. 2011, № 2, с. 94-99);

    – "Основные принципы церковной реабилитации наркозависимых" (Вопросы образования и науки: теоретический и методический аспекты: сборник научных трудов по ма-териалам Международной заочной научно-практической конференции 30 апреля 2012 г. Часть 4.– Тамбов, 2012, с. 27-29);

    – "Обитель исцеления" (Вода Живая. 2012, № 4 (147));

    – "Духовно-нравственный подход освобождения от наркотической зависимости молодежи на первом этапе реабилитации в условиях дневного стационара "Саперное"" (Наркология. 2012, № 3, с. 67-69).

     

    Сергий Филимонов прот., докт. мед. наук, председатель Общества православных врачей Санкт-Петербурга, обратился к проблемам практической христианской психологии, которые на христианском языке называются душепопечением (поэтому неслучайно, что Общество имеет психолого-психиатрическую секцию, кроме того, при нем создан Душепопечительский центр).

    Основные работы: "Бесплодие (медицинские и духовные причины, их преодоление)" (СПб., 2007), "Воцерковление умирающего больного" (СПб., 2008), "Как преодолеть раздражение и гнев: советы духовника" (М.: Издательский Совет Русской Православной Церкви, 2008), "Лечебник духовный. Борьба со страстью гнева" (СПб., 2008), "Лечебник духовный. Борьба со страстью гордости. Борьба со страстью тщеславия" (СПб., 2008), "Лечебник духовный. Борьба со страстью уныния. Борьба со страстью печали" (СПб., 2008), "Лечебник духовный. Борьба со страстью чревоугодия. Борьба со страстью блуда" (СПб., 2008), "Непредвзятый взгляд на гомеопатию" (СПб.: Общество свт. Василия Великого, 2006), "Пастырское служение в больнице" (СПб.: Общество свт. Василия Великого, 2003), "Религия и здоровье. Советы болящему", "Советы священника-врача. Благословение на лечение" (СПб.: Сатисъ, 2001).

    В соавторстве: "Вопросы психобезопасности населения. Оценка духовной, психической и психологической безопасности на примере новой азартной игры "Magic the gathering"" (Православная Церковь и современная медицина. Сборник. СПб., 2000, с. 233-236; с Гнездиловым А. В., Шеховцовой Л. Ф., Ошко Н. В.), "Онкологические заболевания: природные средства и духовные рекомендации. Общие рекомендации больному, психологические и религиозные аспекты рака, опыт лечения и профилактики, практические советы, рецептура" (2-е изд., испр. и доп. СПб.: Диалог, 2007; с Лавреновым В. К.), "Опыт душепопечения психически больных на приходе" (Церковь и медицина. № 3. 1999, янв, с. 73-77; с Вагановой А. А., Мелик-Парсадановым М. Ю., Марцинкевич Н. Е., Озерной И. П.), "Формы и методы церковного душепопечения. Номенклатура нозологических форм. Оккультная болезнь" (Расширенное заседание Общества православных врачей Санкт-Петербурга 8-10 мая 2001 года. СПб., 2001, с. 90-95; с Ошко Н. В.).

    Под редакцией: "В помощь болящему" (СПб.: О-во свят. Василия Великого, 2007), "Особенности душепопечения в преклонном возрасте" (СПб.: О-во свят. Василия Великого, 2003), "Смерть мозга. Православный взгляд на проблему" (СПб.: Общество свт. Василия Великого, 2003).

     

    Слободчиков Виктор Иванович, докт. психол. наук, проф., член-корреспондент РАО, директор Института развития дошкольного образования РАО.

    Работы:

    – "Основы психологической антропологии. Психология человека: Введение в психологию субъективности" (М.: Школа-Пресс, 1995; в соавторстве с Е. И. Исаевым); "Основы психологической антропологии. Психология развития человека: Развитие субъективной реальности в онтогенезе" (М.: Школьная пресса, 2000; в соавторстве с Е. И. Исаевым); приведена концепция последовательного и целостного развития человека как индивида, субъекта, личности, индивидуальности и универсума; где, индивид – человек как представитель рода, имеющий природные свойства, субъект – человека как носитель предметно-практической деятельности (распорядитель душевных сил), личность – человек как представитель общества, определяющий свободно и ответственно свою позицию среди других, индивидуальность – человек как уникальная, самобытная личность, реализующая себя в творческой деятельности, универсум – высшая ступень духовного развития человека, сознающего свое бытие и место в мире; об этих работах см.: Братусь Б. С. "Первый учебник по психологической антропологии" (Вопросы психологии. 1997, № 2);

    – "О перспективах построения христиански ориентированной психологии" (Московский психотерапевтический журнал. 2004, № 4 (43), с.5-17); по мнению автора, наше время это время многообразных психотерапий, форм альтернативной медицины, психо-социальных техник убаюкивающего примирения человека с самим собой, с обстоятельствами наличной жизни; выход из этого положения могла бы дать христиански ориентированная психология и антропология, в основе которой лежит учение об образе Божием в человеке;

    – "Реальность субъективного духа" (Человек. 1994, № 5, с.21-38; переизд.: Начала христианской психологии. М., 1995, с.122-138); анализируются и разделяются понятия духовности и душевности; выделяются основные ступени развития субъективного духа: оживление – до 1 года, одушевление – от года до 6 лет, персонализация – от 7 до 18 лет, индивидуализация – от 20 до 40 лет, универсализация – от 45 до 65 и более;

    – "Христианская психология в системе психологического знания" (Московский психотерапевтический журнал. 2007, № 3(54), с. 23-31); анализируются этапы становления психологической науки и показывается, что современная пост-неклассическая психология стоит перед развилкой: либо христианская благодатная психология, либо бесовская психология падшести и проклятия.

     

    Флоренская Тамара Александровна († 1999 г.), докт. психол. наук, одна из старейших и уважаемых отечественных психологов, которая обратилась к идеям христианской психологии и стала практически их использовать.

    Ее монографии:

    – "Мир твоего дома" (М.: Школа-Пресс, 1999); материалы к программе "Этика и психология семейной жизни"; критикуется современная психология, как науки без души, которую она потеряла в советское время; в работе есть элементы христианской антропологии, учение о совести и семье;

    – "Диалог в практической психологии: наука о душе" (М.: Владос, 2001); основные разделы работы: "Человек в человеке " – о внутреннем мире человека, о совести, критика учения Карла Юнга; "Союз священный" – о браке, его психологические и нравственно-духовные стороны; "Практическая психология как гуманитарная наука" – критика узко естественнонаучного подхода в психологии, анализ идей Бахтина и Флоренского; "Психология катарсиса" – катарсис как очищение и оживотворение души;

    – "Диалоги о воспитании и здоровье: духовно ориентированная психотерапия" (М.: Школьная пресса, 2001; отд. вып. журнала "Духовно-нравственное воспитание". 2001, № 3);

    Некоторые статьи:

    – "Святоотеческое учение о страстях и психотерапия" (Московский психотерапевтический журнал. 2003, № 3 (38), с.104-113); душа "естественно христианка", нужно только очистить ее от страстей; критика психоанализа за его обращение не к светлой, а к темной части души; сравнение святоотеческого учения о страстях и светской психотерапии (не в пользу последней);

    – "Диалог в работе христианского психолога" (Начала христианской психологии. М., 1995, с.194-204);

    – "Диалог в христианской терапии" (Московский психотерапевтический журнал. 1994, № 4, с.194-195).

    О ней см.: Воловикова М. И. "Памяти Тамары Александровны Флоренской" (Психологический журнал. 1999, № 6, с.80-88).

    Время от времени в Москве, на разных площадках (в Психологическом институте РАО, в Духовно-просветительском центре Данилова монастыря), проходят чтения памяти Т. А. Флоренской, организованные ее учениками и коллегами, см., например: "Чтения памяти Т. А. Флоренской" (Московский психотерапевтический журнал. 2004, № 4).

     

    Хоружий Сергей Сергеевич – доктор физико-матем. наук, академик РАЕН. Является автором многочисленных исследований по христианской аскетике, антропологии, главная область его интересов – исихастская духовная практика с антропологической точки зрения. Его трудами вышла фундаментальная библиография по исихазму: Исихазм. Аннотированная библиография. Под общ. и науч. ред. С. С. Хоружего. – М.: Изд. совет Рус. правосл. церкви, 2004 (включающая в себя 911 (!) стр. аннотированной библиографии не только на русском, но и на основных европейских языках). Не все идеи С. С. Хоружего находят однозначную поддержку в церковной среде. Связано ли это со второстепенными проблемами взаимного недопонимания и неразвитости философско-богословского диалога, или с наличием реальных методологических расхождений, покажет будущее.

    Антропологические и психологические работы:

    – "Дискурсы внутреннего и внешнего в практиках себя" (Московский психотерапевтический журнал. 2003, № 3 (38), c.5-25); анализируются различные "Духовные Практики", разбирается их "энергийный характер" и универсальная антропологическая "парадигма духовной практики";

    – "Православно-аскетическая антропология и кризис современного человека" (Православное учение о человеке. Избранные статьи. Москва-Клин, 2004, с.154-167); подчеркивается важность святоотеческого учения о человеке для современности;

    – "Проблема личности в православии" (Здесь и теперь: Философия, литература, культура. 1992, № 1, с.94-106); это исторический обзор развития идей так называемого энергетизма: от практики исихазма IV-XX вв., через богословие паламизма XIV-XX вв. к философии энергетизма XX в. (вплоть до метафизики всеединства Владимира Соловьева);

    – "Сердце и ум" (Московский психотерапевтический журнал. 1992, № 1 (янв.- март), с.137-159); соотнесение важнейших понятий христианской антропологии – сердца и ума;

    – "Феномен "умных чувств" в мистике православия" (Психология и христианство. М., 1995, с.78); анализируется метод "отверзения чувств" в православном исихазме.

    Работы по аскетике и исихазму: "К феноменологии аскезы" (М.: Изд-во гуманит. лит-ры, 1998), "Аналитический Словарь Исихастской Антропологии" (Синергия. Сборник. М., 1995, с.42-150), "Диптих безмолвия. Аскетическое учение о человеке в богословском и философском освещении" (М., 1991), "Исихазм в Византии и России: исторические связи и антропологические проблемы" (Страницы. 1997, № 2:1, с.48-61), "Концепция Совершенного Человека в перспективе исихасткой антропологии" (Совершенный человек. Сборник. М., 1997, с.41-71), "Православная аскеза – ключ к новому видению человека" (М.: Вэб-Центр "Омега", 2000 (интернет-издание)). Эти и другие материалы есть на сайте Института синергийной антропологии (www.synergia-isa.ru).

     

    Черняева Светлана Анатольевна, канд. психол. наук, препод. кафедры психологии АППО (бывшего Университета педагогического мастерства). По вероисповеданию – католическая христианка. Ее работы имеют практический уклон и связаны в первую очередь с психологическим консультированием.

    "Психология в свете христианского мировоззрения" (СПб.: Социальная школа Каритас, 2004) – ее основная работа, в которой собраны материалы, публиковавшиеся ранее в виде отдельных статей, либо использованные в практических семинарах: "Современная практическая психология и христианство", "Христианская психологическая поддержка самореализации личности", "Принципы, цели и ценности современной психологической помощи", "Психология личности и христианская антропология", "Свобода как условие христианской самореализации личности", "Преодоление последствий психологических травм в христианской психологической помощи".

    Другие работы: "Психология личности и христианская антропология" (Вестник Санкт-Петербургского университета. Сер. 6. 2003, № 3, с.88-100), "К вопросу о принципах христианской психологической помощи" (Диалог отечественных светской и церковной образовательных традиций. СПб., 2001, с.133-139), "Христианская психологическая поддержка самореализации личности" (Московский психотерапевтический журнал. 2004, № 4 (43), с.91-106), "Христианская самореализация личности: предмет и основные принципы" (Психологические проблемы самореализации личности. Вып. 4. СПб., 2000, с.193-200), "Христианский подход к задачам психологии религии" (Диалог отечественных светской и церковной образовательных традиций. СПб., 2004, с.330-334), "Цели и ценности христианской психологической помощи" (Диалог отечественных светской и церковной образовательных традиций. СПб., 2004, с.327-329).

     

    Шеховцова Лариса Филипповна, докт. психол. наук, проф. СПбПДА, председатель Епархиального общества православных психологов Санкт-Петербурга, сторонник интеграции христианского и психологического знания (и шире – знания научного и религиозного).

    Основные работы:

    – "Сравнительный анализ концепций человека в современной психологии и христианской антропологии" (СПб.: СПбУПМ, 2000); содержание: Ч. 1. О единстве мира в богословии и науке: Гл. 1. Картина мира и ее гносеологические аспекты. Гл. 2. Картина мироздания в Священном Предании и современной науке. Гл. 3. Соотношение религиозно-философских представлений о "логосе" с научно-философской категорией "информация". Гл. 4. Психологическое описание процессов познания мира человеком. Гл. 5. Применение категории "энергия" в естественных науках о человеке; Ч. 2. Концепция человека в современной психологии и христианской антропологии: сравнительный анализ. Гл. 1. О природе и сущности человека в богословии и религиозной философии. Гл. 2. Развитие и обожение человека. Гл. 3. Проблема целостности человека. Гл. 4. Человек как биологическое существо. Гл. 5. Душа и психика. Гл. 6. Дух, личность, сознание, самосознание; Заключение. Интеграция христианских и научных знаний о человеку в систему "человекознания";

    – "Интеграция научного и религиозного знания в концепцию целостного человека" (СПб.: СПбГУПМ, 2003); в первой главе анализируется соотношение веры и знания, при этом критикуется ходячее мнение о их противоположности и несовместимости; во второй главе анализируются и сопоставляются христианские понятия тело, душа, дух и тримерия и антрополого-психологических понятий индивид, субъект, личность и индивидуальность (с опорой на учение Б. Г. Ананьева).

    Статьи:

    – "Категориальный аппарат психологии, ориентированный на христианство" (Диалог отечественных светской и церковной образовательных традиций. СПб., 2004, с.348-352);

    – "Представления об "уме-чувстве-воли" в современной психологии и христианской психологии" (Служба практической психологии в системе образования. Вып. 9. СПб.: СПбАППО, 2005, с.270-278);

    – "Психотерапия и духовная практика христианства" (Московский психотерапевтический журнал. 2004, № 4 (43), с.18-33);

    – "Развитие сознания человека" (Духовные и социальные проблемы современной России в свете Православия. СПб., 2002, с.161-163);

    – "Экзистенциальная психология в рамках христианской парадигмы" (Психология и христианство. М., 1995, с.85-86);

    – ""Я-концепция" и проблема "достоинства" личности" (Диалог отечественных светской и церковной образовательных традиций. СПб., 2001, с.128-130);

    – "III Международная конференция "Психология и христианство: пути интеграции"" (Вопросы психологии. 1997, № 5, с.147-151);

    – "Эвристическая ценность христианской концепции человека для современной психологии" (Психология и христианство. СПб., 1997, с.15-16).

    Работы в соавторстве:

    Ншан (Петросян) иеромонах, Шеховцова Л. Ф. "Навыки психологического консультирования в пастырском душепопечении" (Московский психотерапевтический журнал. 2005, № 3 (46), c.184-208);

    Шеховцова Л. Ф., Зенько Ю. М. "Элементы православной психологии" (СПб.: Речь, 2005); основной задачей работы являлся сравнительный анализ христианского учения о душе и академического психологического знания – в плане выявления моментов их сходства и различия; в этом аспекте проанализированы психические состояния (глава 10) и основные психические процессы – воля, эмоции, разум (интеллект), память, внимание, воображение, органы чувств (главы 3-9); кроме того, сделаны соответствующие антропологические экскурсы (главы 1-2) и рассмотрено христианское учение о добродетелях (глава 11).

     

    Ширяев Григорий Владимирович, доктор философии, председатель приходского совета петербургского храма Христа Спасителя ("Спаса на водах").

    Работы:

    – "Сердце как орган "теоретического чувства"" (Диалог отечественных светской и церковной образовательных традиций. СПб., 2001, с. 118-122); современное продолжение дореволюционной отечественной традиции философии и богословия сердца;

    – "Антропология Святителя Феофана Затворника Вышенского" (Русское самосознание. 2001, № 8; 2002, № 9); одна из первых специальных работ по антропологическим воззрениям свт. Феофана Затворника, труды которого в изобилии переиздаются в настоящее время.

     

     

    Истоки, проблемы и перспективы современной христианской психологии

    Перейдем к общим выводам, которые позволяет сделать приведенный нами материал:

    – во-первых, не дискутируя о том, есть ли христианская психология как особое научное психологическое направление (это тема для отдельного обсуждения и там есть свои методологические проблемы), тем не менее, можно утверждать, что уже существует достаточно большое количество самих христианских психологов (психологов по образованию и христиан по вероисповеданию) и других специалистов, занимающихся проблемами христианской психологии; многие из них имеют научные психологические степени и занимают различные важные должности и посты; можно предположить, что при сохранении такой высокой динамики "христианизации психологии", христианские психологи со временем будут встречаться во многих психологических структурах и организациях, так или иначе влияя на их работу и привнося в психологию христианские идеи;

    – во-вторых, и о самой христианской психологии можно утверждать, что разными ее представителями она понимается по-разному: одни хотят видеть ее как часть научной психологии, другие – как некое интегративное направление; третьи – как часть церковного душепопечения; четвертые – как часть христианской антропологии и как церковное учение о душе. Частично эти точки зрения могут пересекаться, но могут и вступать в явное противоречие друг с другом.

     

    Однако при активном становлении и развитии отечественной христианской психологии наблюдаются и некоторые "болезни роста", выражающиеся в важных организационных, методических и методологических проблемах. Приведем наиболее важные из них и возможные пути их решения:

    – в христианской психологии прослеживается тенденция, метафорически выражаясь, либо изобретать велосипед, либо наступать на одни и те же грабли, то есть повторять чужой либо позитивный, либо негативный опыт; во-первых, большую роль здесь играет пространственный фактор: материалы из российской глубинки могут и вообще не доходить ни до Москвы, ни до Петербурга, впрочем, как и наоборот, московские или петербургские издания по христианской психологии не попадают никуда дальше Москвы и Петербурга; поэтому необходимо собрать по возможности полную библиографию соответствующих работ, издать ее и позаботиться о том, чтобы доставить ее всем заинтересованным лицам; во-вторых, существует и временной фактор: дореволюционная психология, так же, как и философия и богословие, во многом остается для нас "терра инкогнита", поэтому настоятельно необходимо дополнить упомянутую выше библиографию работами дореволюционных отечественных авторов – психологов, философов, богословов; не менее важны работы древнехристианских авторов, которые и составляют тот святоотеческий фундамент, без которого современная христианская психология не может обойтись; для этих целей, в частности, можно использовать составленную мной алфавитную библиографию "Христианская психологии и антропологии в лицах (с древнехристианского по настоящее время", включающая в себя более двух с половиной тысяч наименований;

    – еще одной важнейшей проблемой является отсутствие должной систематичности и целостности, как в христианской психологии в целом, так и в отдельных работах по этой тематике; возможно, имеет смысл посвятить этому вопросу специальную секцию конференции или создать постоянно действующую инициативную группу, результатом работы которой явилось бы написание соответствующего учебного пособия по христианской психологии;

    – в плане взаимодействия христианской психологии с богословием, возникает проблема ее богословской адекватности: языковой – грамотного использования психологами терминов и понятий святоотеческой антропологии и православного богословия; концептуальной – заключающейся не только в правильном понимании и применении основных концепций святоотеческой психологии и антропологии, но и в осознании их методологических оснований; отсутствие последнего приводит к тому, что некоторые православные психологи создают такие новые концепции, которые никак не согласуются со святоотеческой традицией; в христианской психологии основным принципом является "не навреди"; и эта охранительная стратегия отсеивает то "новое и интересное", которое оказывается сомнительным с духовной точки зрения; в полной мере этот подход может реализоваться только при тесном сотрудничестве психологов с Церковью, что в свою очередь, способствует укреплению позиций христианской психологии как формы душепопечения и социального служения Церкви;

    – в отношении Церкви к психологии можно выделить две противоположных тенденции; первая заключается в настороженном, иногда, даже агрессивном отношении к психологии; при этом между академической психологией и маргинальными западными психологическими направлениями (например, трансперсональной психологией) ставится знак абсолютного равенства и на этом основании отвергается вся психология без разбора; другая тенденция, наоборот, заключается в том, что у некоторых священнослужителей можно наблюдать своеобразную эйфорию от знакомства с практическими психологическими методами, так что возникает впечатление, что психология как бы потеснила в их мировоззрении базальные пастырские установки; хотя Церковь не высказалась жестко и обобщенно по этому поводу (щадя людские немощи и надеясь на вразумление Божие), но общий церковный настрой в этом вопросе довольно критический; и это, как мне кажется, совершенно справедливо: есть такие психологические методы, которые не показаны к применению не только православным психологам, но и любым другим, например, связанные с психотехниками изменения сознания ("шаманский транс", "работа с дыханием" и т. п.); с христианской точки зрения эти методы отвергаются как оккультные и духовно опасные, с психологической – как научно недостоверные и неприемлемые; современной христианской психологии нужна методическая работа по анализу существующих психологических методов и методик; несколько лет подряд этим занимался семинар православных психологов в Петербурге главным итогом работы которого явилась выработка принципов и критериев такого анализа.

     

     

    Кроме того, можно говорить о наличии в современной христианской, православной психологии некоторых направлений или течений – или наличия нескольких концепций того, что такое христианская психология (или какой она должна быть). На основных из них мы и остановимся.

     

    Есть позиция, в которой православная психология видится как интеграция христианства и психологии. И, соответственно в таком же виде формулируются ее цели и задачи: "Главная задача православной психологии – интеграция знаний о человеке христианской антропологии и современной психологии" (Шеховцова. 2013, с. 6). Более того, ставится и более широкая задача "интеграции научного и религиозного знания в концепцию целостного человека" (Шеховцова. 2003).

    В таком подходе видится ряд проблем: 1) если мы будем так подавать православную психологию, то в церковной среде она будет восприниматься еще более маргинальной, чем это есть теперь – поскольку это будет выглядеть как экспансия психологии в христианство; 2) при анализе внутреннего обоснования подобного подхода закономерно возникает вопрос: нужно ли интегрировать христианство с чем бы то ни было и возможно ли это вообще – поскольку уже есть множество негативных примеров различных "синтезов", начиная от гностицизма и до множества современных сект.

    Начнем с идеи необходимости интеграции. Если христианство пользуется, например, математическими и астрономическими знаниями для вычисления времени последующих христианских праздников, то это же не значит, что появляются христианская математика и христианская астрономия. То же относится и к современной психологии: если какие-то психологические идеи или методы использовать в христианстве, это тоже не будет означать "синтеза христианства и психологии". Христианство может спокойно пользоваться нужным ей психологическим знанием, но никакой необходимости интеграции христианства и психологии при этом не возникает.

    Более того, переходя к идеи возможности синтеза, складывается впечатление, что подобное невозможно в принципе. Соединять христианство как религию и психологию как науку то же самое, что сопоставлять сладкое (вкус) и зеленое (цвет). Это просто разные реальности, характеристики которых лежат в разных плоскостях. Кроме того, если уже рассматривать христианство не как одну из религий, а как истину (Божье откровение), то, тем более, просто невозможно синтезировать ее с чем бы то ни было. А противоположная точка зрения (желание такого синтеза) тогда выглядит как непонимание самой сути христианства и неблагоговейное отношение к христианскому откровению.

    Приведем несколько примеров критики идеи интеграции.

    Протоиерей Владимир Цветков, психолог по образованию – из самого первого выпуска ф-та психологии Ленинградского государственного университета (кстати, также, как и цитированная нами выше Л. Ф. Шеховцова). На заседании секции "Христианская психология" в рамках XVI Международных Рождественских образовательных чтений он говорил: "Я думаю, не надо ничего объединять. Надо просто жить в одном мире, человеческом, божественном. Надо влиять друг на друга личностями, а не терминами. У нас и так много общего, достаточно это осознать. Нас объединяет интерес к человеческой реальности, которая у нас общая".

    Против идеи интеграции активно выступает и прот. Игорь Старынин, имеющий психологическое образование. Он за идею диалога-сотрудничества психологии и религии: "Мои убеждения в том, что только здоровое сотрудничество психологии, как области научного (практического) знания о человеке и богословия, как религиозного знания о человеке, даст результаты, которые принесут неоценимую пользу людям" (Старынин. Фантом).

    Если же обращаться к корням идеи интеграции, то она имеет чисто протестантские истоки. Дело в том, что это изначально развивалось именно в западном протестантском виде, и только потом стало проявляться и у нас. Важным толчком к продвижению этой идеи в России стало несколько конференций, которые так и назывались: "Психология и христианство: Путь интеграции". Одна прошла в Москве, 7-9 сентября 1995 г. Другая – в Санкт-Петербурге, 10-13 мая 1997 г. В конференции участвовало много западных коллег – психологов, психотерапевтов, протестантов по вероисповеданию, а протестантская Фуллеровская теологическая семинария (США) явилась одним из главных организаторов этих конференций. Интересно, что с российской стороны, организаторами были только психологические, а не религиозные структуры (правда, на открытие конференции пригласили ректора Санкт-Петербургской духовной академии, владыку Константина).

    Но уже давно и среди протестантов критикуют идею интеграции, а многие авторы и вообще от нее категорически отказались.

    Так, например, С. Джоунс и Р. Батмен в своей работе "Современные направления психотерапии: комплексная христианская оценка" пишут: "Критикам интеграции не нужно далеко ходить за примерами необоснованных клинических спекуляций, небрежной логики, неточных истолкований Библии, теологической наивности и разнузданного самовыдвижения. Во многих последующих главах, где мы исследуем заслуги и промахи терапевтических теорий, мы будем вынуждены критиковать утверждения, сделанные профессионалами из области христианского психического здоровья в отношении заслуг разных подходов. Христиане, осуществляя интеграцию, заслужили большую часть критики со стороны "ненавистников психологии"" (Jones, Butman. 1991).

    Получилась довольно парадоксальная ситуация: в то время, как некоторые отечественные авторы призывают к построению самостоятельной христианской психологии, на Западе уже пришли к "концу христианской психологии" – так называется книга Мартина и Дейдре Бобган (рус. перевод: СПб.: Шандал, 2005). Конец же христианской психологии авторы связывают с эклектизмом и субъективизмом ее последователей. Конечно, при этом можно сказать, что на Западе была плохая интеграция, а у нас будет хорошая: мы не станем без разбора все брать из психологии, а тщательно все проанализируем и лишнее – выбросим. Только вот эта иллюзия достаточно быстро рассеялась после того, как я лично познакомился с православными батюшками и монахами, прошедшими обучение и реально практикующими психоанализ (разных типов), глубинную психологию, НЛП и т. д. Никакой аргументированной критики они не воспринимали и считали, что все делают правильно. Кроме того, даже если каким-то чудом удастся "навести порядок" сегодня, то нет никаких гарантий, что завтра с приходом новых людей все не возвратится на круги своя. Это вполне прогнозируемые последствия "человеческого фактора": разным людям нравятся разные идеи и они протаскивают их даже внутрь церковной ограды – тем более этому будет подвержена христианская психология, если она будет подаваться как "интеграция". Это очень напоминает ситуацию из детской сказки про животных, которые захотели сварить самый вкусный суп: каждый из них принес то, что он любит больше всего (обезъяна – бананы, свинья – желуди и т. д.), но потом такой суп никто есть не смог, настолько он получился странным.

    Кстати, у меня сложилось впечатление, что когда на Западе все-таки используют термин "integration", то имеют в виду не буквальную интеграцию, как объединение, а как взаимодействие, сотрудничество и т. д. (это довольно четко прослеживается по интернет-публикациям, посвященным этой теме).

    Интересна в этом отношении конференция "Христианство и психология: конфликт или интеграция?", проходившая 5-6 декабря 2013 г. в Санкт-Петербургском Христианском Университете (протестантском – З. Ю.). Под "интеграцией" фактически подразумевали использование психологических методик при изучении различных явлений – религиозности, семьи. Чему были посвящены доклады: "Религиозность в современной России", "Возможности церкви в психолого-педагогической поддержке детей и их родителей". В единственном же докладе, посвященном именно интеграции автор "представил несколько моделей интеграции христианства и психологии: от резкого неприятия до плодотворного взаимного влияния". Но, если самой крайней степенью интеграции считается "плодотворное взаимное влияние" христианства и психологии, то это явно не интеграция, как их объединение. Мне кажется, что слово "интеграция" в названии этой конференции появилось для красного словца (вослед за западной традицией). Да, честно говоря, и по логике русского языка в названии конференции заявлена весьма странная альтернатива: "конфликт или интеграция?" – Но, и по логике русского языка, и по смыслу явлений, противоположностью конфликту является дружба и сотрудничество. И именно такой смысл и проходил красной нитью через многие доклады конференции. Кстати, именно этот термин и использовался при организации круглого стола "Психология и христианство: конфронтация или сотрудничество?" в рамках Санкт-Петербургского Покровского форума (РГПУ. 2007 г.). Исходя из всего этого, нам кажется, что лучше было бы вообще не употреблять термин "интеграция", чтобы не вводить людей в заблуждение, а говорить именно о сотрудничестве (Старынин. Фантом), соотнесении (Зенько. 2002) и т. д.

    Есть авторы, которые используют другие похожие термины:

    – например, о "гармонизации" пишет свящ. Алексий Мороз в своей докторской диссертации "Гармонизация систем знаний христианской, психологической и педагогической антропологии" (СПб., 2010);

    – прот. Андрей Лоргус пишет: "Мы исходили из того, что создать совершенно новую психологию, которая бы называлась "христианская психология", мы не сможем. Наверное, это дело будущего" (Христианская психология. 2005, с. 151); и далее: "Пока мы движемся, с одной стороны, путем приближения научной психологии к христианскому богословию, а с другой стороны – путем формулирования христианских основ психологии, которые имплицитно свойственны святоотеческому богословию" (там же); здесь использованы термины: "приближение" – в отношение психологии и богословия (и это явно не идея "интеграции", а в русле терминов "сотрудничества" и "соотнесения") и "формулирование" – в отношение христианских основ психологии (поскольку они уже реально есть). Таким образом, сделаем общий вывод по данной теме: по нашему глубокому убеждению, и сам термин "интеграция", и идея, за ним стоящая, не дают ничего полезного современной христианской психологии и, более того, вредны для нее и заводят ее в тупик. Подобный подход неверен как с психологической точки зрения, так, в еще большей степени, и с точки зрения православной.

     

    О христианской психологии как отдельном, научном направлении в психологии.

    Вполне понятно желание тех христианских психологов, которые хотят обособиться от современной психологии в качестве отдельного направления.

    Так называемая научная психология находится в каком-то затяжном, перманентом кризисе, начиная буквально с момента ее зарождения. На Западе психология раздробилась на множество школ и направлений, каждое из которых тянет одеяло на себя и нередко просто игнорирует наличие других точек зрения. А в настоящее время ситуация еще больше обострилась из-за того, что в психологию все активнее проникают оккультные, псевдорелигиозные и псевдонаучные идеи.

    Кроме того, нельзя закрывать глаза на то, что в настоящее время происходит использование психологии в неприглядной форме: как психопрограммирование и кодирование. По мнению В. И. Слободчикова знания о психических явлениях оказались инструментом для сценирования чужой жизни в собственных целях (реклама, выборные технологии) (Психология XXI века. 2000, № 2, с. 17). При этом, "именно религиозная, прежде всего христианская точка зрения на человека может сильно помочь, а во многом и обезопасить научную психологию от быстротечного превращения ее в практическую магию, в собственно парапсихологию" (там же, с. 18). Вот такая довольно парадоксальная, но, как нам кажется, вполне объективная ситуация: если современная научная психология захочет бороться с магизмом и оккультизмом, проникающем в нее, то в этом ей может помочь именно христианство. Но, честно говоря, эту сложную ситуацию многие современные психологи либо вообще не видят, либо оценивают ее по-другому, считая магизм и оккультизм чем-то интересным и полезным для психологии (но при этом, сохраняя советскую атеистическую предвзятость против христианства).

    Об этих же проблемах пишет Борис Сергеевич Братусь: "христианская психология как некое новое направление пытается соотнести корпус психологических знаний, как уже существующих, так и новых, с христианской концепцией человека. В этом и заключается простое, но важное отличие ее от других направлений психологии" (Христианская психология. 2005, с. 17). То есть речь идет именно о соотнесении – и в использовании такого термина нам видится перспективный методологический подход к данной проблеме. И далее автор подчеркивает: "И когда сейчас встает проблема целостного человека, то, естественно, встает проблема той теории, с позиций которой мы будем говорить об этой целостности" (там же). Это очень важная мысль, поскольку в современной психологии явно прослеживается ситуация "сапожника без сапог": сами психологи практически не задумываются над теми антропологическими, методологическими концепциями, которые лежат в основании разных психологических направлений. И это имеет принципиальное значение, ибо из антропологической концепции человека вытекает и его психологическое виденье, и цели и задачи практической роботы с человеком.

    В этом смысле, безусловно, христианская антропология с ее нравственной и духовной направленностью могла бы дать современной психологии очень много. Но при этом, как мы считаем, нет необходимости существования христианской психологии в качестве отдельного направления внутри современной психологии.

    Здесь можно провести некую параллель с трансперсональной психологией. Да, она с течением времени заняла некоторое место в психологии. На Западе о ней достаточно много говорят и пишут. Но академические психологи не воспринимают ее как собственно психологию, тем более, как научную психологию, поскольку по их мнению, не может быть научным направлением то, что непосредственно базируется на вненаучном основании (в трансперсональной психологии это буддийское учение о реинкарнации)

    Но с чисто научных позиций и христианская психология, с его учением о бессмертии души и другими не верифицируемыми научными методами положениями, не может быть научным направлением в психологии (подробнее о научности – дальше).

    Но может ли психология одновременно и быть научной, и говорить о каких-то религиозных явлениях?

    Наша дореволюционная, отечественная психология показала пример возможного подхода к решению этой проблемы (который, к сожалению, понимается и описывается в современной психологии совершенно превратно).

    Та психология встала перед проблемой: до этого она развивалась в русле христианского учения о душе, а теперь с Запада пришли естественнонаучные установки – как их соотнести? Появилась ориентация на необходимость экспериментальных методов, а душу, как духовную реальность, психологическими методиками не измерить. Тогда была сформулирована идея "психологии без души" (выражение Г. Челпанова), что выражено не совсем верно, поскольку предполагалось, что душа в психологии остается, но изымается из сферы прямого экспериментального изучения. То есть изучается не сама душа, а ее внешние проявления: память, внимание, восприятие и т. д.

    Очень интересна в этом отношении речь еп. Анастасия на открытии в 1914 г. первого в России Психологического института, основанного Георгием Ивановичем Челпановым (1862-1936). Еп. Анастасий говорил: "...возможно точное изучение душевных явлений, вообще говоря, можно только приветствовать. Но, стремясь расширить круг психологических знаний, нельзя забывать о естественных границах познания души вообще и при помощи экспериментального метода в частности. Точному определению и измерению может поддаваться лишь, так сказать, внешняя сторона души, та ее часть, которая обращена к материальному миру, с которым душа сообщается через тело. Но можно ли исследовать путем эксперимента внутреннюю сущность души, можно ли измерить ее высшие проявления?.. кто дерзнет экспериментально исследовать религиозную жизнь духа? Не к положительным, но к самым превратным результатам привели бы подобные попытки" (Речи и приветствия... 1914, с. 1-2). Фактически Челпанов и пытался реализовать этот наказ еп. Анастасия, обосновывая применение экспериментального изучения только к "внешней стороне души", а не к самой душе – откуда и появилось превратно понятое выражение "психология без души".

    В то время многим психологам подобное предостережение еп. Анастасия могло показаться чем-то излишним, но дальнейшая история развития психологии показала, насколько изложенная им охранительная установка была верна.

    Яркий пример тому Карл Юнг (1875-1961), глубинная психология которого западными психологами признается за нормальное психологическое направление (только с элементами "духовности", что по их мнению является положительным моментом). Но духовность бывает очень разная, особенно та, что является в сновидениях, "откровениях" и видениях, которые были так важны и естественны для Юнга: "Все мои работы, все, что я создал в области духа, вышло из инициальной силы воображения и сновидений" (Юнг. 1998, с. 196); "видение – само по себе – для меня дело обычное, я довольно часто вижу живые и яркие образы, как это бывает в гипнотическом состоянии" (там же, с. 258); "Перед фантазиями, охватившими меня, столь волновавшими и, можно сказать, управлявшими мною, я чувствовал непреодолимое отвращение, и неизъяснимый ужас" (там же, с. 221). Именно таковы, согласно святоотеческой традиции, впечатления от общения с падшими духами, против которого св. отцы всячески предостерегали (для духовного и душевного блага самого человека). Но Юнг вступил с ними в контакт: в одном из его видений ему явились седобородый старик (назвавшийся Ильей-пророком!), слепая девушка (Соломея) и большая черная змея (там же, с. 224). Старик потом преобразился в Филемона, который стал для Юнга учителем и представлял для него "некий высший разум" (там же, с. 227). Интересно будет отметить, что потом Филемон превратился в другой образ, который Юнг назвал древнеегипетским словом Ка (там же, с. 228), обозначавшим двойника человека, его тень в загробном мире. Вот как сам Юнг его описывает: "В выражении лица Ка было что-то демоническое, я бы сказал: мефистофельское" (там же), то есть, называя все своими именами, дьявольское. И появление подобной "ненаучной" лексики здесь совсем не случайно и не является проекцией на Юнга христианских установок. Так, например, сам Юнг пишет об "архетипе мудрого старца": "Если бы имя "Люцифер" не обросло всякого рода предрассудками, оно полностью (выд. нами – З. Ю.) подходило бы этому архетипу" (там же, с. 125). И в другом месте: "Дьявол есть вариант архетипа Тени, т. е. опасного аспекта непризнанной, темной половины человека" (Юнг. 1991, с. 101). Таким образом, один юнговский архетип – Люцифер, а другой – дьявол, так что, как говорится, умному – достаточно.

    А вот как Юнг определил ход и результат всей своей жизни: "У меня было много хлопот с моими идеями. Во мне сидел некий демон, и в конечном счете это определило все. Он пересилил меня..." (Юнг. 1998, с. 432). Воистину, короче и яснее не скажешь: демон пересилил его. И это вполне конкретный духовный факт, к которому Православная церковь отнеслась вполне определенным образом: в современном церковном "Чине отречения от занятий оккультизмом" вместе с экстрасенсорикой, биоэнергетикой, астрологией, парапсихологией и т. д. приводится и глубинная психология Карла Юнга (Чин отречения... 1996, с. 182). Есть ли это "вмешательство" церкви в дела психологии (а современные психологи очень не любят, чтобы в их дела вмешивались со стороны)? – Нет, потому что церковь не претендует на анализ психологической или психотерапевтической составляющей учения Юнга, но как "специалист по духовности" церковь предостерегает против того типа духовности, которое содержится в учении Юнга, а дальше дело каждого человека, в том числе и психолога, прислушаться ли к ее авторитетному мнению в этом вопросе, или сделать вид, что "все о кей".

    Что касается глубинной психологии Юнга, как научного направления, то ее появление и развитие наглядно демонстрирует следующую закономерность: в погоне за "духовностью" Юнг все больше терял научность своего подхода. В конечном итоге он сам превратился в некоего духовного наставника-гуру, а его учение фактически только подавалось в обертке психологической терминологии. По такому пути потом стали развиваться многие псевдорелигиозные культы того времени, используя психологический язык для своего прикрытия и для вербовки людей.

     

    О христианской психологии как научном направлении.

    Здесь необходимо выделить два разных момента.

    Во-первых, дело в том, что до сих пор существует ничем не обоснованный стереотип отождествления научности и атеизма. Но все дело в разном понимании самой научности: если она заключается в объективности и экспериментальном подходе, то это ни в коей мере не может отождествляться с воинствующим атеизмом (как это было у нас в советское время). Какой же это объективизм, если религия априори объявляется "опиумом для народа", имеющим только негативные последствия? Наоборот, когда на Западе провели несколько чисто экспериментально-психологических исследований, то оказалось, что христианство несет в себе большой психологический и психотерапевтический потенциал, который позволяет христианам лучше справляться с появляющимися жизненными проблемами. Поэтому даже стали говорить о психотерапевтической функции религии, несмотря на авторитет психоанализа, который видел в религии только "коллективный невроз".

    Часто говорят, что наука и религия являются двумя непересекающимися реальностями и поэтому нельзя религию смешивать с наукой (а потом от этого переходят к атеистической критике). Но из первого положения по непредвзятой логике следует совсем другой вывод: наука не может быть атеистической, поскольку не должна и не может сама вмешиваться в религию, отрицать ее положения и т. д. (что как раз и делает атеизм). Наука не только не может доказать того, "что Бога нет" (к чему ее подталкивали в советское время), но и сама постановка подобного вопроса некорректна с чисто научных позиций.

    С этой точки зрения критика обыденного (атеистического) понимания научности и возможна, и необходима. Но, с другой стороны, из данной критики совсем не вытекает возможность и необходимость перегиба в противоположную сторону, когда религию инкорпируют в науку. Как нам кажется, эта проблема решается в идее сотрудничества религии и науки: в этом случае они и не сливаются, и не противопоставляются. А это сотрудничество, безусловно, может быть плодотворным как в практическом, так и в теоретическом аспекте.

    Что касается использования некоторых психологических научных методов и в христианской психологии, то от этого она сама, безусловно, не становится научной дисциплиной. Кстати, точно также, когда наука обращается к рассмотрению каких-то религиозных тем, она не становится от этого религией.

    Поэтому, как нам кажется степень необходимости и возможности того, чтобы христианская психология была именно научной дисциплиной, сильно преувеличена. Как нам кажется, христианская психология вполне может существовать и выполнять свои задачи и не в качестве научного направления.

    Что же касается терминологического восприятия словосочетания "христианская психология" именно как психологии (а значит и как чего-то научного), то это распространенный, но неверный стереотип обыденного сознания.

    Мы привыкли, что любое прилагательное, использованное с существительным "психология", просто является неким его дополнением и уточнением. А в терминологическом плане "психология" с каким-нибудь прилагательным обозначает новое психологическое направление. Например: спортивная психология, юридическая психология и т. д. Но все совсем по другому, когда речь идет о "религиозной психологии". Как говориться, нашла коса на камень: само слово "религия" имеет в нашей культуре такое важное значение, что образованное от него прилагательное "прихватизирует" используемое с ним существительное (а не наоборот).

    Исторически сложилось, и вполне, как нам кажется правильно, что разделяют "психологию религии" и "религиозную психологию".

    "Психология религии" есть научное направление, объектом которой является религия. Но "религиозная психология" есть совершенно другое: это есть элементы психологического (в широком смысле) знания внутри религии. В христианстве, например, это будет христианское учение о душе и ее онтологичности, а в буддизме, наоборот, учение о несубстанциальности, иллюзорности и души, и личности, и Я.

    Аналогично, кстати, обстоит дело и с такими терминами как "философия религии" (научное направление) и "религиозная философия" (философские идеи внутри религии).

    Тогда по нормальному должен быть следующий терминологический ряд:

    – например, "психология буддизма" и "психология ислама" есть научные направления внутри психологии религии, которые изучают буддизм и ислам; и тогда "буддийская психология" и "исламская психология" есть совокупность религиозных представлений в буддизме и исламе про внутренний мир человека;

    – как же тогда быть с христианством? – мне кажется, исходя из всего изложенного выше, вполне логичными будут следующие определения: "психология христианства" есть научное направление внутри психологии религии (и к нему и только к нему, мы можем предъявлять требования научности, экспериментальности и т. д.), но "христианская психология" есть религиозное учение о внутреннем мире человека, о его душе (плюс практическое приложение этого учения).

    Но при этом, могут ли какие-либо элементы современной академической психологии использоваться в христианской психологии? – Конечно, да. За исключением оккультных идей последнего времени, многие положения академической психологии могли бы быть полезны в христианской психологии – особенно в практическом ее приложении (брак, семья, воспитание и т. д.).

    Обществом православных психологов Санкт-Петербурга были выработаны некоторые критерии анализа психологических методов для их применимости в христианской психологии. Были проанализированы и отброшены наиболее новые или "жареные" психологические методы, использующие внушение, умаляющие роль сознания и самосознания и т. д.

    Обобщив все ранее сказанное об отношении психологии, науки, христианства, получим следующую схему.

     

    ХРИСТИАНСТВО

    сотериология -- богословие -- аскетика

    христианская антропология

    христианская психология

     

    Р Е Л И Г И О З Н А Я     П С И Х О Л О Г И Я

    – – – – – – – – – – – – – – – – – – – – – – – – – – – –

    П С И Х О Л О Г И Я    Р Е Л И Г И И

     

    психология христианства

    ПСИХОЛОГИЯ

    Н А У К А

     

    Христианская психология как христианское учение о душе. Виктор Иванович Слободчиков пишет: ""Христианская психология" – словосочетание, удобное в произнесении, но несколько неточное. Дело в том, что христианская психология как научная дисциплина когда-то была в недрах философии, была составной частью религиозной практики, в меньшей степени богословия, но в большей – практической веры" (Христианская психология. 2005, с. 149). Как нам кажется, христианская психология в достаточной степени присутствовала и в богословии тоже (и не как научная дисциплина), но это – детали, главное же, с чем хотелось бы солидаризироваться в этом высказывании, это то, что христианская (или православная) психология существовала давно. Тогда с этой точки зрения совершенно неверно, что "в конце XX века в России появилась православная психология" (Шеховцова. 2013, с. 6). А другие авторы даже называют "основателей христианской психологии", в числе которых упоминается несколько современных московских и петербургских психологов. Да, в это время появились психологи, которые открыли для себя православие и стали писать на эти темы. Но и дореволюционные психологи писали на различные темы христианской психологии не меньше, чем современные психологи. Но при этом, происходящее тогда не обозначалось как появление "христианской психологии", а было закономерным результатом взаимного интереса психологии и христианства. Кроме того, и сам автор, писавший о появлении в России христианской психологии "в конце XX века", параллельно с этим утверждает, что основателем христианской психологии является свт. Феофан Затворник (1815-1894) – конференции с таким названием проходят в Петербурге, начиная с 2015 года. Как нам кажется подобные явные неувязки отнюдь не случайны, ибо напрямую вытекают из отсутствия грамотного методологического подхода к христианской психологии в ее историческом контексте.

    Кстати, скажем подробнее о термине "христианская психология": обычно считают, что он появился только что, когда современные психологи заинтересовались христианством и "изобрели" такое словосочетание. Но это не так.

    В 1901 г. вышла брошюра "Адамово наследство. Очерки христианской психологии" (Св.-Серг. Троицкая лавра, 1901; переизд.: М., 1996).

    В том же году появилась статья "Христианская психология" Льва Александровича Тихомирова (1852-1923). Автор на примере работы М. Тареева "Цель и смысл жизни" показывает, насколько собственно христианская психология, основанная на опыте Церкви и св. отцов, отличается от психологии "научной". Текст работы есть на нашем сайте.

    В 1890 г. еп. Феофан Затворник, ныне причисленный Церковью к лику святых, писал: "Самым пригодным пособием для начертания нравоучения христианского могла бы служит христианская Психология" (Феофан /Говоров/ еп. 1890, с. 7).

    Что же св. Феофан понимал под "христианской психологией"? – Вот выдержки из его письма от 1 ноября 1889 г.: "Я послал вам 33-й псалом. Еще не дошел он до вас. Там в письме и о психологии отеческой. Вы хорошие берете хлопоты – найти или составить и издать психологию христианскую. Вот, по-моему, какова должна быть программа этой психологии. Изобразить состав естества человеческого: дух, душа и тело, – и представить систематически перечень всех способностей и отправлений каждой части, – и затем описать состояние и частей естества, и способностей: – 1) в естественном состоянии, 2) в состоянии под грехом, и 3) в состоянии под благодатью. Маленький опыт такой психологии представлен мною в письмах о христианской жизни – выпуск третий: письма XXI-XXV, и в прибавлениях стр. 381-609" (Феофан (Говоров/ еп. 1994, с. 215-216). То есть под "христистианской психологией" св. Феофан понимал христианское учение о борьбе со страстями и о стяжании благодати.

    А в 1860 г. святитель Игнатий (Брянчанинов) писал: "Предпринявший изучение высокой науки в самом себе – христианской психологии – сколько ни будет усовершать себя, всегда найдет необходимым еще большее совершенствование и будет пользоваться всеми способами, доставляющими ему совершенное познание" (Игнатий (Брянчанинов). Т. 3. 2006, с. 515). Безусловно, что "христианская психология" здесь понимается именно как душепопечение, т. е. в чисто христианском контексте.

    При этом свт. Игнатий (Брянчанинов) к секулярным идеям в современной ему психологии относился очень отрицательно. В Представлении в Святейший Синод от 4 мая 1859 г. он писал: "Необходимо устранить ныне преподаваемую психологию, заимствованную не из церковных источников, а из источников, противных Церкви; опыт показывает, что лица, заимствовавшие свои познания из преподаваемых ныне учебников психологии, никак не могут примириться с теми понятиями о душе человеческой, каковые доставляются святыми Отцами Православной Церкви, приобретшими познание о душе от просвещения Свыше" (христ.: Игнатий (Брянчанинов). Т. 2. 2001, с. 544).

    Таким образом, словосочетание "христианская психология" не есть какая-то необоснованная выдумка настоящего времени, а есть обычное православное выражение, которому к тому же уже больше ста пятидесяти лет!

    Кстати, словосочетание "библейская психология" не менее традиционное: в 1892 г. вышла книга протоиерея Павла Яковлевича Светлова, профессора Университета св. Владимира, под названием "Пророческие и вещие сны. Апологетическое исследование в области библейской психологии" (Киев, 1892).

    Кроме того, еще можно указать множество важных тем, в названии которых присутствует слово "психология" и которые разрабатывались отечественными авторами до революции 1917-го года:

    психология веры: Введенский А. И. "Психология веры (Религиозная вера как биогенетический принцип в психологии)" (Сергиев Посад, 1899);

    психология молитвы: Платонов Вениамин свящ. "Психология молитвы" (СПб.: Свет, 1913);

    психология святости: Меньшиков М. "Психология святости" (Новое время. 1903, № 3);

    психология греха: Соколов Л. А. "Психология греха и добродетели по учению св. подвижников древней церкви в связи с условиями пастырского душепопечения" (Вологда: Тип. К. А. Баранеева, 1905);

    психология грешника: Никонов А. "Психология кающегося грешника по Псалтири" (Вера и разум. 1911, № 13, с. 21-34), Никонов А. "Психология нераскаянного грешника по Псалтири" (Вера и разум. 1911, № 12, с. 717-726);

    психология раскола: Розанов В. В. "Психология русского раскола" (Его же. Религия и культура. 2-е изд. СПб., 1901, с. 23-54);

    психология экстаза: Коновалов Д. Г. "Психология сектантского экстаза" (Сергиев Посад: Тип. Св.-Тр. Сергиевой лавры, 1908);

    психология фанатизма: Чиж В. Ф. "Психология фанатизма" (Вопросы философии и психологии. 1905, кн. 1(76), с. 1-36; кн. 2(77), с. 149-186);

    – кстати, также и психология атеизма: Владимирский Ф. "Психология атеизма" (Его же. Психологическое доказательство бытия Божия. Почаев, 1904, с. 29-33);

    святоотеческая психология: Тареев М. М. "Цель и смысл жизни" (М., 1901).

    Словосочетания "православная психология" в этом списке нет по одной простой причине: в православной стране, каковой Россия являлась в то время, когда говорили "христианская", практически всегда подразумевали "православная" (если же речь шла о католицизме или протестантизме, то прямо так и писали).

    Кроме того, словосочетание "православная психология" было употреблено архим. Киприаном (Керном) уже в 1950 г. в известнейшей его работе "Антропология св. Григория Паламы" – см. современное ее переиздание (Киприан (Керн). 1996, с. 360). Так что и этому словосочетанию уже больше 60-ти лет – вполне, можно сказать, солидный и почтенный возраст, который необходимо уважать.

    Таким образом, как нам кажется, приведенная информация вполне обоснованно показывает и доказывает следующие мысли:

    – термин "христианская (православная) психология" имеет долгую историю и предысторию, и не является изобретением современных психологов;

    – кстати, такое же положение дел и с терминами "психология", "психологическое" – под которым дореволюционные авторы понимали именно учение о душе; в похожем контексте эти термины использовались и у древнехристианских авторов (писавших свои работы на греческом языке);

    – совершенно справедливо и правильно во всех отношениях использовать как синонимы словосочетания "христианская психология" и "христианское учение о душе", поскольку по своему содержанию христианская психология и является не чем иным, как христианским, святоотеческим учением о человеческой душе.

     

    Возможно и такое виденье христианской психологии – как христианско-ориентированной психологии, как психологии с человеческим лицом, нравственными и духовными компонентами. Но при этом христианская психология не выделяется в качестве отдельного направления, а ее содержание соотносится со всей психологией, чтобы та возвратилась к своим христианским корням. Правда, с западной психологией это уже почти невозможно, но в отечественной психологии такой вариант реально остался. Кроме того, необязательно "все и сразу" – можно и лучше, чтобы это происходило постепенно и органично для самой психологии (и не воспринималось, как засилье религии).

    Современная психология в своем историческом развитии все больше и больше теряла душу. "Бедная, бедная психология, – восклицал уже в 60-х годах автор статьи о психологии в Британской энциклопедии, – сперва она потеряла душу, затем психику, затем сознание а теперь испытывает тревогу по поводу поведения" (цит. по: Начала христианской психологии. 1995, с. 4). Б. С. Братусь так комментирует это высказывание: "Действительно история научной психологии – это история утрат, первой и главной из которой была утрата души. Психология единственная, наверное наука, само рождение, весь арсенал и достижения которой связаны с доказательством, что то, ради чего она замышлялась – псюхе, душа человеческая, – не существует вовсе" (там же, с. 4). Так что, в конечном итоге можно утверждать: "...современная так называемая психология есть вообще не психология, а физиология. Она есть не учение о душе, как сфере некой внутренней реальности... а именно учение о природе, о внешних, чувственно-предметных условиях и закономерностях сосуществования и смены душевных явлений" (Франк. 1995, с. 422-423). И далее: "Прекрасное обозначение "психология" – учение о душе – было просто незаконно похищено и использовано, как титул для совсем иной научной области" (там же, с. 423).

    С этой точки зрения крайне интересны воспоминания А. И. Зеличенко об одном "дне открытых дверей" в 70-ые годы на факультете психологии Московского университета: "Перед нами, тогда школьниками, выступил декан факультета академик Леонтьев. В его речи меня поразила одна фраза. Ее смысл сводился к следующему: "Тому, кто хочет стать специалистом по человеческой душе, на факультете делать нечего"" (Зеличенко. 1996, с. 16). Впоследствии, поступив на факультет и став профессиональным психологом, автор "убедился, как был прав академик" (там же).

    Думается, что Леонтьев заговорил об этой теме не случайно. Хрущевская оттепель 60-ых годов сказалась на всех сторонах жизни: некоторые веяния свободы проникли и в психологию. Правда, многие использовали эту свободу для того чтобы "глотнуть Запада", но находились и такие психологи, которые от надоевшего атеизма тянулись к духовному, к религии, к душе. Вскоре все эти брожения были загнаны внутрь, но и там они давали себя знать. Приблизительно в эти же годы А. Ровнер закончил университет и решил поделиться своими психологическими идеями с А. Н. Леонтьевым, на что последний ответил примерно следующее: "Да, молодой человек, вы хотите заниматься психологией, т. е. наукой о душе, но я ничего не могу вам предложить" (см.: Калинаускас. 1994, с. 445).

    Но в последнее время отечественные психологи со все увеличивающимся интересом относятся к душе: "Психология, надеюсь, станет наукой не об отсутствии, а о присутствии души" (Зинченко. 1994, с. 43). И к этому мнению одного из старейших наших психологов, нам кажется, нельзя не прислушаться.

    Тема души появляется и в отношении русских психологов к западной психологии. В. П. Зинченко и А. И. Назаров в своем предисловии к "Когнитивной психологии" Р. Солсо писали по поводу отсутствия в когнитивной психологии очень многих собственно психологических тем: "Когда когнитивная психология научится все это учитывать и исследовать, она станет просто Психологией – наукой о душе, к чему медленно но верно идут сколько-нибудь уважающие себя направления психологической науки" (см.: Солсо. 1995, с. 19). К традиции психологии, как душеведения активно примыкают Б. Братусь и А. Пузырей. Вслед за последними и В. М. Розин считает, "что новая психология должна быть не только наукой о психике, но и учением о душе" (Розин. 1995, с. 15).

    Подобная позиция, конечно же, не понравится многим современным психологам, еще воспитанным на "диамате и истмате", но если отечественная психология захочет по-настоящему самостоятельно развиваться, а не только копировать западные образцы, то она вынуждена будет учитывать, что "подлинные успехи психологии были обусловлены обостренным религиозно-нравственным сознанием" (Франк. 1995, с. 425).

    И старейшего отечественного психолога Владимира Петровича Зинченко печалит, что "психология перестала быть наукой о душе и стала наукой об ее отсутствии" (Зинченко. 2001, с. 88). Он предупреждает, что "потеря души далеко не безобидна" (там же). Он же пишет о христианстве: "Модное ныне обращение к религии – это даже не начало дела. Действительную эвристическую пользу психологии может принести лишь серьезное погружение в теологию, осмысление ее богатейшего опыта в познании человеческого духа" (Зинченко. 1993, с. 8). О душе и духовности: "В мировоззрении и в трудах В. Вундта, У. Джемса, Г. И. Челпанова большое место занимали проблемы души и духовности, что вовсе не мешало им работать в области экспериментальной психологии, физиологической психологии и т. д. Не потому ли мы все снова и снова возвращаемся к их трудам? Погружение в духовный опыт, изучение его вовсе не означают отказа от реальных достижений научной психологии. Напротив, это приведет к ее обогащению, сделает ее более интересной и привлекательной, будет способствовать повышению психологической культуры, наконец, откроет перед психологией новые горизонты развития" (там же, с. 19).

    Похожую позицию занимают и другие известные отечественные психологи.

    Так, например, профессор, докт. психол. наук, В. В. Давыдов в предисловии к книге прот. Бориса Ничипорова пишет: "Мне, как человеку, много лет работающему в области научной психологии, трудно писать о книге, посвященной религиозной христианской психологии. И вместе с тем я уже давно чувствую, что существуют такие сферы человеческой жизни и сознания человека, которые не охватываются средствами сциентистской психологии и предполагают понимание со стороны других подходов. Многое я увидел в возможностях христианской психологии, и поэтому решил познакомиться с содержанием этой книги и даже написать к ней предисловие" (см.: Ничипоров. 2002, с. 4). Комментарии, как говорится, излишни.

    И профессор, докт. психол. наук Наталья Анатольевна Логинова выражает сожаление, что "прервалась линия отечественной философской психологии, которая долгое время трактовалась в истории советской науки как прогрессивный факт победы материализма над "мракобесием поповщины"" (Логинова. 1995, с. 164).

     

    Перейдем к выводу по данной теме: как мы видели, в отечественной психологии есть достаточно выраженное стремление к "психологии с человеческим лицом" (что не может не радовать). Будем надеяться, что в такой психологии будет нелишним и человеческая душа и другие важнейшие христианские реальности и понятия. И это не будет созданием какой-то новой психологии, а ее обновлением, через возвращение к своим историческим истокам. Можно сказать, что это путь к гуманизации психологии, что является объективным запросом сегодняшнего времени – но не через выделение отдельного психологического направления, как это было на Западе.

     

     

    Страница добавлена 10.05.2011.
    Последнее обновление 01.10.2018.

    © Словарь христианской антропологии и психологии.

     

     

    ПОДЕЛИТЬСЯ С ДРУЗЬЯМИ
    адресом этой страницы

     


     

    НАШ БАННЕР
    banner
    (код баннера)

     

    ПРАВОСЛАВНЫЙ ИНТЕРНЕТ
    hristianstvo.ru

     

    ИНТЕРНЕТ СЧЕТЧИКИ
    Rambler   Яндекс.Метрика
    В СРЕДНЕМ ЗА СУТКИ
    Hits Pages Visits
    3301 2309 723

     

    . .
    . . . . . . . . .
    . . . . . . . . .