НА САЙТЕ:
БИБЛИОГРАФИЯ:
> 7500 позиций.
БИБЛИОТЕКА:
> 2750 материалов.
СЛОВАРЬ:
анализ 237 понятий.
ПРОБЛЕМНОЕ ПОЛЕ:
критика 111 идей.

"мы проповедуем
Христа распятого,
для Иудеев соблазн,
а для Еллинов безумие..."
(1 Кор. 1, 23)
 

  • ГЛАВНАЯ СТРАНИЦА
  • МАТЕРИАЛЫ по христианской антропологии и психологии
  • БИБЛИОТЕКА христианской антропологии и психологии
  • Каллист и Игнатий Ксанфопулы. Наставление безмолвствующим (текст)

  • ХРИСТИАНСКАЯ
    ПСИХОЛОГИЯ И
    АНТРОПОЛОГИЯ
    В ЛИЦАХ
    ГЛАВНАЯ СТРАНИЦА
    МАТЕРИАЛЫ
    Персональная библиография
    Тематическая библиография
    Библиотека
    Словарь
    Проблемное поле
    СТРАНИЦА Ю. М. ЗЕНЬКО
    Биографические сведения
    Публикации: монографии, статьи
    Программы лекционных курсов
    Всё о человеке: библиография
    Контактная информация

    Поиск по сайту
     

     

    Каллист и Игнатий Ксанфопулы

    НАСТАВЛЕНИЯ БЕЗМОЛВСТВУЮЩИМ, В СОТНЕ ГЛАВ

     

    1) О нужде научать друг друга добру.

    Нам, которые, яко чада Света и наследники Божии, сонаследники же Христовы, по обетованию же божественному должны быть научаемы самим Богом (Ин. 6, 45), носить неизреченно в сердце яснее пламени написанным Новый Завет, и управляться благим и правым Духом, надлежало бы жить Ангелоподражательно и никакой не иметь нужды, чтоб кто-либо научал нас: познай Господа (Иерем. 31, 34). Но как ныне с одной стороны наше с детства отклонение от доброго и уклонение к худому, с другой обольщение и непримиримая вражда против нас лютого велиара, научают нас, отвратившись от спасительных и боготворных заповедей, носиться по душепагубным стремнинам, и, что всего плачевнее, возбуждают нас против самих себя и мудрствовать и действовать, до того, что, по слову Божию, несть разумеваяй или взыскаяй Бога, и мы все, уклонившись от правого пути, стали неключимы (Пс. 13, 2. 3), плотяны и безблагодатны: то крайнюю имеем нужду во взаимном друг друга направлении к добру и содействии в том.

    2) Указывается, что настоящее наставление пишется по просьбе некоего брата и в исполнение заповеди отеческой; испрашивается помощь Божия себе к написанию, а читающим к уразумению и исполнению того.

    Так как ты, движимый, по слову Господню, желанием испытывать божественные животворные Писания и посвященным

    – 305 –



    сделаться в таинства их непогрешительно, часто просил и у нас неключимых слова и писанного правила, на пользу себе, а, может быть, и другим, как сам говоришь: то мы, если не прежде, то теперь должным сочли исполнить, с Божией помощью, похвальное желание твое, забыв из любви к тебе и пользы ради твоей, о нашей совоспитаннице – лености, и тебе подражая в твоем рвении к добру и твоем неутомимом трудолюбии, чадо наше духовное и возлюбленнейшее, паче же всего устрашившись Божия осуждения, которым угрожается всякому, скрывающему талант свой, а при этом и заповедь отеческую желая исполнить, которую заповедали нам отцы наши и учители духовные, чтоб мы и другим боголюбивым вверяли то, чему от них научились. Бог же, Отец любви, и всех вообще благ всещедрый раздаятель, дававший слово и скотам несмысленным, да дарует нам, нескорым и немотствующим, благопотребное слово во отверзение уст наших, на пользу слышащих, тебе же и прилучающимся, по слову своему, да приложит ухо мудро и разумно слушать сие, и, как Ему любезно, неуклонно жительствовать по сему: ибо без Него, как написано, не можем мы делать ничего душеполезного и спасительного (Ин. 15, 5), и: аще не Господь созиждет дом, всуе трудишася зиждующии (Пс. 126, 1).

    3) Программа предлежащего наставления.

    Поелику всяким делом заправляет цель, цель же – у нас та, чтоб по силе нашей высказать все, что может способствовать к твоему преуспеянию, а у тебя та, чтоб по тому, что будет сказано, в точности направит жизнь свою: то прежде всего другого надобно уяснить, на что в полноте домостроительства Христова взирая, можем мы верно и основание зданию жизни положить, и здание ее совершить, и в свое время, или как поможет Бог, подобающий возложить на него кров, – все архитектонством Духа.

    – 306 –



    4) Основное начало наставления.

    Основное начало нашего с Божией помощью наставления кратко совмещается в следующем положении: надобно всячески и всеусильно стараться жить по законоположению всех боготворных заповедей Спасителя; – чтоб чрез соблюдение их взойти опять к тому совершенному духовно – благодатному возображению и воссозданию, какое в начале туне даровано нам было, во святой купели, или, – если угодно тебе так определить сей дар, – чтоб отложив ветхого Адама с деяниями и похотями его, облещися в нового и духовного, который есть Господь Иисус Христос, как говорит божественнейший Павел: чадца моя, имиже паки болезную, дондеже вообразится Христос в вас (Гал. 4, 19); и: елицы во Христа крестистеся, во Христа облекостеся (Гал. 3, 27).  

    5) Слава благодати св. крещения, и – что омрачает ее, и что восстановляет.

    Какая же это благодать, и как мы сподобляемся ее, – что омрачает ее и что возочищает, сие объяснит тебе, паче всякого злата душой и словом блестящий, св. Златоуст, говоря: "славу Господню взирающе, в той же образ преобразуемся (2 Кор. 3, 18). Это было яснее для верующих времен Апостольских, когда действовали дарования чудес; впрочем, кто имеет очи веры, тому и ныне не трудно уразуметь сие. Вместе с тем, как мы крещаемся, душа наша, очищенная Духом, делается светлее солнца; и мы не только бываем способны смотреть на славу Божию, но еще и сами получаем от нее некоторое сияние. Как чистое серебро, лежащее против солнечных лучей, и само испускает лучи не только от собственного естества, но и от блеска солнечного: так и душа, очищенная Духом Божиим и сделавшаясь блистательнее серебра, и в себя принимает луч от славы Божией, и от себя отражает луч той же славы. Посему и говорит Апостол: взирающе славу Господню, в той же образ преобразуемся от славы в славу, т.е.

    – 307 –



    от славы Духа в славу нашу, в нас вселяющуюся, и притом в такую славу, какой подобает быть от Господня Духа".

    Спустя немного продолжает он: "Хочешь ли, я покажу тебе это яснее и чувствительнее на Апостолах? Помысли о Павле, коего и одежда имела чудное действие; вспомни о Петре, коего и тень обнаруживала чудодейственную силу. если б они не носили в себе образа Царя небесного и не были неприступны блистания их, то одежды их и тени не обнаруживали бы такой силы: ибо одежда Царя страшна и для разбойников. Хочешь ли видеть, как и сквозь тела проникает внутренний свет их? – Воззревше на Стефана, говорит книга Деяний, видеша лице его, яко лице Ангела (6, 15). Но это еще ничего в сравнении с внутри его сиявшую славою. Ибо что Моисей тогда имел на лице своем, то они носили в душе своей. – И еще гораздо большее того: ибо бывшее у Моисея было более чувственно, а это духовно. И как тела, имеющие способность принимать и отражать свет, освещаясь телами самосветящимися, и сами отражающийся в них свет разливают на другие ближайшие к ним тела: так бывает и с верными. И поэтому-то испытывающие сие отрешаются от земного, и помышляют об одном небесном. – Но увы! прилично нам при сем горько восстенать; что такого сподобляясь благородства, мы не понимаем даже, что говорится о нем, потому что скоро теряем его и уклоняемся к чувственному. Сия неизреченная и страшная слава бывает в нас один или два дня, а потом мы погашаем ее, наводя бурю житейских дел и густотою облаков их отражая лучи ея" (беседа 7-я на 2 посл. к Коринф.).

    В другом негде месте говорит он: "Тела угодивших Богу в такую облекутся славу, какой даже и видеть нельзя этими (настоящими) глазами. Некоторые сего знамения и не ясные следы благоволил Бог дать и в Ветхом и в Новом Завете. Там лице Моисеево такой осеялось славою, что было неприступно для очей Израильтян; а в Новом еще гораздо более просияло лице Христово".

    Выслушал ты теперь глаголы Духа? Уразумел силу

    – 308 –



    таинства? Познал, каковы болезни совершенного нашего от святой купели духовного возрождения? Каковы плоды его, полнота и победные почести? И на сколько в нашей власти состоит умножить или умалить сию преестественную благодать, т.е. проявить или затмить? Затмевают ее – буря житейских забот и от них рождающийся мрак страстей, кои, наподобие вихря или дикого потока нападая на нас и душу потопляя, не дают ей ни отдохнуть ни воззреть на то, что истинно добро и блаженно, для чего она и создана, но всю ее, избитую и измученную волнами и дымом сластей чувственных, омрачают и погружают в непотребства. Проявляет же ее противное сему, – то, что отраждает от боготворных заповедей, и для тех, кои не по плоти ходят, но по духу: ибо, говорится, Духом ходите и похоти плотские не совершайте (Гал. 5, 16), душеполезно и спасительно, возводя их, как по лествице, на самый верх совершенства, на самую последнюю из степеней его – в любовь, которая есть Бог.  

    6) Во святом крещении мы туне приемлем Божественную благодать; когда же закрываем ее страстями, то опять возочищаем исполнением заповедей.

    В божественных ложеснах, т.е. в священной купели, всецело совершенную божественную благодать приемлем мы туне. Если после того как-нибудь, по злоупотреблению вещами временными, и по многозаботливости о делах житейских, закроем ее мглою страстей, то можно и после сего чрез покаяние и исполнение заповедей богодейственных, опять восприять и снова стяжать преестественную ее светлость и увидеть наияснейше проявление ее. Проявление ее открывается по мере ревности каждого быть верным вере, но паче всего помощью и благоволением Господа Иисуса Христа, как говорит св. Марк: "Христос, яко Бог совершенный, совершенную даровал крестившимся благодать Святого Духа, которая никакого от нас не получает прибавления, а только открывается и проявляется в нас соответственно исполнению заповедей, и

    – 309 –



    приложение веры подает нам, дондеже достигнем вси в соединение веры, в меру возраста исполнения Христова (Еф. 4, 13). Почему если что приносим мы после того, как возродимся в Нем, то и это Им и из Него было уже сокрыто в нас".

    7) Живущему по Богу надо все заповеди проходить, но большую часть деятельности уделять первейшим из них, яко породительницам прочих.

    Итак, поелику, как мы сказали, начало и корень всего свойственного нам действования есть, чтобы жить по спасительным заповедям, предел же и плод (чаемый от сего) есть, чтобы опять востещи к дарованной нам в начале чрез крещение совершенной благодати Святого Духа, которая хотя все еще в нас есть (ибо нераскаянны дарования Божия, как говорит Апостол – Рим. 11, 29), но загромождена страстями, и открывается только чрез исполнение богодейственных заповедей: то надлежит нам всячески стараться, чрез всеусильное исполнение всех таких заповедей, возочистить сущую в нас благодать Духа, привести ее в явление и наияснейше увидеть. Светильник ногама моима, говорит блаженный Давид к Богу, закон Твой и свет стезям моим (Пс. 118, 105); и: заповедь Господня светла, просвещающая очи (Пс. 18, 9); и: ко всем заповедем Твоим направляхся (Пс. 118, 128). Возлежавший на перси Господа говорит: соблюдаяй заповеди Его, в Нем пребывает, и Той в нем (1 Ин. 3, 24); и: заповеди Его тяжки не суть (1 Ин. 5, 3). И Сам Господь учит: имеяй заповеди Моя, и соблюдаяй их, той есть любяй Мя: а любяй Мя, возлюблен будет Отцом Моим: и Аз возлюблю его, и явлюся ему Сам (Иоан. 14, 21); и: аще кто любит Мя, слово Мое соблюдет: и Отец Мой возлюбит его, и к нему придем, и обитель у него сотворим (там же ст. 23); и: не любяй Мя, словес Моих не соблюдает (– – ст. 24).

    Наипаче заботиться должно о первейших из сих заповедей и источных, кои суть как бы матери прочих, и им наибольшую посвящать часть действования. Ибо сим образом,

    – 310 –



    с Божией помощью, мы непреткновенно достигнем и цели предположенного в начале доброго действования, и конца стремления нашего, т.е. проявления в нас благодати Святого Духа.

    8) Начало всякого Богу угодного действования есть с верою призывание имени Господа нашего Иисуса Христа, и с ним воссиявающие из него мир и любовь.

    Начало всякого Боголюбезного действования есть с верою призывание спасительного имени Господа нашего Иисуса Христа, – так как Он Сам заявил: без Мене не можете творити ничесоже (Ин. 15, 5), и с сим призыванием мир и любовь: мир, ибо молиться подобает, как говорит Апостол, без гнева и размышления (1 Тим. 2, 8); любовь, ибо Бог любы есть, и пребываяй в любви в Бозе пребывает, и Бог в нем (1 Ин. 4, 16). Сии же – мир и любовь не только благоприятной делают молитву, но и сами опять из сей молитвы рождаются и воссиявают, как неразлучные божественные лучи, и возрастают и в совершенство приходят.

    9) Каждым из сих трех и всеми тремя вместе подается нам обилие всех благ.

    Каждым из сих трех, и всеми тремя вместе подается нам и множится в нас обилие всех благ. – Ибо с верою призыванием имени Господа нашего Иисуса Христа твердо надеемся мы получить милость и жизнь истинную, в Нем сокровенную, кои, при частом возглашении внутрь сердца имени Господа нашего Иисуса Христа, источаются из него, как из некоего божественного источника приснотекущего. – Превосходящим всякий ум и никакого предела не имеющим, миром сподобляемся примирения с Богом и друг с другом. – любовью, коей хвала несравненна, – так как она есть конец и глава закона и пророков, так как и Бог именуется любовью, – всецело сочетаемся с Богом, при упразднении греха нашего правдою Божией и при дивно чрез любовь действующем в нас благодатном сыноположении. Зане любовь

    – 311 –



    покрывает множество грехов (1Петр. 4, 8); любы вся покрывает, всему веру емлет, вся уповает, вся терпит, любы николиже отпадает (1 Кор. 13, 7).

    10) И Господь наш Иисус Христос, в дни спасительной страсти, их оставил ученикам своим, как окончательные заповеди и наследие божественное, также и по воскресении.

    Почему и Сам всеблагой и сладчайший Господь наш Иисус Христос, и когда приблизился к вольному за нас страданию Своему, и когда явился Апостолам по воскресении, и еще когда имел взыти ко Отцу Своему по естеству нашему по благодати, яко истинный и чадолюбивый Отец, оставил их всем своим, как последние некие заповеди и сладостные утешения, как дорогие и верные, так сказать, залоги, лучше же как Богом подаемое наследие. – Когда настало спасительное Его страдание, Он явился сие в следующих, сказанных ученикам, словах: аще чесо просите во имя Мое, Аз сотворю (Иоан. 14, 14); и: аминь, аминь глаголю вам, яко елико аще чесо просите от Отца во имя Мое, даст вам. Доселе не просисте ничесоже во имя Мое: просите и примите, да радость ваша исполнена будет (Иоан. 16, 23. 24). – Опять по воскресении говорил Он им: знамения верующим сия последуют: именем Моим бесы ижденут, языки возглаголют новы и проч. (Мр. 16, 17 и д). Согласно с сим возвещает и Наперсник, Иоанн Евангелист: многаже и ина знамения, сотвори Иисус пред ученики своими, яже не суть писана в книзе сей. Сия же писана быша, да веруете, яко Иисус есть Христос Сын Божий, и да верующе живот имате во имя Его (Иоан. 20, 30. 31). И св. Павел Апостол: о имени Иисусовом всяко колено поклонится и проч. (Филип. 2, 10). И в Апостольских Деяниях написано: тогда Петр исполнився Духа Свята, речеразумно буди всем вам, и всем людем Израилевым, яко во имя Иисуса Назорея, Егоже вы распясте, Егоже Бог воскреси от мертвых, о сем сей стоит пред вами здрав. И немного спустя: и несть ни о едином же ином спасения: несть бо иного имене под небесем

    – 312 –



    данного в человецех о немже подобает спасться нам (Деян. 4, 8-12). И опять Спаситель: дадеся Ми всяка власть на небеси и на земли (Мф. 28, 18). Это же явно и из того, что Богочеловек Господь сказал Апостолам прежде креста: мир оставляю вам, мир Мой даю вам (Иоан. 14, 27); и: сия глаголю, да во Мне мир имате (Иоан. 16, 33); и: сия есть заповедь Моя, да любите друг друга (Иоан. 15, 12); и: о сем разумеют вси, яко Мои ученицы есте, аще любовь имате между собою (Иоан. 13, 25); и: якоже возлюбил Мя Отец, и Аз возлюбих вас: будите в любви Моей. Аще заповеди Моя соблюдете, пребудете в любви Моей: якоже Аз заповеди Отца Моего соблюдох, и пребываю в Его любви (Иоан. 15, 9. 10). И опять по воскресении в разные времена часто видится Он дающим мир, являясь своим и говоря: мир вам (Иоан. 20, 21). – Петру же Апостолу, которому вверил и первенство над учениками, до трех раз говорил Он: если любишь Меня, Петре, паче других, паси овцы Моя (Иоан. 21, 17), показывая тем, что вверение попечения о пастве есть некое воздаяние за горячайшую любовь к самому Господу Иисусу Христу. – Не далеко будет от нашей цели или предмета нашего и то, если кто скажет, что от только что показанных трех добродетелей рождаются нам другие три дивные плода, именно: очищение души, просвещение и зрелость духовная.

    11) В сих трех совмещены все добродетели.

    Если кто захочет со всем вниманием до точности исследовать, то найдет, что на этой треплетной и нерасторжимой верви висит из всех добродетелей Богом сотканная порфира. Ибо жизнь по Богу есть некая драгоценная златоиспещренная сеть, в коей одна добродетель тесно сочетается с другой и все сгармонировываются во едино: так как все они одно дело устрояют, – именно то, что обожают человека, искренно в них живущего, обогащая его некако, как бы соединительными кольцами, – этим сладчайшего имени Господа нашего Иисуса Христа, с верою, если же хочешь,

    – 313 –



    и с надеждою и смирением, спасительным призыванием, а также обогащая миром и любовью, кои суть воистину богонасажденное трехстебельное дерево, – жизнеподательное, которого благовременно касающийся и, как подобает, причащающийся, не смерть, как первозданный, а жизнь непрестающую и вечную собирает.

    12) Дар и присещение Святого Духа подается верным от Бога Отца о Христе Иисусе и о святом имени Его.

    Еще же и Святого Духа дар и пресещение подается верным от Бога Отца, о Христе Иисусе и о святом имени Его, как сам пребожественный и душелюбивый Господь Иисус Христос говорит Апостолам: уне есть вам, да Аз иду: аще бо не иду Аз, Утешитель не придет к вам: аще ли же иду, послю Его к вам (Иоан. 16, 7); и: егда же придет Утешитель, Егоже Аз послю вам от Отца, Дух истины, иже от Отца исходит и проч: (Иоан. 15, 26); и опять: Утешитель же Дух святой, Егоже послет Отец во имя Мое (Иоан. 14, 26).

    13) Святыми отцами и с живущим в них Духом Святым преподобно определено молиться нам Господу нашему Иисусу Христу и у Него просить милости.

    Посему очень премудро славные руководители наши и наставники, и с живущим в них Духом Святым, и всех нас, паче же тех, кои возжелали вступить на поприще боготворного безмолвия, Богу себя посвятить и, отторгшись от мира, разумно безмолвствовать, научают преимущественно пред всяким другим деланием и попечением, Господу молиться и у Него просить милости с несомненным упованием, непрестанным имея делом и занятием призывание всесвятого и сладчайшего имени Его, всегда нося Его в уме, в сердце и в устах, и всячески понуждая себя, в Нем и с Ним и дышать, и жить, и спать, и бодрствовать, и ходить, и есть, и пить, – и все вообще, что ни делаем, так делать. Ибо – как, при отсутствии Его, стекается к нам все зловредное, не оставляя места ничему душеполезному: так, при Его присутствии,

    – 314 –



    все противное отгоняется, ни в чем добром не бывает недостатка и все является возможным для исполнения, как и сам Господь наш возвещает: иже будет во Мне и Аз в нем, той сотворит плод мног: яко без Мене не можете творити ничесоже (Ин. 15, 5). Сие убо страшное для всякой твари и досточтимое имя, паче всякого имени, с верою призвав, и мы недостойные смело подымем, с помощью Его, ветрила настоящего слова и начнем простираться в предняя.

    14) Тому, кто возжелал непадательно шествовать о Господе путем безмолвия, паче всего надлежит со всецелым от всего отречением избрать и совершенное повиновение.

    О имени великого Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, рекшего: Аз есмь свет, и живот, и истина, путь и дверь ко Отцу (Иоан. 8, 12, 14, 6); и: Мной аще кто внидет, спасется, и внидет, и изыдет, и пажить обрящет, конечно, спасительную (Иоан. 10, 9. 10, – внемли тому, что мы говорим и искренно тебе советуем. – Прежде всего, избери себе со всецелым, по божественному слову, отречением и совершенное повиновение непритворное. Для сего со всем усердием взыщи и постарайся найти себе руководителя и учителя непрелестного (непрелестность его да будет в представлении им в подтверждение того, что говорит, свидетельства из Божественного Писания), духоносного, сообразную с словами своими и жизнь ведущего, высокого в умозрении, смиренного в мудровании о себе, во все добронравного, и вообще такого, каким, по богопреданным словесам, надлежит быть Христову учителю.

    Нашедши же такого, и к нему как к родному отцу сын отцелюбивый прилепившись телом и духом, пребывай с того времени весь в его повелениях, и с ним во всем согласуйся, смотря на него, как на самого Христа, а не как на человека. и всякое от себя отгоняя неверие, и сомнение, равно как и всякое свое мудрование и самоохотное хотение; шаг за шагом последуй за учителем своим, как зеркало какое, как свою совесть, имея это нерассуждающее полное

    – 315 –



    ему послушание. Если же иной раз что-либо противное сему подсеет в ум твой враждебный всему доброму дьявол, как от блуда и как от огня, отскочи от того, так премудро говоря к себе против, влагающего такие мысли, прельстителя: не руководимый руководящего, а руководящий руководимого руководит; не я его, начальствующего, а он мой взял на себя суд (мой вину); не я его, а он моим состоит судьею, по св. Лествичнику, и подобное (Сл. 4-е).

    Для того, кто восприял намерение расторгнуть рукописание своих прегрешений и сподобиться быть вписану в божественную книгу спасаемых, нет вернейшего к тому способа, как такой образ жизни, т.е. послушание. Ибо, если, по блаженному Павлу, Сын Божий и Бог наш, Господь Иисус, ради нас став подобным нам, и премудро устрояя отческое о нас благоволение, видится протекающим сей путь (послушания), и чрез него сподобляется отчего, за благоугождение Ему по человечеству, прославления; ибо смирил Себя, говорится, послушлив быв даже до смерти, смерти же крестные; темже и Бог Его превознесе, и дарова Ему имя, еже паче всякого имене и проч... (Фил. 2, 8. 9): то кто же осмелиться дерзко, чтоб не сказать, несмысленно, надеяться, что сподобится славы Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, и отеческих воздаяний, не избрав шествовать тою же, с Вождем и Учителем нашим Иисусом Христом, стезею. Ибо ученику, если у него есть забота быть, как учитель, надлежит неуклонно со всем рвением душевным, как на пример и первообраз наилучший, смотреть на жизнь и дела руководителя своего, и понуждать себя во всем всегда подражать ему. Так и о самом Господе нашем Иисусе Христе написано, что Он бе повинуяся отцу и матери Своей (Лк. 2, 51); и сам о себе Спаситель говорит: не придох, да послужат Мне, но послужити (Мф. 20, 28). – После сего, возможно ли о том, кто живет иначе, – т.е. без руководителя, самоугодливо и самовольно, – думать, что он живет божественной жизнью, согласно с Словом Божиим? Никак отнюдь. И Лествичник говорит: "как

    – 316 –



    идущий без проводника легко сбивается с пути и заблуждается: так самочинно проходящий монашескую жизнь, легко погибает, хотя бы он знал всю мудрость мирскую". Почему многие очень, чтоб не сказать – все, – из тех, кои шествуют не путем послушания и без совета, хотя, по труду своему и поту мечтают, как во сне, будто сеют много, но по истине нажинают весьма немного; некоторые же вместо пшеницы, увы! пожинают плевелы, как устрояющие жизнь свою самочинно по самоугодливому мудрованию, – чего хуже ничего нет. О сем свидетельствует св. Лествичник, так пиша: "Вы, которые решились вступить на поприще сего мысленного исповедничества; вы, которые хотите взять на выю свою иго Христово; вы, которые отселе желаете сложить бремя свое на выю другого, которые стремитесь добровольно продать себя в рабство, чтобы в замену оного получить истинную свободу; вы, которые преплываете великую сию пучину, будучи поддерживаемы руками других: знайте, что вы покусились идти путем кратким, хотя и жестким. на котором одна только есть стезя, вводящая в заблуждение, – называемая самочинием. – Кто совершенно отвергся самочиния, тот всего, что почитает добрым, духовным и богоугодным, уже достиг, прежде нежели вступил в подвиг, потому что послушание есть неверование себе самому во всем добром, даже до конца жизни своей" (Сл. 4-е, п. 5).

    Посему и ты, разумно познав сие, и благой неотъемлемой части небошественного безмолвия возжелав подвижнически обучиться, последуй добре установленным законам, как тебе показано, и во первых объятельно обыми послушание, а потом и безмолвие. Ибо как деяние есть ступень к созерцанию, так послушание к безмолвию. Не покушайся же прелагать пределы, которые положили отцы, как написано (Прит. 22, 28); помни и то, что горе единому (Екл. 4, 10). Положив таким образом доброе начало основанию, с продолжением времени, возложишь ты и славный покров на духосозидательное свое здание. Ибо как у кого начало не искусно, у того, как

    – 317 –



    сказал некто, и все не терпимо: так напротив у кого начало искусно, у того и все благолепно и благочинно, хотя случается иной раз и противное сему: что впрочем от нашего произволения бывает.  

    15) Какие признаки истинного послушания, кои имея истинный послушник, мог бы послушничествовать без падений.

    Но поелику о сем образе жизни многое нам и не удобь сказаемое слово; почему и проходящие ее проходят различно: то надобно указать тебе некоторые отличительные черты ее, как признаки, которых держась, как правила и отвеса, мог бы ты жительствовать с непогрешительной исправностью. – И се говорим тебе, что истинному послушнику всенеобходимо, как нам кажется, должно соблюдать следующие пять добродетелей: во первых, веру, чистую и нелестную веру настоятелю (руководителю) своему в такой мере, чтоб смотрел на него, как на самого Христа, и как Христу повиновался ему, как говорит Господь Иисус: слушаяй вас, Мене слушает, и отметаяйся вас, Мене отметается; отметаяйся же Мене, отметается Пославшего Мя (Лк. 10, 16); и как учит Апостол: всяко еже не от веры, грех есть (Рим. 14, 23). Во вторых, истину, т.е. чтоб истинствовал в деле и слове, и в точном исповедании помыслов; ибо написано: начало словес твоих истина (Пс. 118, 160, и: истины взыскует Господь (Пс. 30, 24). И Христос говорит: Аз есмь истина (Иоан. 14, 6); почему и самоистиной наименован был. В третьих, – не творить воли своей: ибо для послушника, как говорится, творить волю свою есть большая потеря и большой вред; ему надо всегда отсекать волю свою, и при том самоохотно, т.е. не по принуждению от Отца своего. В четвертых, отнюдь не прекословить и не спорить; потому что прекословие и спор не свойственны благочестивым. И священнейший Павел пишет: аще ли кто мнится спорлив быти, мы такового обычая не имамы ниже Церкви Божия (1 Кор.11, 16). Если же так просто и вообще всем христианам возбраняется сие, то тем паче монахам,

    – 318 –



    которые дают обет полного во всем повиновения. Прекословие и спорливость происходят от самомнения, сожительницы неверия и высокоумия; как напротив, непрекословие и неспорливость происходят от верного и смиренномудрого настроения. – В пятых, должно ему соблюдать следующую добродетель – точно и искренно все исповедовать настоятелю своему (руководителю); как мы и на пострижении. как бы страшному предстоя престолу Христову, пред Богом и Святыми Ангелами Его, дали обет иметь началом и концом (наших рачений и деланий) вместе с другими нашими к Господу обетами и заветами – и исповедание тайных сердца (помышлений и желаний). Сказано и божественным Давидом: исповем на мя беззаконие мое Господеви: и ты оставил еси нечестие сердца моего (Пс. 31, 5); и Лествичником: "язвы, когда о них объявишь, не в худшее – придут состояние, а уврачеваны будут" (Сл. 4, 10).

    Кто сие пятеричное число указанных пред сим добродетелей станет мудро и разумно соблюдать, тот да ведает несомненно, что отселе еще он делается, как в залоге, причастником блаженства праведных. – Таковы принадлежности приснопамятного послушания, как бы корень его и основание. Теперь послушай, каковы ветви его, каков плод и кров.

    "От послушания, говорит опять Лествичник, рождается смирение; от смирения – дар рассуждения; от рассуждения – прозорливость, а от сей – предзрение" (Сл. 4, 105), что есть дело единого Бога, и дар изряднейший и преестественнейший, даруемый от Него блаженно обожаемым. К сказанному, да будет тебе ведомо и то, – что по мере верности и искренности твоего послушания будет источаться в тебе и смирение; и опять по мере смирения – рассуждение; тоже далее и о последующих добродетелях сказать должно. Почему, сколько сил есть, подвизайся тещи непреткновенно путем послушания; и непогрешительно прострешься на предняя. Если же на стадии послушания как-нибудь хромать будешь, то знай, что не совершишь хорошо и прочего протяжения предлежащего тебе

    – 319 –



    бега, т.е. жизни во Христе, и не будешь увенчан венцом, какой дается победителям. Почему послушание и, указанные нами выше, его принадлежности, да будут тебе неким путеводителем, как бы компасом, каким пользуются мореплаватели для определения должного пути, дабы взирая на них неуклонно, мог ты безбедно переплыть великое море добродетелей, и тако достигнуть неволнуемого пристанища бесстрастия. Если и буря какая и волнение найдет на тебя; то и это будет у тебя по мере твоего послушания. Истинному послушнику и сам дьявол вреда причинить не может, по словам св. отцов. – Но чтобы вкратце показать тебе, какова честная высота преславного послушания, воспомянем и еще одно изречение св. отцов.

    Говорит опять сей светлейший светильник жительства по Христе, сей новый Веселеил небесной лествицы: "Отцы псалмопение называют оружием; молитву – стеной; непорочные слезы – банею; а блаженное послушание назвали исповедничеством, без которого никто из страстных не узрит Господа" (Сл. 4, 8). Достаточно и этого, как нам кажется, к действеннейшему показанию и похвалению треблаженного послушания чрез сей неподражаемый образец. Но мы и на опыте можем увидеть, сколь великое дело есть послушание, если обратим взор на прежде бывшее и рассмотрим, что было причиной нашего повреждения и смертности, когда мы не таковыми в начале были созданы, и какая опять причина нашего обновления и бессмертия. – Находим, что причиной первого, т.е. нашего повреждения, было Адамово самоверие, самочиние и непослушание, от коих оставление и преступление божественной заповеди, а второго, т.е. обновления и нетления, производительное начало есть второго Адама, Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа единосоветие с Богом Отцем и послушание Ему, от коих соблюдение заповеди Его. Аз от Себе не глаголах, говорит Спаситель, но пославый Мя Отец, Той Мне заповедь даде, что реку, и что возглаголю: и вем, яко заповедь Его живот вечный есть. Яже убо Аз глаголю, яко же рече Мне Отец, тако глаголю (Иоан. 12, 49. 50).

    – 320 –



    Итак, как в праотце и в сущих по образу его корень и мать всех зол есть надмение: так в новом Богочеловеке, Иисусе Христе, и в решающихся жить по образу Его, начало, источник и основание всех благ есть смирение. таковой строй и чин, как видим, соблюдают и пренебесный, высший нас, священный мир всех боговидных Ангелов и наша земная Церковь. И мы научаемся из сего веровать, что те, которые уклоняются от сего основного закона, и избирают жительствовать по дерзкому самочинию, отторгаются от Бога, от пресветлого наследия небесного и от вселенской Церкви; за что отовсюду изгоняются и во тьму кромешную и в адский огнь отсылаются. Это же, полагаем, постраждут и сущие на стороне падшей денницы лукавые злотворцы, и являвшиеся по временам болтуны из зломудрствующих еретиков, как представляют богописанные словеса; ибо они за самоволие и гордыню бедственно отвержены от божественной славы и священного собора благоугождающих Богу.

    Но неким из премудрых сказано, что противное противному врачество. Почему, так как причина всего для нас прискорбного в непокоривости и гордости, а всего радостного в благопокорности и сокрушении: то возжелавшему жить без погрешений надобно побыть на послушании у отца, опытного и непрелестного, долговременными подвигами стяжавшего ведение вещей божественных, и в жизни украшенного всеми добродетелями, всякое его повеление и всякий совет почитая гласом и советом самого Бога. Ибо спасение, говорит Премудрый, во мнозе совете (Прит. 11. 14); – и: муж бессоветный сам себе враг. Если же неким из досточтимых отцов случалось и без такого подвига послушания улучить боготворное безмолвие и по Богу совершенство; то это бывает по особенному Божию откровению, и притом очень редко. А что редко, как негде написано, то не закон Церкви, как и одна ласточка не делает весны. Но ты, веруя, что истинное послушание есть как бы некое предуготовительное обучение к добрейшему безмолвию, оставь то, что по особенному

    – 321 –



    домостроительству бывало редко, и сообразуйся с тем, что обще для всех постановлено всечестными отцами. Так сподобишься и воздаяния, определенного для законно живущих.

    Итак что же? Если на случайную дорогу, не изведанную делом, едва ли кто решится вступить без верного проводника; если в море никто не пустится без искусного кормчего; если за какую-либо науку или искусство никто не возьмется без знающего дело учителя, – то кто дерзнет приступить к изучению делом искусства искусств и науки наук, вступить на таинственную стезю, ведущую к Богу, и пуститься в беспредельное мысленное море, т.е. в иноческую жизнь, подобную жизни Ангелов, с самоуверенностью достигнуть конца, без руководителя, без кормчего и учителя, опытного и истинного? По истине таковой, кто бы это ни был, прельщает себя, и прежде вступления на путь, уже заблудился, как незаконно подвизающийся: как напротив, и шага не сделав, достиг конца тот, кто подчиняет себя отеческим уставам. Ибо откуда иначе имеем мы узнать, как ополчиться против плоти, или как вооружиться против страстей и бесов? Как без них научимся отличать доброе от недоброго, когда к добродетелям прицепляются худые страсти и всегда стоят некако при дверях их? Как без них умудримся обуздывать чувства телесные, и, как струны на гуслях, согласно настраивать силы душевные? Особенно же как без них можно будет нам различать гласы, откровения, внушения, видения божественные, и козни, прелести и призраки бесовские? Одним словом, как сподобимся достигнуть в единение с Богом, и научиться богодейственным священнодействиям и таинствам, без посвящения в них тайноводителем истинным и просвещенным? Никак невозможно это, никак, когда видим, что и сосуд избранный, блаженнейший Павел, сии уста Христовы, сей свет мира, сие солнце всемирное, сей учитель вселенский спешит к соапостолам, чтоб вместе с ними рассмотреть свое благовестие. Чего же это ради? Да не како, говорит, вотще теку, или текох (Гал. 2, 2). Когда

    – 322 –



    видим, что и сама самопремудрость, Господь наш, Иисус Христос говорит о себе: снидох с небесе не да творю волю мой, но волю пославшего Мя Отца (Иоан. 6, 38), и о святом и животворящем Духе возвещает, что Он не от Себе глаголати имать, но елика аще услышит глаголати имать (Иоан. 16, 13).

    Смотря на благодетельный чин сей, содержащий все и небесное и земное, трепетом, изумлением и ужасом объемлемся при мысли о нашей немощи и лености и об опасном положении тех, кои, по легкомыслью и самомнению, решаются жить самочинно или, что то же, без всякого чина, на разорение и пагубу себе. Воистину страшен подвиг сей, бесчисленны на нем грабители, беспрерывны засады пиратов, бесчисленны кораблекрушения. Почему из многих весьма немногие спасаются. – Но сии как хотят, так пусть и шествуют; ибокоегождо дело, как написано, яково же есть, огнь искусит (1 Кор. 3, 13), и: яко Ты воздаси комуждо по делом его (Пс. 61, 13). Или не просто, как хотят, но, как подобает, и да хотят и да живут. Да даст Господь разум о всем (2 Тим. 2, 7). Ты же и всякий, желающий жить по Богу, по сим изречениям Писания, как бы по бахроме, уразумев всю златую и духовную ткань блаженного послушания, потщися, как указано пред сим, найти себе учителя незаблудного и совершенного. Совершенных же есть, по Христоносному Павлу, твердая пища, имущих чувствия обучена долгим учением в рассуждение добра же и зла (Евр. 5, 14). Ища сим образом, т.е. притрудно и с верою, ты не погрешительно достигнешь предположенной цели. Ибо всяк просяй приемлет, и ищай обретает, и толкущему отверзется, говорит Божественное Писание (Мф. 7, 8). И он, (обретенный учитель) по порядку и чину научит тебя всему, подобающему и боголюбезному. Еще же он поруководит тебя, и к более богоугодному и более духовному, – такому, что не всем под силу, и не для всех доступно, если увидит, что ты охотно держишься мерности во всем, простоты и скудости, в брашнах и питьях, в покрывалах и одеждах, и довольствуешься тем, что требуется временем,

    – 323 –



    что прилично и нужно, не ища ничего излишнего. изнеживающего и одни чувства услаждающего, как поступают неразумно живущие, и сами на себя и свое спасение меч обнажающие. Ибо великий Апостол говорит: имуще пищу и одеяние, сими довольни будем (1 Тим. 6, 8).

    Но ты и у нас желаешь поучиться, и от нас иметь письменное изложение всего, касающего начала, средины и конца жизни по Христе. Похвален вопрос, но нелегок скорый на него ответ. Впрочем прострет Христос десницу Свою на помощь нам к разрешению твоего вопроса, и мы сделаем это, на пречестном послушании совершенном, как на твердом и непоколебимом основании, созидая многопетый дом всего духовного домостроительства, т.е. боготворное безмолвие. – Итак, утверждаясь на отеческих, по движению Духа провещанных, изречениях, говорим так:

    16) Искренно и по Богу возжелавшему безмолвствовать должно при православной вере стараться быть исполнену и благих дел, – и проч.

    а) Говорит Спаситель: не всяк глаголяй ми: Господи, Господи, внидет в царствие небесное, но творяй волю Отца моего, иже есть на небесех (Мф. 7, 21). Почему и ты, возлюбленне, если не на словах только голых желаешь боготворного безмолвия, – (которое тем, кои искренно приступают к нему, дает и здесь ясные принимать проявления Божия царствия небесного, в будущем же веке еще полнее и совершеннее), – но истиной и делом любишь его, потщися при православной вере, быть исполненным и благих дел. А при этом будь мирен со всеми, сколько это от тебя зависит (Рим. 12, 18), ничем не развлекайся, не будь многопопечителен. т.е. не давай овладевать собою суетным заботам, будь молчалив и тих, за все благодарен, и сознателен в своей немощи. Над всем же сим, око блюди не дремлющее и бодренно внимательное ко всем, каждодневно случающимся с тобою, разным и многовидным искушениям, терпением и благодушием

    – 324 –



    борясь со всяким треволнением и со всякой скорбью, как-либо на тебя находящей.

    Что касается первого и второго, т.е. что при православной вере должно и добрыми делами украшаться, то явным тебе о сем учителем будет преславный брат Божий, который так говорит: вера без дел мертва есть, как и дела без веры; и: покажи ми веру твою от дел твоих (Иак. 2, 26. 18); и еще прежде его, Наставник всех и Учитель, Господь наш Иисус Христос, рекший ученикам Своим: шедше научите вся языки, крестяще их во имя Отца, Сына и Святого Духа, учаща их блюсти вся, елика заповедах (Мф. 28, 19. 20). – И Богослов (Григорий) говорит, что "Бог от всякого человека, имеющего крещение, требует следующих трех добродетелей: веры правые от души, целомудрия от тела и истины от языка".

    б) Вера двояка.

    Заметь, что вера по богопреданным словесам двояка: одна, общая всем православным христианам, в которой сначала крещение прияли мы, и с которою наконец буди и отойти отселе, а другая есть достояние редких людей, таких, кои, чрез исполнение всех боготворных заповедей, востекши до состояния быть по образу и подобию Божию, и таким образом обогатившись божественным светом благодати, всю свою надежду утвердили в Господе, и до такой степени, что, по слову Господа (Мар. 11, 23), во время молитвы отнюдь не размышляют в сердце о прошениях своих к Богу, но с верою просят и готово получают благопотребное. Но такое твердоверие из дел чистых стяжали блаженные сии, как решительно отвергшие от себя всякое знание, раздумывание и колебание, и всякую заботу, и все, всецело погрузившиеся в божественное упоение веры, надежды и любви к Богу, и, по божественному Давиду, изменившиеся лучшим и блаженным изменением десницы Вышнего (Пс. 76, 11).

    О первой вере пространно говорить нам теперь не по

    – 325 –



    времени, а о второй, которая, как некий плод божественный, отрождается и цветет от первой, очень благовременно. – Вера сия есть как бы некий корень и глава именитого боготворного безмолвия. "Если безмолвник, говорит Лествичник, не будет веровать, то как станет безмолвствовать?" (Сл. 27, 68). – И божественный Давид говорит: веровах, темже возглаголах (Пс. 115, 1); а великий Апостол Павел возвещает: есть же вера уповаемых извещение, вещей обличение невидимых (Евр. 11, 1), и: праведный от веры жив будет (Евр. 10, 38). И Спаситель, когда просили Его ученики приложить им веру, так сказал: аще бысте имели веру, яко зерно горушно, глаголали бысте убо ягодичине сей: восторгнися и всадися в море, и послушала бы вас (Лк. 17, 6); и в другой раз: аще имати веру, и не усумнитеся, не токмо смоковничное сотворите, но аще и горе сей речете: двигнися и верзися в море, будет. И вся, елика аще воспросите в молитве верующе, примете (Мф. 21, 21. 22). Пишет также и преподобный Исаак: "вера тончае знания, как знание – вещей чувственных. Все святые, сподобившиеся обрести житие сие, – потрясающее благоговеинство пред Богом, – силою веры пребывают в услаждении житием оным, преестественным. Веру же разумеем не ту, которою верует кто в различие поклоняемых ипостасей божественных, о едином всепревышающем естестве Божества, и о предивном домостроительстве в воплощении чрез принятие нашего естества, – хотя и эта вера крайне возвышенна, – но веру, воссиявающую в душе от света благодати свидетельством ума, утверждающую сердце быть непоколебимым в верности надежды, далекой от всякого самомнения, – которая показывает себя не в преклонении слуха ушей, не в созерцании духовными очами сокрытых в душе тайн,оного богатства благодатного, утаенного от очей сынов плоти и открываемого Духом тем, кои питаются на трапезе Христовой в приседении законам Его, как он сказал: если заповеди Мои соблюдете, пошлю вам Утешителя, Духа истины, Егоже мир не может прияти, и Той вы научит всякой истине (Иоан. 14, 17. 26). Он указует

    – 326 –



    человеку сию святую силу, обитающую в нем во всякое время, всегда покрывающую его и отражающую от него все вредное. Сию-то силу ум духовный ощущает очами веры. Она есть сам Утешитель, силою веры, как огнем воспламеняющий душевные силы, – и душа устремляется горе, небрежет о всякой опасности в надежде на Бога, на крылах веры возвышается выше всякой видимой твари, и всегда пребывает как бы упоенной, в изумлении пред Божественной о нас попечительностью и в чистом созерцании божественного естества. Ибо пока не придет то, что есть совершение таинств и мы не сподобимся явно откровения оных, дотоле вера между Богом и святыми священнодействует неизреченные таинства (т.е. приемлет, содержит и созерцает сии таинства), которых, благодатью Христовою, да сподобимся и мы, здесь как в залоге, а там, в царствии небесном, в самой действительной истине" (Сл. 28, стр. 190-192).

    в) Надлежит тебе быть мирну.

    О третьем, о том, т. е., что тебе следует быть со всеми мирну, сильное тебе дают внушение изречение блаженного Давида и громче трубы гласящее слово Христоносного Павла: то вещает: мир мног любящим закон Твой, и несть им соблазна (Пс. 118, 165), – и: с ненавидящими мира бех мирен (Пс. 119, 6), – и: взыщи мира и пожени и (Пс. 33, 15); а это гласит: мир имейте и святыню со всеми, их же кроме никтоже узрит Господа (Евр. 12, 14), – и: аще возможно, еже от вас, со всеми мир имейте (Рим. 12, 8).

    г) Надлежит тебе не развлекаться.

    О четвертом, т. е. что тебе надлежит не развлекаться, вразумляет тебя преподобный Исаак, говоря: "если похотение есть порождение чувств, то да умолкнут наконец те, которые уверяют, что хранят мир ума и при суетных развлечениях многим. С такими мятущимися не имей общения".

    – 327 –



    д) Не должно тебе быть многопопечительну и много заботливу.

    О пятом, т. е. что тебе не должно быть много-попечительным и многозаботливым, как о благословных, так и о неблагословных вещах, да послужит тебе уроком то, что говорит Господь в Евангелии: сего ради глаголю вам: не пецытеся душой вашей что ясте, не телом вашим, во что облечетеся. Не душа ли больше есть пищи, и тело одежди; Воззрите на птицы небесные, яко не сеют, ни жнут, ни собирают в житницы: не вы ли паче лучши их есте; Кто же от вас пекийся может приложити возрасту своему лакоть един; и о одежди что печетеся; – Не пецытеся убо, глаголюще: что ямы, или что пием, или чем одеждемся; Всех бо сих языцы ищут: весть бо Отец ваш небесный, яко требуете сих всех. Ищите же прежде царствия Божия, и правды его, и сия вся приложатся вам. Не пецытеся убо на утрей, утрений бо собою печется: довлеет дневи злоба его (Мф. 6, 25-28, 31-34). И св. Исаак говорит: "без освобождения от забот не ищи света в душе твоей, ни тишины и безмолвия при распущенности чувств твоих" (Сл. 69, стр. 508). И Лествичник: "малый волос смущает око, и малое попечение губит безмолвие, ибо безмолвие есть отложение всех помышлений, не относящихся к делу спасения, и отвержение всех попечений, даже и благословных. Воистину достигший безмолвия не будет заботиться и о теле своем, ибо не ложен обещавшийся попещись о нем (Сл. 27, 51. 52).

    е) Надлежит тебе быть молчаливу.

    И о шестом, т. е., что тебе должно молчаливу быть, порядок слова понуждает нас сказать тебе: – говорить убо тебе и об этом св. Исаак: "Паче всего возлюби молчание; потому что оно приближает тебя к плоду. И язык немощен изобразить его. Сперва будем принуждать себя к молчанию, и тогда от молчания родится для нас нечто, приводящее к самому молчанию. Да подаст тебе Бог ощутить сие нечто,

    – 328 –



    рождаемое молчанием. Но если начнешь сим житием жительствовать, то не умею и сказать, сколько света воссияет тебе отсюда. – Когда на одну сторону положишь все дела жития сего (иноческого, безмолвнического), а на другую молчание, то найдешь, что оно перетягивает на весах" (Сл. 41, стр. 250-1). "Молчание есть тайна будущего века, а слова суть орудие этого мира" (Сл. 42, стр. 263). "Кто возбраняет устам своим пересуждать (много говорить), тот хранит сердце свое от страстей. А кто хранит сердце свое от страстей, тот ежечасно зрит Господа" (Сл. 8 сначала). И св. Арсению божественный глас во второй раз так законоположил: "Арсение! бегай, молчи, пребывай в безмолвии, ибо в этом корни безгрешности" (Дост. сказ. об Авве Арсение – 2 –).

    ж) Надлежит тебе быть безмолвну (уединение любить).

    Равным образом и о седьмом, т. е., что тебе надлежит безмолвную проводить жизнь, достоверные тебе указатели суть Василий великий и опять святой Исаак: из коих тот говорит: "безмолвие есть начало очищения души", а этот: "предел безмолвия есть молчание от всего" (всестороннее). Сими словами тот вкратце означил начало его (безмолвия), а этот – конец. И в Ветхозаветном Писании так сказано: упразднитеся и уразумейте, яко Аз есмь Бог (Пс. 45, 11). И св. Лествичник говорит: "Первое дело безмолвия есть беспопечение о всех вещах, и благословных, и неблагословных; ибо отворяющий дверь первым всеконечно впадет и во вторые. Второе дело молитва неленостная; а третье – неокрадываемое делание сердца. Как невозможно, по естественному порядку, не выучившему букв читать книги: так еще более невозможно нестяжавшим первого дела безмолвия разумно проходить последние два" (Сл. 27, 46). И опять Исаак святой пишет: "вожделенным делом безмолвия должно быть ожидание смерти непрестанное. Кто без сего помышления вступает в безмолвие, тот не может понести того, что всеми мерами должны мы терпеть и нести" (Сл. 41, стр. 255).

    – 329 –



    з) Надлежит тебе за все благодарить Бога.

    Подобно сему и о восьмом, т. е., что ты за все должен благодарить Бога, достаточным для тебя Учителем да будет божественный Апостол Павел, который заповедует: о всем благодарите (1 Сол. 5, 18). К нему присовокупи и преподобного Исаака, который пишет: "благодарность приемлющего побуждает дающего давать дары, большие прежних. Кто неблагодарен за меньшее, тот и в большем лжив и несправедлив" (Сл. 2 с нач.). Еще: "проводник даров Божиих к человеку есть сердце, непрестанно движимое к благодарению, а проводник искушения к душе есть помышление ропотливое, всегда движимое в сердце". Также: "уста, всегда благодарящие, приемлют благословение от Бога, и в сердце, пребывающее в благодарении, нисходит внезапно благодать".

    и) Надлежит тебе сознавать свою немощь.

    Сколь же великое благо собирается в том, кто достиг познания своей немощи, – что девятое есть по числу, – сие уразумеешь, вникнув в шестой псалом божественного Давида, в коем говорится: помилуй мя Господи, яко немощен есмь (ст. 3), – и в другом месте: аз есмь червь, а не человек, поношение людей и уничижение людей (Пс. 21, 7). И св. Исаак говорит: "блажен человек, который познает немощь свою, потому что ведение сие делается для него основанием, корнем и началом всякой благостыни. Ибо как скоро познает кто, и воистину воcчувствует немощь свою, тотчас утесняет душу в ее суетной горделивости, омрачающей разум, и сокровиществует себе охранение" (Сл. 61 с нач.); и: "человек, достигший познания меры своей, достиг совершенства смирения".

    i) Надлежит доблестно переносить искушения.

    Последняя глава сего слова, которая исполняет предположенное нами десятеричное число, представляет, что должно

    – 330 –



    доблестно переносить имеющие случиться с тобою разные и многовидные искушения и противостоять им с терпением и мужеством. Итак послушай, что и о сем написано в Священном Писании. – Вот что говорит Христоносец Павел: братие! несть наша брань к крови и плоти, но к началом и ко властем, и к миродержителем тьмы века сего, к духовом злобы поднебесным (Ефес. 6, 12); еще: аз без наказания есте, ему же причастницы быша вси, убо прелюбодейчищи есте, а не сынове (Евр. 12, 8); также: егоже любит Господь, наказует, бьет же всякого сына, егоже приемлет (– – 6). И брата Божия Иакова мысль первой главы послания такая: "муж неискушенный неискусен". – Св. Илия екдик говорит: "всякому христианину, право верующему в Бога, надлежит не предаваться беспечности, но всегда ожидать искушения и готову быть принять его; чтоб когда придет оно, не почитать сего странным и не смущаться тем, но благодарно претерпевать тяготу скорби, припоминая, что поет с Пророком: искуси мя Господи и испытай мя (Пс. 25, 2); и еще: и наказание Твое исправит мя в конец (Пс. 17, 36). Смотри, – не сказал: наказание Твое низвратит мя, но: исправит мя в конец" (Цветособр. 1).

    Не ищи причин искушений, откуда они находят, но только молись благодарно перенести оные, как говорит св. Марк: "когда найдет искушение, не ищи, от чего и для чего оно нашло, но (о том заботься), чтобы благодарно и беззлопамятно перенести его" (св. Марка об оправдании делами гл. 198); еще: "если нет человека, который бы благоугодил Богу без искушений, то должно благодарить Бога за всякий скорбный случай" (там же гл. 200); также: "всякая скорбь обличает настроение нашей воли, на право склоняется оно, или на лево. Потому случившаясь скорбь называется и искушением, что подвергшегося оной подвергает испытанию сокровенных его расположений" (там же гл. 204). – И св. Исаак со многим другим говорит и сие: "искушение полезно всякому человеку. Ибо полезно было искушение Павлу, то всякие уста да заградятся, и повинен будет весь мир Богови (Рим. 3, 19). Подвижные

    – 331 –



    искушаются, чтоб нечто присовокупили к богатству своему, – а слабые, чтоб сохранили себя от вредного, – спящие, чтоб подготовить их к пробуждению, – вдали сущие, чтобы приблизились к Богу, – свои Богу (домашние Божии, в дому сущие), чтоб с дерзновением пребывали в Нем. Сын, который не был упражняем (в подъятии трудного) не на пользу себе получает богатство из дома отца своего. Почему Бог сперва искушает и томит, а потом обнаруживает дар благодати. Слава Господу, горькими врачевствами в сладость здравия нас вводящему! Нет человека, который бы не скорбел во время обучения; и никто также нет, кому не казалось бы горьким время, когда испивает он яд искушений. Без них невозможно приобрести крепкого сложения (душевного). Но и претерпеть их не наших сил есть дело. Откуда скудель, которая из брения, имела бы силу противостоять размыванию воды, если б божественный огнь не делал ее крепкой? Если подконимся под иго воли Божией и в смирении с непрестанным желанием будем молиться, то чрез терпение и мы все получим о Христе Иисусе Господе нашем" (Сл. 37, стр. 231-2). И в книге Премудрости Сираха сказано: чадо, аще приступаеши работати Господеви, уготови душу свою во искушение: и потерпи и не скор буди во время наведения (Сир. 2, 1. 2).

    Должно на Бога надеяться и от Него чаять полезного.

    Котву надежды (Евр. 6, 19) в могущем спасать Боге утверди, и от Него ожидай избытия искушений в благопотребное время. Ибо, как говорит Апостол верен Бог, иже не оставит нас искуситься паче, еже можем, но сотворит со искушением и избытие (1 Кор. 10, 13). Слушай, что и еще говори Писание: – Скорбь терпение соделовает, терпение же искусство, искусство же упование, упование же не посрамит (Рим. 5, 3-5). Претерпевый до конца, той спасется (Мф. 24, 13). – В терпении вашем стяжите души ваша (Лк. 21, 19). – Всяку радость имейте братие моя, егда во искушения впадаете различна, ведяще, яко искушения вашей веры соделовает терпение:

    – 332 –



    терпение же дело совершенно да имать, яко да будете совершенни и всецели, ни в чемже лишени. И блажен муж, иже претерпит искушение: зане искусен быв примет венец жизни, егоже обеща Бог любящим Его (Иак. 1, 2 – 4, 14). – Недостойни страсти нынешнего времени к хотящей славе явиться в нас (Рим. 8, 18). – Терпя потерпех Господа, и внят ми, и услыша молитву мою: И изведе мя от рова страстей, и от брения тины, и постави на камени нози мои, и исправи стопы моя: и вложи во уста моя песнь нову, пение Богу нашему (Пс. 39, 1-4). Пишет и блаженный Симеон Метафраст: "душа, ята будучи узами любви к Богу, ни во что вменяет страдания, но услаждается прискорбностями и цветет в злострадании. И когда ничего не страдает за Возлюбленного, тогда еще более мнится страдати. и бежит от утешения, как от муки".  

    17) О страхе Божием, что Он двояк: один новоначальных, другой совершенных.

    Не поленимся теперь помянуть и о двояком страхе Божием, так как святые отцы, в порядке добродетелей, страх Божий ставят после веры.

    О первом страхе Божием, – новоначальных.

    Знай же, возлюбленнейший мой, что страх Божий двояк: один новоначальных, а другой – совершенных. – О первом страхе так написано: начало премудрости страх Господень (Пс. 110, 10; Прит. 1, 7); придите, чада, послушайте Мене, страху Господню научу вас (Пс. 33, 12); страхом Господним уклоняется всяк от зла (Прит. 15, 27), и идеже страх, ту заповедей соблюдение. – И преподобный Исаак говорит: "Страх Божий есть начало добродетели. Он почитается порождением веры, и сеется в сердце, когда ум отстранится от суетности мирской, чтобы собрать влающиеся мысли свои от рассеяния непрестанным углублением в будущее возустроение всяческих" (Сл. 1 сначала); также: "начало истинной жизни в человеке – страх Божий; а он не терпит пребывать в душе

    – 333 –



    вместе с рассеянием мыслей" (там же стр. 4); еще: "умудрись же в основание шествия своего положить страх Божий, и в немногие дни станешь у врат царствия, не кружась по пути" (там же стр. 7).

    О втором, – совершенном страхе Божием.

    О втором, или совершенном страхе Божием так сказано: Блажен муж, бояйся Господа, в заповедех Его восхочет зело (Пс. 111, 1); блажени вси боящиися Господа, ходящии в путех Его (Пс. 127, 1); бойтеся Господа вси Святии Его, яко несть лишения боящимся Его (Пс. 33, 10); се тако благословится человек, бояйся Господа (Пс. 127, 5); страх Господень чист, пребываяй в век века (Пс. 18, 10). Пишет и св. Петр Дамаскин: "Признак первого страха есть ненавидеть грех и гневаться на него, как гневается на зверя угрызенный им; а страха совершенного признак есть – любить добродетель и бояться превращения; ибо никого нет, кто бы был не превратен: почему в этой жизни, при всяком деле, должны мы всегда бояться падения" (Кн. 2, слово 3, стр. 14 в русск. перев.). – Посему и ты, разумно слыша сие, потщися, вместе со всеми указанными выше добродетелями, непрестанно держать в себе, как следует, и первый страх. Ибо он есть как бы сокровище хранилище всякого доброго деяния, самое крепкое. Пребывая таким, ты всегда будешь иметь стопы свои направляемыми к деланию всех заповедей Господа нашего Иисуса Христа. Простираясь же далее сим путем, приобретешь ты и совершенный страх, чистый, по любви к добродетелям и милости благого Бога нашего.

    18) За заповеди и веру Господа нашего Иисуса Христа, должны мы и самой жизни не щадить, когда потребует того время.

    К сказанному надлежит тебе ведать и то, что за заповеди животодательные и веру Господа нашего Иисуса Христа, должны мы, когда потребует время, охотно погубить и самую душу свою, т.е. не пощадить и самой жизни своей, как сие Сам

    – 334 –



    Господь Иисус Христос говорит: иже погубит душу свою Мене ради и Евангелия, той спасет ю (Мр. 8, 35), несомненно и без раздумывания веруя, что и воскресение, и жизнь, и все, что ни есть спасительного, сам есть Богочеловек Иисус Спаситель, как сам Он сказал: Аз есмь воскресение и живот: веруяй в Мя, аще и умрет, оживет: и всяк живый и веруяй в Мя, не умрет вовеки (Иоан. 11, 25. 26). И еще: тако возлюби Бог мир, яко и Сына своего Единородного дал есть, да всяк веруяй в Он, не погибнет, но имать живот вечный (Иоан. 3, 16), также: Аз придох, да живот имут, и лишше имут (Иоан. 10, 10). – В таком пребывая устроении, и задняя забывая, в предняя же простираясь, как сказано (Фил. 3, 13), теки, со Христом Иисусом Господом нашим, путем своим, не озираясь вспять (Лк. 9, 62).

    Теперь, как нам кажется, прилично изложить блаженного Никифора естественный некий метод (способ, прием) вхождения внутрь сердца вниманием чрез дыхание, который способствует к сосредоточению помышлений ума. Сей муж, приведши свидетельства многих святых отцов о внутренней жизни, говорит наконец и от себя следующее:  

    19) Естественный метод вхождения внутрь сердца вниманием чрез дыхание с творением при сем молитвы: Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя. Метод сей немало способствует к сосредоточению помышлений ума.

    "Известно тебе, брате, как мы дышем: втягиваем в себя воздух и выпускаем его. На сем жизнь телесная держится и от сего зависит теплота тела. – Итак, седши в безмолвной келье своей, собери ум свой, введи его в путь дыхания, коим воздух входит внутрь, и принудь его вместе с вдыхаемым воздухом сойти в сердце, и держи его там; держи, но не оставляй его молчащим и праздным, а дай ему следующую молитву: Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя. И пусть он имеет сие непрестанным своим делом и никогда не оставляет его. Ибо оно, содержа его не

    – 335 –



    мечтательным, делает недосягаемым для прилогов вражеских и возводит в божественное желание и любовь. – Но, брате, восприми труд приучить ум свой нескоро выходить оттуда; ибо он в начале очень скучает от этого внутри заключения его и стеснения, но когда навыкнет, то уже не любит носиться по внешним предметам. Ибо царствие Божие внутрь нас есть; и тому, кто нам узрит его, и, взыскав чистою молитвою, ощутит, все внешнее кажется уже не привлекательным и теряет всякую цену. Ему там, внутри, уже не невесело и не нерадостно; но как муж какой-нибудь, бывший в отлучке из дома, когда возвратится, и делать не знает что от радости что опять увидел жену и детей: так и ум, когда из рассеяния соединится опять с душой, исполнен бывает неизреченной сладости и радования" (приводится сие место сокращенно). Вот что изрек сей блаженный отец, в намерении имея научить ум, под влиянием сего естественного метода (приема, или способа), от обычного своего кружения, пленения и парения. возвратиться ко вниманию себе, чрез внимание такое снова сочетаться с самим собою, и сим образом объединиться с молитвою, и вместе с сей молитвою низойти в сердце и пребыть там навсегда. Другой же некто из богомудрых, как бы в объяснение сказанного, как навыкший опытом сему священному деланию, вот какое делает замечание:

    20) Еще – о естественном методе призывания Господа Иисуса Христа вместе с дыханием.

    Желающему научиться сему деланию надлежит ведать, что, когда приучим мы ум свой, вместе с входом воздуха, входить внутрь, тогда опытно познаем, что ум, приступая к схождению внутрь, лишь только начнет сие, как отвергает всякий помысел, и делается единичным и голым, и никакой другой памятью не занятым, как призыванием Господа нашего Иисуса Христа; напротив же оттуда исходя и на внешнее обращаясь, тотчас развлекается многообразными памятями.

    – 336 –



    21) И Св. Златоуст учит молитве внутрь сердца с словами: Господи Иисусе, Христе, Сыне Божий, помилуй мя.

    И великий Златоуст говорит: "умоляю вас, братие, никогда не нарушайте и не презирайте правила молитвы сей." – Немного спустя: "монах должен, – ест ли, пьет ли, сидит ли, служит ли, шествует ли путем, или другое что делает, – непрестанно взывать: Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий помилуй мя! да имя Господа Иисуса, сходя в глубь сердца, смирит держащего тамошние пажити змия, душу же спасет и оживотворит. Непрестанно убо пребудь с именем Господа Иисуса, да поглотит сердце Господа, и Господь сердце, и будут два сии во едино". И опять: "Не отлучайте сердца своего от Бога, но пребывайте с Ним и сердце свое храните всегда с памятованием Господа нашего Иисуса Христа, пока имя Господа вкоренится внутрь сердца и оно ни о чем другом помышлять не станет, – да возвеличится Христос в вас".

    22) Свидетельство о том же св. Лествичника и Исихия.

    Говорит также и Лествичник: "память Иисусова да срастворится с дыханием твоим; и тогда познаешь ты пользу безмолвия" (Сл. 27, 61). – То же и Св. Исихий: "если истинно желаешь покрыть стыдом помыслы, благодушно безмолвствовать, и без труда трезвенствовать сердцем; да прилепнет к дыханию твоему молитва Иисусова, – и в немного дней увидишь это на деле" (гл. 182).

    23) Желающему мысленно трезвенствовать, – всякому, паче же новоначальному, – надо, для удобнейшего упражнения в молитве, жить в келье безмолвной и несветлой, потому что чрез это ум и мысли естественно некако собираются воедино.

    К показанному выше, – как главному, великими святыми отцами давно узаконенному, как видно из приведенных нами свидетельств, относительно того, как надлежит нам,

    – 337 –



    сходя вместе с дыханием внутрь сердца, о Господе нашем Иисусе Христе, Сыне Божием, и о святом и спасительном имени Его, молиться, размышлять и трезвенствовать, и у Него искать себе милости, – прилагается и сие: и всегда, паче же в установленное время молитвы, всякому тщащемуся трезвенствовать мысленно в сердце, паче же новоначальному, надо укрываться в келье безмолвной и не светлой, как опытные в сем блаженном делании божественные отцы и учители тайноводствуют и заповедуют; так как зрение и видение очами зримого и видимого обыкновенно развлекает и рассеивает мысли, при заключении же в безмолвной и примрачной, как сказано, храмине, мысли перестают разбегаться и множиться, и ум таким образом, хотя и не хотя, мало-помалу утишается и в себе собирается, как говорит св. Василий: "ум, не развлекаемый внешним и чрез чувства не разбегаясь по вещам мира, к себе возвращается".

    24) Главным образом непарительность подается уму Господом нашим Иисусом Христом при призывании в сердце с верою святого имени Его; а этот естественный метод (прием) схождения в сердце путем дыхания, и это уединение в месте безмолвном и несветлом, и все другое подобное, только способствуют к сему некако.

    Паче же сего, или лучше паче всего вообще, таковой подвиг успешно совершается умом, содействием божественной благодати, при сердечном, чистом и непарительном призывании Господа нашего Иисуса Христа, а не одним этим естественным приемом схождения в сердце путем дыхания, или этим уединением в безмолвном и несветлом месте. Да не будет!

    Ибо сие не другого ради чего святыми отцами придумано, как только ради того, что это содействует к собранью мыслей, к возвращению ума от обычного ему парения к себе самому и сосредоточению его внимания, как сказано пред сим.

    А от этих (собрания мыслей и сосредоточения внимания) порождается то, что ум начинает молиться непрестанно, чисто

    – 338 –



    и непарительно, как говорит святой Нил: "внимание, ищущее молитвы, молитву обретет; ибо за вниманием, паче, нежели другое что, следует молитва, о коей нам надлежит иметь наибольшее тщание" (гл. 179). – Вот как должно смотреть на дело сие. – Ты же, чадо, хотя живота, любя дни видети благи, и в теле жить подобно бестелесному, живи по следующему правилу и уставу.

    25) Как безмолвствующему надлежит проводить время от вечера до пробуждения от сна.

    По захождении солнца, призвав в помощь всеблагого и всесильного Господа Иисуса Христа, сядь на стульце в келье безмолвной и несветлой, и собрав ум от обычного ему во вне кружения и скитания, путем дыхания тихо сведи его внутрь сердца и держи молитву сию: Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя! вместе с дыханием соединенно некако совводя туда и глаголы молитвенные, как говорит св. Исихий: "с дыханием твоим соедини трезвение, и имя Иисусово, и помышление о смерти незабвенное, и смирение; ибо то и другое великую доставляет пользу" (гл. 189). С молитвою сею, кроме сказанного, имей и память о суде и воздаянии за добрые и худые дела, и вседушно почитая себя грешнейшим всех людей и самых демонов сквернейшим, думай посему, что всеконечно имеешь ты вечно мучим быть во аде. Если при каком-либо из сих помышлений придет тебе сокрушение, плач и слезы, на том помышлении и пребудет, пока слезы не пройдут сами собою, Если же ты не сподобился еще дара слез, то восприми подвиг и с смиренным мудрованием молись, да стяжаешь их; ибо ими очищаемся мы от страстей и скверен, и имиже причастными делаемся добрых и спасительных расположений, как говорит св. Лествичник: "как огонь потребляет тростие, так чистые слезы – всякую скверну мысленную и видимую" (Сл. 7, гл. 31), – и другой некий отец: "желающий отребить худости свои плачем да отребляет их, и желающий стяжать добродетели плачем да стяжает их;

    – 339 –



    и если не имеешь ты сокрушения, то знай, что имеешь тщеславие, ибо оно не дает душе придти во сокрушение". – Если слезы не придут, то, просидев, внимая сказанным помышлениям, и с молитвою, час один, встань потом и пропой со вниманием малое повечерие. Затем опять сядь и держи прежнюю молитву, сколько сил есть, чисто и непарительно, всякого о чем-либо попечения, без всякого помысла и мечтания, с полной трезвенностью, с полчаса. Наконец, положив на себе знамение честного и животворящего креста, а также и на одре твоем, сядь на нем и войди в помышление о будущих наслаждениях и мучениях, о непостоянстве и прелестности всего временного, о внезапном наступлении смерти, сего общего долга, и о страшном посмертном и предсмертном словоистязании, помяни вкратце и о всех прегрешениях своих и прощения их тепло испроси, и до точности пересмотрев все, как провел ты мимошедший день, возляжь на одр свой, держа и молитву, по слову некоего говорившего: с молитвой Иисусовою и засыпай, и спи. Сосни часов пять, или шесть; вообще же соразмеряй спание с долготою ночи.

    26) Как, востав от сна, проводить время до утра.

    Пробудившись от сна, первее всего воздай славу Богу, и призвав Его себе заступление, начни главнейшее свое дело, т.е. молиться в сердце непарительно и чисто, и помолись так с час. Тогда ум сам по себе большей частью бывает тих и немятежен; мы же заповедь имеем, – первейшее и наилучшее Богу приносить в жертву, т.е. свое первомыслие в чистой сердечной молитве неуклонно простирать к Господу нашему Иисусу Христу, – как говорит Св. Нил: "тот молитву свою делает услышанной, кто всегда свое первомыслие, как зрелый плод приносит Богу" (гл. 126). Потом пропой полуночницу.

    Если же ты, не будучи тверд в совершенном безмолвии, не можешь начать так, как мы сказали, – по этой, или по другой какой причине, как часто случается с теми, кои

    – 340 –



    только начинают еще такое делание, а иной раз, хотя редко, и с теми, кои довольно успели в нем, но еще не достигли совершенства, ибо только совершенные вся могут о укрепляющем их Христе (Фил. 4, 13), – так если не можешь, то восстав от сна и восставив, сколько можешь, бодренное трезвение, пой прежде полуночницу, со вниманием и разумением поемого.

    После сего, сядь и молись в сердце чисто и непарительно, как показано, час один, лучше же, сколько даст тебе Податель благ. Лествичник говорит: "в продолжении ночи большую часть времени посвящай молитве, а меньшую отдавай Псалмопению; днем же устрояй делания свои. сообразно с силами своими" (Сл. 27, 77).

    Если и после такого себя нуждения подвижнического, все еще будешь одолеваем сонным расслаблением и разленением, встань и напрягись, все держась молитвы, и стараясь, как знаешь, привести себя в бодрственное состояние (Св. Исаак: "выди наружу и походи"). Потом сядь и молись, как написано, всегда со всем тщанием стараясь чистою молитвою с Чистым беседовать Богом.

    Затем встань, пропой разумно шестопсалмие, пятидесятый псалом, и канон, какой хочешь. После сего сядь опять и с бодренным трезвением искренно помолись полчаса. И опять встав пой хвалитны, обычное славословие и первый час. И затем сотвори отпуст.

    Читаемое тобою произноси устами своими лишь на столько высоким голосом. чтоб то слышно было ушам твоим: так как и плод устен приносить Богу заповедано нам, всею душой и всею мыслью благодаря человеколюбивого и попечительного о нас, премудрого Бога, по безмерной милости своей сподобившего нас благополучно прейти пучину минувшей ночи, и увидеть светлое поприще настоящего дня, и тепло при сем также молясь и о том, да дарует Он нам безбедно протечь мрачную и свирепую бурю бесов и страстей.

    – 341 –



    27) Как подобает жительствовать с утра до обеда.

    С утра до обеда, весь всецело возложившись на Единого Бога, и Ему с сердцем сокрушенным помолившись, да будет помощником тебе, немощному, ленивому и беспечному, старайся, сколько сил есть, все время провести в молитве сердечной, чистой и непарительной, и в чтении. Когда читаешь положенное тебе из Псалтири, Апостола и Святого Евангелия, читай то стоя, также поступай и при возношении молитв к Господу нашему Иисусу Христу и Пречистой Богородице; прочие же чтения Святых Писаний совершай сидя. Потом в свое время со вниманием пропой обычные часы, очень премудро св. отцами установленные, всеусильно и вседушно отревая праздность, учительницу всякому худу и избегая вместе со страстями и поводов к ним, как бы малыми и безвредными они не казались.

    28) О том, сколь потребно избегать праздности,и о том, что церковное предание должно соблюдать и безмолвствующему.

    Св. Исаак говорит: "остерегайтесь, возлюбленные, праздности, потому что в ней сокрыта верная смерть, и без нее невозможно впасть в руки домогающихся пленить инока. В день оный не за псалмы осудит нас Бог и не за опущение молитв, но за то, что опущением сим дается вход бесам. А эти, когда найдут себе проход, войдут и затворят двери очей наших; тогда тиранически наполнят нас такими нечистотами, кои подвергают божественному приговору, с наистрожайшим отмщением. И делаемся мы, таким образом, за опущение малого, что однако же ради Христа почтено достойным великого попечения, как написано: "кто не покоряет воли своей Богу, тот попадет под иго сопернику Его". Посему да будет почитаемо тобою, как бы стеной против ищущих пленять нас, сие, кажущееся тебе малым, совершение чего в келье, по духу откровения, мудро установлено заведующими церковным чином для охранения нашей жизни, и опущение чего малым почитается немудрыми, не берущими во внимание происходящего от того вреда. Но у этих и начало пути, и средина – необузданная свобода, которая есть матерь страстей. Почему лучше подвижнически понуждать себя не опускать сего малого, нежели опущением его давать место греху. Ибо конец этой бедовой свободы – жестокое рабство" (Сл. 71, стр. 519).

    Немного спустя тут же говорит он опять: "О, как сладки позывы страстные! Страстные дела, бывает, что иной может иногда отсечь и удалением от предметов их мирность некую в себе водворить и порадоваться покой от них, но позывов страстных остановить не может. Почему и не хотя искушение испытываем мы; и о страстях (что восстали) скорбим, но любим продление позывов или сластей страстных. Грехов же не желаем, а приводящие нас к ним позывы с услаждением приемлем; от чего эти вторые делаются в нас причиной первых в действительности. Кто любит страсти страстные, тот по неволе и подручен им, и не желая того, раб есть страстей. Ненавидящий грехи свои, перестанет грешить, и исповедующий их, получит отпущение их. Невозможно же человеку оставить навык греховный прежде стяжания вражды к нему, и получить прощение, прежде исповедания прегрешений; из коих одно служит причиной истинного смирения, а другое – сокрушения, от стыда порождающегося в сердце" (там же стр. 520-1). И еще: "нет греха не прощаемого, кроме того, в коем не каются" (Сл. 2, стр. 12). Впрочем об этом довольно.

    Ты же по пропетии сказанных часов, сядь поешь, – держа и молитву во время вкушения пищи, чтоб, так действуя, придти, благодатью Божией, в навыкновение непрестанно молиться, по заповеди. – Но слово о пище, тело, по неизреченной премудрости Создавшего, поддерживающей, пусть подождет немного, а прежде да прострется слово о пище, душу укрепляющей и оживляющей, которою служит, по слову св. отцов,

    – 343 –



    священная и боготворная молитва: что вполне справедливо, потому что душа драгоценнее тела.

    29) Еще о молитве, и что молиться надлежит всегда.

    Как сие тело наше, по исходе из него души, мертво бывает и смердяще: так и душа, не движущая себя на молитву, мертва есть, окаянна и злосмрадна. А что быть лишену молитвы надлежит почитать горчайшим всякой смерти, сему добре научает нас великий пророк Даниил, который избрал лучше умереть, нежели пробыть без молитвы хотя одно мгновение времени (гл. 9). Добре сему учит нас также и св. Златоуст: "Всякий молящийся с Богом беседует. Сколько же велико, будучи человеком, с Богом беседовать, из всех нас никто не неведает, но словом выразить сию честь едва ли кто возможет; ибо сия честь превышает и Ангельское достоинство". – Еще: "Молитва есть общее дело Ангелов и людей; и в деле молитвы нет ничего среднего (средостение составляющего) между одним и другим естеством: она отделяет тебя от бессловесных, она же сочетает тебя с Ангелами. И тот, кто всю жизнь тщится упражняться в молитвах и служении Богу, скоро подобным Ангелам делается по жизни, чести, благородию, мудрости и разумению". Еще: "когда дьявол видит душу огражденной добродетелями, то не смеет близко подходить к ней, боясь могущества и силы, какие подают ей молитвы, более питающие душу, чем брашна – тело". Еще: "Молитвы суть нервы души. Как тело нервами держится в строе, живет, движется и стойким является; когда же кто их пресечет, тогда вся гармония тела расстраивается: так и души святыми молитвами благоустрояются, стойкость приемлют и легко текут путем благочестия. Если же ты лишаешь себя молитвы, то то же делаешь, что – вынув рыбу из воды: ибо как этой жизнь вода, так тебе молитва. Ею можно сквозь воздух, как сквозь воду, пронестись, на небеса взойти и стать близ Бога". Еще: "молитва и моление делают людей храмами Божиими; и как злато, камни драгоценные и мармары украшают

    – 344 –



    домы царские, так молитвы – храмы Христовы – души верующих. Какая может быть большая молитве похвала, как то, что она делает нас храмами Божиими, и что, Кого не вмещают небеса, Тот в молитвах входит в душу живую?" Еще: "И из того можно увидеть силу святых молитв, что Павел, который, как какой крылатый, обтек всю вселенную, живал в узилищах, подвергался бичеваниям, узы носил, жил в крови и бедах, бесов изгонял, мертвых воскрешал, болезни пресекал, ни на что из всего сего не надеялся в устроении спасения людей, но молитвами ограждал душу, и после знамений и воскресения мертвых, спешно тек на молитвы, как на главный подвиг, венчающий дело, – так как и воскресения мертвых и всего другого молитва есть подательница. Ибо какую силу в древесах имеют воды, такую же и молитвы в жизни святых". Еще: "молитва – спасения вина, бессмертия источник, Церкви стена несокрушимая, крепость неодолимая, страшная для бесов, и спасительная для нас в деле благочестия". – Еще: "Как за какой царицей, в город входящей, следует всякое богатство, так за молитвою, в душу входящей, входит и всякая добродетель". – Еще: "Что основание для дома, то молитва в душе; и должно, водрузив ее в душе, как основание и корень, на ней рачительно наздавать и целомудрие". – И еще: "Свет ума и души есть рачительная молитва, свет неугасимый и непрестанный; почему злой враг наш безмерные нечистоты помыслов влагает в ум наш и многое такое собрав, о чем и думать мы никогда не думали, обдает тем душу во время молитвы". – И еще: "великое оружие – молитва, великое ограждение". – И Богослов говорит: "о Боге более памятовать должно, чем дышать". – И еще: "чаще помышляй о Боге, чем дышишь". – И св. Исаак: "Без непрестанной молитвы к Богу приблизиться не можешь". – Еще: "После труда молитвы, возложение на ум иного попечения производит рассеяние мыслей". – Еще: "всякая молитва, в которой не утомится тело, и не сокрушится сердце,

    – 345 –



    подобно недоношенному плоду чрева: ибо такая молитва без души есть". – И св. Лествичник: "Молитва, по качеству своему, есть общение (συνουσία, – сосущие, слитие в одно бытие) и единение человека и Бога; по действию же, она есть стояние мира, Бога примирение, слез матерь и опять дщерь, умилостивление о грехах, мост чрез искушения, средостение от скорбей, пресечение браней, дело Ангелов, пища всех бесплотных, будущее радование, конца и предела не имеющее делание, источник добродетелей, ходатаица и виновница дарований, невидимое преуспеяние, пища души, просвещение ума, отчаянию секира, доказательство надежды, разрешение уз печали, богатство монахов, сокровище безмолвников, уменьшение (постепенное до ноля) гнева, зеркало преуспеяния, проявление мер (на какой кто стоит мере), показание состояния (или устроения духовного), возвестительница будущего. знамение прославления. Для истинно молящегося молитва есть истязалище, судилище и престол Господень, прежде престола будущего" (Сл. 28, 1); и еще: "молитва не что иное есть, как отчуждение от мира видимого и невидимого". – И св. Нил: "Если желаешь стяжать молитву, отрекись от всего, да все наследуешь". – Еще: "молитва есть восхождение ума к Богу". Еще: "молитва есть беседа ума с Богом". – Еще: "как хлеб есть пища для тела и добродетель – для души, так для ума молитва есть духовная пища".

    И об этом (т. е. о молитве, как пище душевной), так (рассуждайте).

    Теперь благовременно нам и о телесной пище, о ее мере, количестве и качестве, кратко сказать, что подобает, по силе нашей.

    30) О телесной диете, т. е. как должно питаться безмолвствующему.

    Написано: сыне человечь, весом снеси хлеб твой, и воду мерою пити будеши (Иез. 4, 9. 10), сколько потребно, чтоб, довольствуясь тем, подвизающийся по Богу, мог жив быть. Ибо, как говорит некто из отцов, если не дашь крови,

    – 346 –



    Духа не примешь. И великий Павел говорит: умерщвляю тело мое и порабощаю, да не како, иным проповедуя, сам неключим буду (1 Кор. 9, 27). Тоже и божественный Давид: колена моя изнемогоста от поста, и плоть моя изменися елея ради (Пс. 108, 24). И Богослов: "ничем так не благоугождается Бог, как злостраданием или телесными ради Его лишениями; и ничем так не привлекается человеколюбие Его, как слезами". И св. Исаак: "как мать печется о чаде, так и Христос печется о теле злостраждующего (терпящего ради Его телесные лишения), и всегда есть близ тела его" (Сл. 58, стр. 443). Еще: "в чреве насыщенном нет видения тайн Божиих" (там же). – Еще: "как те, кои сеют слезами, приемлют рукояти радования: так радостью исполняются злостраждующие (подъемлющие произвольные телесные лишения) ради Бога". – Еще: "блажен заградивший вход к себе всякому сладострастью, разлучающему его от Создателя Его" (Слово 75, стр. 533-535).

    Еще: "Долгое время искушаемый в десных и шуих, неоднократно изведав себя сими двумя способами. прияв на себя бесчисленные удары противника, и сподобившись втайне великих возможностей, в продолжение многих лет снискал я опытность, и по благодати Божией, опытно дознал следующее.

    Основание всего доброго, возвращение души из вражия плена, путь ведущий к свету и жизни, – все это заключено в следующих способах: собрать себя воедино, и всегда поститься, т.е. премудро и благоразумно поставить для себя правилом воздержание чрева, неисходное пребывание на одном месте, непрестанное занятие богомыслием.

    Отсюда покорность чувств; отсюда трезвенность ума; отсюда укрощение свирепых страстей, возбуждающихся в теле; отсюда тихость помыслов; отсюда светлые движения мысли; отсюда рачительность к делам добродетели; отсюда высокие и тонкие умопредставления; отсюда не знающие меры слезы, источающиеся во всякое время, и память смертная; отсюда чистое целомудрие, совершенно далекое от всякого мечтания,

    – 347 –



    искушающего мысль; отсюда проницательность и дальновидность; отсюда глубокие и таинственные понятия, какие ум постигает при пособии божественных словес, и внутренние движения, происходящие в душе, разделение и различение духовного, как в святых силах и истинных видениях, та к и в суетных мечтаниях.

    Отсюда тот страх на путях и стезях, который в море мысли отсекает леность и нерадение, тот пламя ревности, который попирает всякую опасность, и превозмогает всякий страх, та горячность, которая пренебрегает всяким вожделением, и изглаждает оное в уме, и вместе с прочим приводит в забвение всякое памятование о преходящем; короче сказать, отсюда свобода истинного человека, душевная радость и воскресение со Христом в царствии.

    Если же кто вознерадит о сих двух способах, то пусть знает, что не только повредит он себе во всем, что пред сим сказано, но поколеблет и самое основание всех добродетелей пренебрежением сих двух добродетелей. И как они, если кто удержит их в себе и пребудет в них, суть начало и глава божественного делания в душе, дверь и путь ко Христу; так если кто отступит и удалится от них, то придет к сим двум противоположным тому порокам, разумею, телесное скитание и бесчестное чревоугодие. Это суть начала противного сказанному выше, – и они дают место в душе страстям" (Сл. 75, стр. 533-535).

    В другом месте он же пишет: "Которые нерадивы и слабы в начале подвига, те не только от сих, и подобных борений *), но и от шума древесных листьев приходят в боязнь и смятение, и малою нуждою, голодом в случае недостатка, и небольшою немощью преодолеваются, отрекаются от подвига, и возвращаются вспять. Истинные же и благоискусные подвижники не пресыщаются злаками и овощами, даже питаясь сухими былиями, не соглашаются что-либо

    _____________

    *) Выше изображены вражеские искушения.

    – 348 –



    вкусить прежде назначенного часа, но в телесном изнеможении лежат на голой земле; очи их едва смотрят от чрезмерного истощания тела, – и если от нужды близки бывают они к тому, чтобы разлучиться с телом, не уступают над собою победы, и не оставляют крепкого произволения, потому что желают и вожделевают лучше сделать себе принуждение из любви к Богу, и предпочитают трудиться ради добродетели, нежели иметь временную жизнь, и в ней всякое упокоение. И когда приходят на них искушения, веселятся паче, и еще усовершаются ими. Даже среди тяжких предстоящих им трудов не колеблются они в любви Христовой, но пока не утратят жизни, пламенно желают с мужеством выдерживать нападения, и не отступают, потому что чрез это усовершаются" (Сл. 60, стр. 475).

    С сими и подобными сим уроками согласуясь, и так же покоряясь тому, кто сказал: царским путем шествуй, не уклоняясь ни на десно, ни на шуе (Прит. 4, 27), – и мы излагаем тебе средний устав о пище, состоящий в таких правилах:

    31) Как подвизающемуся должно питаться в понедельник, среду и пяток.

    В три дня недели, второй, четвертый и шестой, всегда твори девятицу, т.е. вкушай пищу однажды в день (в 9 часов), съедая хлеба унгий шесть (три осьмухи фунта), сухих снедей недосыта и воды три или четыре чаши, последуя 69 правилу Св. Апостолов, которым законополагается: "если какой епископ, или пресвитер, или диакон, или чтец, или певец*) Святую Четыредесятницу пред Пасхою, или в среду, или в пятницу не постится, да будет извержен, кроме препятствия от немощи телесной; если же это будет мирянин, да будет отлучен". – В понедельник же пост установлен после святыми отцами.

    ______________

    *) Аскеты причисляются к духовенству.

    – 349 –



    32) Как должно питаться во вторник и четверток.

    В два дня, т. е. во вторник и четверток, дважды в день принимай пищу, съедая хлеба тоже шесть унгий, какое-либо варево воздержно и сколько-нибудь из сухих снедей, и выпивая вина, если употребляешь, растворенного водою чаши три или четыре; вечером же съедай хлеба угнии три, что-нибудь из сухих снедей, или овощей каких, вина с водою выпивай одну чашу. или много две, когда жажда сильная одолевает.

    Жажда впрочем много содействует в слезах, сожительницей имея и бдение, о коих так говорит св. Лествичник: "Жажда и бдение сокрушают сердце; от сердца же сокрушенного источаются слезы" (Сл. 6, 13). И св. Исаак: "Ради Бога потерпи жажду, да напоит Он тебя любовью Своею".

    Если же ты и в эти два дня предпочтешь однажды принимать пищу, очень добре сотворишь; так как пост и воздержание есть первая добродетель, – мать, корень, источник и основание всего доброго. – И из внешних мудрецов некто говорит: "избери наилучшую жизнь, навык же потом сделает ее приятною". И Василий великий: "где произволение с твердою решимостью, там нет препятствий". – И другой некто из богоносных мужей: "Начало плодоносия – цвет; а начало деятельной жизни воздержание" (пр. Нила ч. 1, стр. 201).

    Это, равно как и последующее за сим, иным покажется, может быть, неудобным, или даже и невозможным. Но кто возьмет во внимание процветающее от сего приплодие и пред очами ума держать станет обыкновенно порождающееся из сего славное состояние; тот признает сие нетрудным, и помощью Господа нашего Иисуса Христа при своем посильном о том рачении, и словами и делами воспроповедует, сколь сие удобоисполнимо, в подтверждение сего, как бы печать какую приложив ими (делами и словами). И св. Исаак говорит: "скудный хлеб на трапезе чистого очищает душу

    – 350 –



    вкушающего от всякой страсти: От трапезы постящихся, пребывающих в бдении, и трудящихся о Господе возьми себе врачество жизни, и возбуди от омертвения душу свою. Ибо среди их возлежит Возлюбленный, освящая снеди их и горечь скудной трапезы их претворяя в неизреченную свою сладость; духовные же небесные служители Его осеняют их, и святые яства их" (Сл. 8, стр. 62). Еще: "Воня постника весьма сладостна, и встреча с ним веселить сердца рассудительных: Любезно Богу поведение воздержного". (там же стр. 63).

    33) Как надлежит питаться в субботу. Также о бдениях, и о том, как подобает принимать пищу во время оных.

    Во всякую субботу, кроме великой, подобает тебе два раза принимать пищу, как выше положено для вторника и четвертка. Это и по определению священных правил, и потому, что во все всего лета дни Господни должен ты совершать бдения, кроме сырного, и еще кроме того случая, когда на неделе случится какой-нибудь великий Господский праздник, или праздник какого-либо из великих святых. Тогда совершай бдение в эти дни, а в день Господень оставляй его. – Но так или так будет, в субботу все два раза принимай пищу. Впрочем, так как тебе полезно всегда понуждать себя на делание бдения ночного, то гораздо лучше тебе, не смотря на совершение бдения на неделе, по случаю означенных выше дней, совершать оное и на Воскресение. Пользу от этого великую сам скоро увидишь; разверзется, скажем словом пророка Исаии, рано свет твой, и исцеления твоя скоро воссияют (Ис. 58, 8).

    Св. Исаак говорит: "каждому подвигу против греха и похотения труд бдения и пощения есть начало, особенно для того, кто подвизается против сущего внутрь нас греха. И из этого узревается признак ненависти ко греху и похоти в подвизающихся в сей невидимой брани. И все почти страстные прилоги начинают умаляться от пощения. После же него особенно содействует подвижничеству ночное бдение. Во

    – 351 –



    всю жизнь свою любящий беседовать с сею двоицей, другом бывает целомудрия. Как упокоение чрева и многоспание до расслабления, возжигающее похоть блудную, суть начало всех зол: так суть путь Божий святой и основание всякой добродетели пост, бдение и бодренность в священнослужении Богу". – Еще: "В душе облиставшейся памятью Божией и неусыпным бдением ночь и день, – вот где устрояет Господь, к утверждению ее и обезопашению, облако, сению своею покрывающее ее во дни, и светом огня освещающее ночью" (Пс. 77, 14). Еще: "избери себе сладостное делание, бдение всегдашнее по ночам, коими все отцы совлеклись ветхого человека и сподобились обновления ума. В часы сии душа чувствует жизнь оную бессмертную, и в чувстве ее совлекается тьмы страстей, и приемлет Духа Святого". – Еще: "почти делание бдения, да обретешь утешение в душе своей". Еще: "не думай, человече, что во всем подвижничестве монашеском есть какое-либо делание, большее ночного бдения". – Еще: "на монаха, пребывающего в бдении с рассуждением ума, не смотри, как на плоть носящего: ибо дело сие, яко воистину, есть дело Ангельского чина". – Еще: "душа в сем Ангельском делании бдения трудящаяся, будет иметь херувимские очи, и ими созерцать и видеть непрестанно небесные видения".

    Бдения сии проводи в молитве, псалмопении и чтении, чисто, непарительно и с сокрушенным умилением, один, или с любезным и единомысленным содружием. После всякого твоего бдения делай труда ради, от бдения бывшего, небольшое утешение в пище и питии на вечери, именно: съедай хлеба унгии три, с приложением и сухих каких снедей, сколько потребно тебе будет, пей и вина с водою чаши три. Но смотри. имея бдение в день девятичный, никак не нарушай ради сего бдения девятицы. Ибо сие подобает творити и оного не оставляти. Утешение, о коем здесь говорится, полагается по совершении бдения.

    – 352 –



    34) Как подобает питаться по Воскресеньям, – и о других вещах, также о труде и смирении.

    Также и во все воскресные дни два раза в день принимай пищу, как и в субботы. Это установление цело да блюдется, как положено, кроме немощи. То же делай и во все дни, в кои так делать разрешили святые отцы, или долгим обычаем так установилось, по каким-либо причинам. И в эти дни не однажды принимаем мы пищу, и сухоедения не держим, но от всего полезного и не зазорного вкушаем, также и из овощей, что случится, с воздержанием однако же, и в определенном количестве; ибо воздержание во всем и всегда прекрасное дело. При телесных же немощах, можно, как сказали мы, вкушать не стыдясь от всего потребного и разрешенного нам для поддержания тела. Ибо св. отцы научили нас быть страстоубийцами, а не телоубийцами. Разрешенное же разумеем не вообще христианам, а нам, по нашему иноческому чину. Всего сего причащайся с благодарением, во славу Божию, и во избежание кичения, только не допускай излишества. "Скудость вещей, говорит св. Исаак, невольно научает человека воздержанию, хотя бы он того и не хотел; напротив когда их у нас вдоволь, и доступ к ним открыт, тогда трудно нам себя воздержать". Телесного упокоения не люби. Ибо "душа, Бога возлюбившая, по слову опять преподобного Исаака, в Боге едином и упокоение иметь". – Избери же себе паче труд и скудость в содержании, – и смиренство. Ибо "труд и смирение, пишет некто из святых, стяжавают Христа".

    35) Какую диету держать и как жительствовать должно в посты, и особенно в пост великий.

    О диете и вообще об образе жизни во святые посты, излишне, думаю, толковать в особенности и подробно. Ибо как определено тебе поступать в те дни, в кои держишь

    – 353 –



    девятицу, так надлежит тебе поступать и в святые посты, кроме суббот и воскресений. Но, если можешь, держи себя в них еще строже, и еще трезвеннее, наипаче же во святую великую Четыредесятницу, которая есть как бы десятина Богу от целого года, и победителям Христовым доставляет награды за подвиги пресветлым днем Божественного Воскресения.

    36) О рассуждении в частности, и о том, что умеренному деланию цены нет; и о послушании.

    Впрочем все сие и все подобное сему надлежит тебе проходить со тщательным рассуждением для сохранения мирного сердца устроения при удовлетворении потребностей двоякого твоего естества. С премудростью, говорит Премудрый, зиждется дом и с разумом исправляется: с чувствием исполняются сокровища от всякого богатства честного и доброго (Прит. 24, 3. 4). Пишет и божественный Фалассий: "рассудительная скудость и теснота царский есть путь; безрассудное же самоизнурение и бессловесная поблажливость вредны, как без толку с той и другой стороны бывающие". И преподобный Исаак: "за ослабою членов следует исступление и смятение помыслов; за неумеренным деланием – уныние, и за унынием исступление. Но одно исступление разнится от другого исступления: за первым исступлением следует блудная брань; а за вторым – оставление безмолвного своего обиталища, и перехождение с места на место. Умеренному же и терпеливо, хотя с трудом, держимому деланию, цены нет. Умаление подвижнического самоутруждения множит сласть греховную, а безмерность в нем порождает исступление" (Сл. 71, стр. 524). И св. Максим Исповедник: "Не все пекись о плоти, но определив ей подвиг по силе ее, весь ум свой обрати на внутреннее. Ибо телесное обучение вмале есть полезно, а благочестие на все полезно есть (1 Тим. 4, 8)" [О любви сотня 4-я – 63]. Когда же весовая чаша плоти сколько-нибудь перетягивает, – мучит и тяготит чашу душевную, влекущи ее к пожеланиям и движениям бесчинным и душетлительным, как написано: плоть похотствует

    – 354 –



    на духа, дух же на плоть (Гал. 5, 17); тогда ты сам, обуздав ее браздою воздержания, умертвляй ее пока и нехотя станет она послушной правящему и покорится лучшему, припомнив слово великого Павла: елико внешний наш человек тлеет, толико внутренний обновляется по вся дни (2 Кор. 4, 16)", – и св. Исаака: "дай себе умереть в подвигах, и не жить в нерадении: ибо не только те, кои за веру во Христа прияли смерть, суть мученики, но и те, кои умирают за соблюдение заповедей" – Еще: "Лучше нам умереть в подвигах, чем жить в падениях". – Еще: "Главное, – все делай с советом и вопрошением отца твоего духовного о Христе Иисусе: ибо таким образом благодатью Христовою, несносное и стремнистое бывает легко, – и тебе покажется, будто ты несешься по равному, несколько покатому полю". Но пора нам возвратиться к тому, с чего отступили (См. гл. 27).

    37) Как подвизающемуся надлежит проводить время от вкушения пищи до заката солнца; и о том, что веровать должно, что по труду и мере делания нашего прибавляется нам и подаяние божественных даров.

    Подкрепившись пищей, как подобает подвизающемуся, по слову божественного Павла, повелевающего: подвизайся от всех воздержится (1 Кор. 9, 25), сядь и читай довольно отеческие писания, наипаче те, кои учат трезвению; потом сосни час один, если дни велики; встав затем, порукодельствуй немного, держа и молитву; после сего помолись, как прежде показано... опять читай, размышляй и поучайся, всячески стараясь смиренномудрствовать и иметь себя ниже всех людей.

    Ибо возносяй себе, говорит Господь, смирится; смиряяй же себе, вознесется (Лк. 18, 14); еще: мняйся стояти, да блюдется, да не падет (1 Кор. 10, 12); еще: Господь гордым противится, смиренным же дает благодать (Иак. 4, 6; Прит. 4, 34). Еще: начало гордыни отступление от Господа (Сир. 10, 14); еще: гордии законопреступоваху до зела (Пс. 118, 51); и еще: не высокая мудрствующе, но смиренными ведущеся (Рим. 12, 16). И

    – 355 –



    божественный Златоуст говорит: "тот наилучше знает себя, кто думает о себе, что он ничто; и ничто так Богу не любезно, как причисление себя к последнейшим". И св. Исаак: "смиренномудрым открываются тайны". – Еще: "где произрастает смирение, там источается слава Божия". Еще: "благодати предшествует смирение, а наказанию предшествует самомнение". – И св. Варсанофий: "если истинно желаешь спасться, то покажи послушание самым делом: воздвигни ноги твои от земли, ум же свой возведи на небеса, и там будь помышлением своим ночь и день, но при этом, сколько сил есть, почитай себя презренным, всячески напрягаясь видеть себя низшим всякого человека. Это есть истинный путь; кроме его другого нет для хотящего спасться о укрепляющем его Христе (Фил. 4, 13). Да течет хотяй; да течет хотяй; да течет хотяй, – да постигнет (1 Кор. 9, 24). Свидетельствую сие пред Богом живым, хотящим жизнь вечную даровать всякому желающему" (отв. 477). И св. Лествичник: "не постился я, не совершал бдений, не спал на голой земле, но смирихся, паче всего ища ни во что себя вменения, и вскоре спасе мя Господь (Пс. 114, 5)". – Опять св. Варсонофий говорит: "беспопечение о всем приближает тебя ко граду; непочитание себя чем-либо между людьми вселяет во град, а умертвие для всякого человека делает наследником града и сокровищ его". Еще: "если хочешь спасться, держи ни во что себя вменение, и теки вперед". "Ни во что же себя вменение есть, – по преподобному Иоанну, ученику сего святого, – не равнять себя ни с кем, и о добром деле не говорить: и я то же сделал".

    После сего опять молись чисто и непарительно, пока спадет вечер. Тут пой обычную вечерню и отпуст сотвори, от чистого сердца веруя, что, по мере труда и болезнования добродетели ради, и вообще по мере делания нашего подвижнического, Богом присуждается нам подаяние даров, венцов и утешений, как говорит божественный Псалмопевец: по множеству болезней моих в сердце моем, утешения Твоя

    – 356 –



    возвеселиша душу мою (Пс. 93, 19). И Сам Спаситель: придите ко Мне вси труждающиеся и обремененнии, и Аз упокой вы (Мф. 11, 28); и Павел великий: понеже с Ним (Христом) страждем, да и с Ним прославимся. Непщую бо, яко недостойни страсти нынешнего времене к хотящей славе явиться в нас (Рим. 8, 17. 18); и Максим, премудрый в разумении божественных вещей: "причиной (такого или другого) раздаяния божественных благ бывает мера веры каждого. Ибо поскольку веруем. постольку и силу ревности о действовании по вере имеем. Почему действующий по вере соответственную своей деятельности показывает и меру веры, приемля, поскольку веровал, и меру благодати. А не действующий по вере соответственную своему безделью показывает и меру безверия, приемля, поскольку не веровал, илишение благодати. Таким образом худо делает завистливый, завидуя преуспевающим, когда явно в его власти, а не другого кого, состоит приложение веры и деятельности по вере, чтоб приять и по мере веры приходящую благодать".

    Наконец, от души испрашивай, прочее время пребыть в мире и покаянии, сподобиться Христианской кончины живота, безболезненной, непостыдной и мирной, и доброго ответа на страшном судище Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа.

    38) Чистая молитва есть больше всякого делания.

    К показанному выше знай и то, братие, что всякой метод или прием, всякое правило и, если хочешь, эти разные делания, потому устанавливаются и узаконяются, что мы не можем еще чисто и непарительно молиться. Поелику, когда сие, благоволением и благодатью Господа нашего Иисуса Христа, совершится в нас, тогда мы, оставив многое и разнообразное, непосредственно паче разума соединяемся с Единым Единичным и Единящим, как сказано славным Богословом: "когда Бог с богами (т.е. богоподобными людьми) соединяется и ими познается, тогда Святым Духом всуществленное в сердце

    – 357 –



    совершается осеяние". – Оно рождается от помянутой чистой и непарительной молитвы сердечной. Редко же кто и едва один из тысячей сподобляется благодатью Христовою достигнуть такого устроения. А еще выше его востечь и духовной сподобиться молитвы, и удостоиться откровения таинств будущего века есть достояние весьма немногих, в родах и родах появляющихся, благоволением благодати, как пишет и св. Исаак: "как из многих тысяч едва находится один, исполнивший заповеди и все законное и достигший душевной чистоты: так из тысячей разве один найдется, с великим хранением сподобившийся достигнуть чистой молитвы, расторгнуть сей предел и улучить оное таинство, потому что многие чистой молитвы никак не сподобились, а немногие. Достигший же того таинства, которое после нее и за пределами ее есть, едва в роде и роде найдется кто благодатью Христовою" (Сл. 16, стр. 91):

    Почему и ты, если хочешь сподобиться таковых новых таинств делом и вещью, т. е. самым опытом о Христе Иисусе, во всякое время и всякий час, и во всяком делании твоем пытайся настраиваться так, чтобы молиться в сердце чисто и непарительно, да тако, как из младенца ссущего преуспеешь в мужа совершенна, в меру возраста исполнения Христова, и с верным и мудрым строителем (управляющим Лк. 12, 42) улучишь ублажение и гласное одобрение, как в суде (разумно) устрояющий словеса свои, т.е. сообразно с словом и жизнь ведущий, почему и не поколеблешься во век. Филимон пишет о сем так: "брате, ночью или днем сподобит тебя Бог чисто и непарительно помолиться умом, не смотри на свое правило, но сколько есть у тебя силы, напрягайся пребыть в сем прилеплении к Богу, и Он просветит сердце твое о делании духовном". – И еще некто из богомудрых сказал: "если желаешь в теле, подобно бестелесным служить Богу, стяжи непрестанную сокровенную в сердце молитву, и прежде смерти душа твоя будет, как Ангел". – Согласное с сим пишет и св. Исаак; – когда будучи вопрошен

    – 358 –



    неким, "что главное во всех трудах дела сего, т.е. безмолвия, чтоб достигший сего, уразумел, что достиг совершенства в сем образе жизни, – ответил: то, когда кто сподобится непрестанной молитвы. Ибо когда он достигнет сего, то это будет означать, что он восшел на самый верх всех добродетелей и сделался уже жилищем Святого Духа; так как тому, кто не приял несомненно сей благодати Утешителя, невозможно с отрадою держать пребывание сей молитвы в сердце. Почему и говорится, что, когда Дух святой вселится в ком из людей, тогда не престает он от молитвы: ибо тогда Сам Дух молится в нем непрестанно (Рим. 8, 26). Тогда, и когда спит он, и когда бодрствует, молитва не пресекается в душе его; но ест ли, пьет ли, спит ли, делает ли что, даже и в глубоком сне, без труда издаются сердцем его благоухания и воздыхания молитвенные. Тогда молитва не отступает от него; но всякой час, хотя и умолкает таковая вне, внутри его не перестает она священнодействовать тайно. Почему молчание чистых некто из христоносцов называет молитвою; так как помыслы их суть божественные движения; движения же чистого сердца и ума суть кроткие гласы, коими они сокровенно воспевают Сокровенного" (Сл. 21, стр. 151-2). – И многие другие из богоносных мужей, будучи опытно самой благодатью тайно научаемы, изрекли много такого, удивления достойного. что мы по длительности слова опускаем.

    39) О количестве коленопреклонений в продолжении дня и ночи.

    Что касается количества коленопреклонений, то знаем, что триста числом определено их нам божественными отцами, кои и должны мы совершать в каждое нощеденствие пяти дней недели. Ибо во всякую Субботу и всякое Воскресенье, а так же и в другие обычаем определенные дни и недели, по некоторым таинственным и сокровенным причинам, воздерживаться от них получили мы заповедь. Некоторые впрочем более сего числа кладут поклонов. а иные менее:

    – 359 –



    каждый по силе и произволению своему. И ты совершай их по силе своей, Впрочем блажен воистину, кто, всегда во всем, что по Богу есть, понуждая себя, понуждает себя часто и в этом. Ибо нудится царствие Божие, и нуждницы восхищают его (Мф. 11, 12).

    40) О том, что раздаяние даров Божиих бывает не только по мере подвига и делания нашего, как сказано, но и по навыку и способности, по вере и естественному нашему предрасположению.

    И то ведать подобает, что раздаяние нам даров Божиих бывает не только по мере подвига и делания нашего, как сказали мы прежде, но и по навыкновению сему образу жизни, и по способности. и по вере нашей и по естественному нашему расположению. Св. Максим говорит: "Ум есть орган премудрости; разум – орган ведения; естественное по обоим им убеждение орган, по обоим им составляющейся, веры; естественное же человеколюбие орган дарования исцелений. Ибо всякое дарование Божие благодатное способный к тому и естественный имеет в нас приемный орган, как силу, или навык, или предрасположение. Именно: кто ум свой сделал чистым от всяких чувственных мечтаний, тот приемлет премудрость; кто же разум поставил господином врожденных нам страстей, – разумею, гнева и похоти, тот приемлет ведение; кто по уму и разуму непоколебимое имеет убеждение в вещах божественных, тот приемлет вся могущую веру; кто в естественном преуспел человеколюбии, тот, по совершенном уничтожении самолюбия, приемлет дарование исцелений". – И все это так есть. –

    Смотри же, чтоб никто не знал дела твоего, кроме настоятеля и руководителя твоего, молясь усердно и о нас недостойных, говорящих, но не делающих добра, да сподобимся первее творить угодное Богу, а потом и другим говорить и советовать. Ибо, по слову Господню, кто сотворит и научит, сей велий наречется (Мф. 5, 19). Тебе же Вседержитель и Господь всещедрый да дарует силу и да благопоспешит и выслушать

    – 360 –



    сие разумно и творить со всем усердием: ибо, по божественному Павлу, не слышатели закона праведни пред Богом, но творцы (Рим. 2, 13). И да наставит Он тебя на всякое дело благое и спасительное, и в предлежащем тебе умном и священном делании да поруководит Духом по молитвам Святых. – Аминь.

    Но как впереди малое нечто сказано нами о деятельной рассудительности. то теперь благовременно, по силе нашей, вкратце сказать и о всеобъемлющей и совершеннейшей рассудительности: так как она больше всех добродетелей, по свидетельству великих отцов наших.

    41) О всеобъемлющей и совершеннейшей рассудительности; и о том, кто живет противоестественно и плотски, кто – по естеству и душевно, и кто выше естества и духовно.

    Кто плотски и противоестественно живет и действует, тот совсем потерял свою рассудительность; а кто, отклоняясь от зла, положил начало творить благое, как написано: уклонися от зла и сотвори благо (Пс. 33, 15), тот, как только еще вводимый в область добра и ухо приклоняющий к учению, приникает мало некако к некоему чувству рассудительности, свойственной новоначальному. Кто же по естеству и душевно, т.е. смысленно и разумно живет и действует, – почему называется и средним, тот, по своей мере, и видит и обсуждает и то, что его касается, и то, что касается подобных ему. Кто наконец выше естества и духовно живет, тот, как прошедший за предел страстного, новоначального и среднего. и благодатью Христовою достигший совершенства, т.е. всущественного просвещения, и совершеннейшей рассудительности, видит себя самого и обсуждает наияснейше, а также и всех видит и обсуждает определительно верно, сам не будучи ни от кого видим и обсуждаем верно, хотя у всех на виду находится, как говорит Апостол:духовный возстязует убо вся. а сам той ни от единого восстязуется (1 Кор. 2, 15).

    – 361 –



    42) Еще о рассудительности, в уподоблениях.

    Из сих первый подобен шествующему в глубокой ночи и непроницаемой тме; почему, как блуждающий в непроглядной тьме и мраком покрытый, не только себя не видит и не обсуждает, но и того не разумеет. куда направляется и где полагает стопы свои. как говорит Спаситель: ходяй во тьме не весть, камо идет (Ин. 12, 35). – Второй подобен шествующему в светлую ночь, звездами освещаемую; почему, мерцаниями звезд будучи мало некако осияваем. понемногу ступает, часто спотыкаясь ногами о камни нерассудительности и подвергаясь падениям. Сей немножко и себя, как в тени, видит и обсуждает, как написано: восстани сеяй. и воскресни от мертвых, и осветит тя Христос (Еф. 5, 14). – Третий подобен шествующему в ночи полнолунной и тихой; почему, лучами лунными направляем будучи, идет менее заблудно, и в предняя простирается, – себя видит, как в зерцале, и обсуждает. равно как и сшествующих ему, как сказано: емуже, т. е. пророческому слову, внимающе, яко светилу, сияющу в темнем месте, добре творите, дондеже день озарит, и денница воссияет в сердцах ваших (2 Петр. 1, 19). – Четвертый подобен шествующему в полдень чистейший, светлыми лучами солнца освещаемый; почему таковой и сам себя совершенно видит, как при солнечном свете, и обсуждает полно и верно, и других многих, лучше же сказать, всех восстязует, по вышеприведенному слову св. Павла, – да и все, встречающееся с ним, что бы то ни было и как бы ни было, – сам шествуя незаблудно и последующих ему ведя непреткновенно к настоящему Свету, животу и истине. О таковых написано: вы есте свет мира (Мф. 5, 14); и божественный Павел говорит: Бог, рекий из тьмы свету воссияти, иже воссия в сердцах наших, к просвещению разума славы Божия о лице Иисусе Христове (2 Кор. 4, 6); и блаженный Давид:знаменася на нас свете лица Твоего, Господи (Пс. 4, 7); еще: во свете

    – 362 –



    Твоем узрим свете (Пс. 35, 10); и опять сам Господь: Аз есмь свете миру: ходяй по Мне, не имать ходити во тьме, но имать Свете животный (Иоан. 8, 12).

    43) О преложении и изменении, бывающем с каждым человеком, и о высокой славе смирения.

    Желаем мы, чтоб ты ведал и то, что и совершенства достигшие, чрез очищение себя и просвещение, сколько это возможно [ибо в нынешнем несовершенном веке нет совершенного совершенства, но паче недовершенное совершенство], – и такие не всегда сохраняют неизменность, и по причине естественной немощи, и по причине прокрадывающегося иной раз возношения, но и изменения и окрадения претерпевают иногда во испытание, и опять заступлений наибольших сподобляются. Ибо непреложность и неизменность есть достояние будущего века; в настоящем же веке бывает то время чистоты, мира и утешения божественного, то примешения нечистого волнения и печали, и это соответственно жизни и преуспеянию каждого, и имиже весть Господь судьбами, для того, да познавая из сего немощь свою [ибо блажен, говорит некто, сознающий немощь свою], подобно св. Павлу, ненадеющеся будем на ся, но на Бога, восставляющего мертвыя (2 Кор. 1, 9). И св. Исаак говорит: "один раз за другим иные многократно преступают закон, и покаянием врачуют души свои, и благодать приемлет их; потому что во всяком разумном существе без числа бывают перемены, и с каждым человеком ежечасно происходят изменения. И рассудительный имеет много случаев уразуметь это. Но испытания, каждый день бывающие с ним, особенно могут умудрить его в этом, если он трезвенно бодрствует над собою, между прочим и для того, чтоб наблюсти себя умом и познать, какое изменение в кротости и тихонравии принимает душа каждый день, и как из мирного устроения своего внезапно переходит она в смятение, и как бывает при сем в великой и несказанной опасности. – И сие-то блаженный Макарий явно по

    – 363 –



    великому попечению и ревности о братиях написал на память и в научение их, – не предаваться, во время изменения сопротивлений (или браней), в отчаяние, потому что и с стоящими в чине чистоты случаются всегда падения, как случается с воздухом охлаждение, и без того, чтоб они были в нерадении и разленении, а напротив когда шествуют по чину своему, случаются с ними падения, противные цели их стремления" (Исаак сл. 46, стр. 283-4).

    И еще немного ниже говорит он: "изменения, говорит св. Макарий в каждом бывают, как в воздухе". Выразумей это – в каждом, – потому что естественно одно. Чтоб ты не подумал, что он сказал это о низших и немощнейших, полагая, что совершенные свободны от изменения, и всегда стоят неуклонно в одном чине, без страстных помыслов, как и Евхиты говорят, прибавил он это – в каждом. Как же это блаженне Макарие? Ты говоришь, что как вне бывает холод и вскоре потом зной, там град и спустя немного ведро: так бывает и в нашем подвижничестве: то брань, то заступление благодати; в иное время душа бывает в обуревании, и восстают на нее жестокие волны; и снова происходит изменение, потому что приходит благодать, и наполняет сердце человека радостью и миром от Бога, целомудренными и мирными помыслами. Он указывает здесь на сии помыслы целомудрия, намекая, что прежде них были скотские и нечистые, и как бы совет дает, говоря: "если за сими целомудренными, и скромными помыслами, последует нападение худых, не будем печалиться и отчаиваться. – И всегда, во время упокоения благодатного не будем величаться в самовосхвалении; но во время радости станем ожидать скорби" (там же стр. 285).

    Далее говорит он еще: "Знай, что все святые пребывали в сем деле. Пока мы в сем мире, вместе с прискорбным бывает нам втайне и утешение избыточествующее. Ибо каждый день и каждый час требуется от нас опыт любви нашей к Богу, в борьбе и подвиге против искушений. И

    – 364 –



    вот что есть – не печалиться и не унывать нам в подвиге; и так исправляется путь наш. Желающий же от этого отступить, или уклониться, бывает добычею волков. Вот дивно что в сем отце святом, – как он кратким словом подтвердил мысль сию, доказал, что она исполнена разума, и из ума читающего совершенно исторг всякое сомнение! Он говорит: уклоняющийся от сего и частью волков ставший не хочет шествовать должным путем, но положил в уме своем стяжать искомое, шествуя путем собственным, по которому не ступали ноги отцов" (там же стр. 286-7).

    Еще ниже: "смирение и без дел многим прегрешениям стяжает прощение; а дела без него напротив неполезны. – Что соль для всякой пищи, то смирение для всякой добродетели, и крепость многих грехов может оно сокрушить. Об нем потому нужно в душе печалиться (заботиться) непрестанно, с уничижением своего разумения; и если приобретем его, оно сделает нас сынами Божиими, и без дел добрых представит нас Богу, а без него все дела наши, всякие добродетели и всякое делание напрасны. – Его одного достаточно, чтоб без сторонней помощи представить нас пред лице Бога и говорить за нас ходатайственно" (там же стр. 289). И еще: "сказал некто из святых: когда придет к тебе помысел гордыни, говоря: вспомни добродетели свои, ты скажи ему: смотри, старик, на блуд свой" (там же стр. 290).  

    44) О покаянии, чистоте и совершенстве.

    Св. Исаак говорит: "совершенство всего течения нашего состоит в следующих трех: в покаянии, чистоте и совершенстве. – Что же есть покаяние? – Оставить прежнее и печалиться о нем. Что есть чистота вкратце? – Сердце милосердующее о всяком созданном естестве. И что есть совершенство? – Глубина смирения, которая есть оставление всего видимого и невидимого: видимого – всех чувственных вещей, невидимого – существ мысленных" (Сл. 48, стр. 298).

    Иначе: "покаяние есть сугубое умертвие от всего,

    – 365 –



    произвольное. Сердце милосердующее есть горение сердца о всякой твари, и о людях, и о птицах, и о животных, и о демонах, и о всяком создании" (там же).

    И опять: "пока мы в мире сем находимся и остаемся во плоти, дотоле, если до самого свода небесного подымемся, без дел и труда, и в беспопечении быть не можем. – В этом все совершенство, прости мне. Выше же этого есть тайное в сердце поучение без помышлений или умная молитва" (Сл. 47, в конце).

    Св. Максим говорит: "любомудрие по добродетели обыкновенно производит бесстрастие произволения, а не бесстрастие естества, в силу коего, т.е. бесстрастия произволения, приходит в душу мысленная благодать божественной сладости". И опять: "испытавший печаль и сладость плотскую может быть назван опытным, как опытом познавший приятности и неприятности вещей плотских, совершенным, – силою разума победивший сладости плотские и прискорбности, всецелым, – деятельные и мысленные навыкновения неизменными соблюдший крепким к Богу устремлением. Сего ради рассудительность и признана высшей всех добродетелей, что те, у кого она, по благоволению Божию, породится, будучи просвещаемы божественным светом, могут наиточнейше различать божеские и человеческие вещи, и видения таинственные и сокровенные".

    Но время уже по ряду изложить тебе, сколько доступно нам, что касается начала священного и боготворного безмолвия. Бог же да наставит нас в том, что имеет быть сказано.

    45) О пяти деланиях первоначального, или вводного безмолвия приступающих к нему, именно: молитве, псалмопении, чтении, богомыслии и рукоделии.

    В пяти деланиях, коими благоугождается Бог, должен проводить свое нощеденствие, или часы дня и ночи, только что приступивший к безмолвию, новоначальный, именно: в молитве, т. е. в памятовании Господа Иисуса Христа

    – 366 –



    непрестанном, тихо вводимом, как сказано прежде, путем дыхания, в сердце, и опять также изводимом, при смежении уст, без всякой какой-либо иной мысли и воображения, которая (молитва), при всестороннем воздержании, т. е. при обуздании чрева, сна и других чувств, с искренним смирением исправляется в келье. (Кроме сей молитвы должен он проводить время) в псалмопении, в чтении священного Апостола и святых Евангелий, писаний святых и богоносных отцов, особенно глав о молитве и трезвении, и прочих божественных словес Духа, в воспоминании с болезнованием сердечным грехов своих, в размышлении о суде Божием, или о смерти, или о вечном мучении, или о вкушении вечных благ, и о подобном, – и в рукоделии небольшом, для прогнания уныния. (Но после сих деланий, особенно рукоделья) надлежит опять возвращаться к молитве, хотя делание ее притрудно, и требует самопринуждения, пока ум навыкнет легко пресекать свое парение, всецелым приседением (или вниманием полным) Господу Иисусу Христу, непрестанной о Нем памятью, частым приникновением во внутреннюю клеть или сокровенную область сердца и водруженным там вкоренением внимания. Пишет о сем и св. Исаак: "потщися войти в клеть, внутрь тебя сущую, и узришь клеть небесную: ибо одна есть и сия оная; и одним входом узришь ты обе". – И св. Максим: "сердце правит всеми органами, и когда благодать займет все пажити сердца, тогда оно царствует над всеми помыслами и членами. Ибо там ум и все помыслы душевные; там потому должно смотреть: написала ли благодать всесвятого Духа законы свои". Там: где? В господственном органе, на престоле благодати, где ум и все помыслы душевные, т.е. в сердце.

    46) С чего начинать надо восхотевшим разумно безмолвствовать, какое сему начало, возращение, преуспеяние и совершенство.

    Вот делание первоначальных монахов, первое и как бы вводное для взявшихся безмолвствовать разумно: начинают они

    – 367 –



    страхом Божиим, постоянным исполнением всех заповедей боготворных и беспопечением о всех благословных и неблагословных вещах, прежде же всего верою. совершенным удалением от всего, противного сему начинанию, и искренним расположением к истинно сущему, как сказано прежде. Возрастают упованием непостыдным, простираясь вперед в меру возраста исполнения Христова пребыванием в сердечной молитве, чистой и непарительной, со всецелым к Богу прилеплением. И таким образом вступают в совершенство с неизменной и непрестанной духовной молитвою, и из совершенной любви источающимся к единому Богу исступлением, восхищением и единением превожделенным: что и есть деянием к созерцанию непогрешительное приспеяние и воспростертие, которое испытав, Богоотец Давид, и изменившись блаженным оным изменением, велегласно возопил: аз рех во исступлении моем: всяк человек лож (Пс. 115, 2). Другой же некто из просиявших в сем чине исповедал: око не виде, и ухо не слыша и на сердце человеку не взыдоша, яже уготова Бог любящим Его (1 Кор. 2, 9); и потом приложил: нам же Бог открыл есть Духом своим: Дух же вся испытует и глубины Божия (там же ст. 10).

    47) О чине безмолвия новоначальных.

    Итак, новоначальный. по сказанному пред сим, должен не часто выходить из келье своей и избегать бесед и свиданий со всеми, разве только по крайней нужде допуская себе это, и то со вниманием, сдержанностью, и редко, как говорит и божественный Исаак: "при всяком деле память сия (об охранении себя) да пребывает с тобою, потому что помощь, которая от охранения себя, больше помощи, которая от дел". – Эти беседы и свидания не только в новоначальных, но и в преуспевающих уже производят рассеяние и расхищение мыслей, как говорит опять тот же Исаак, что "упокоение плоти юным только вред приносит, а распущенность и юным и старым", и что "безмолвие внешние чувства

    – 368 –



    умерщвляет, а движения внутренние оживляет; внешнее же сообращение противное сему производит, т.е. внешние чувства оживляет, а внутренние движения умерщвляет". Лествичник же пишет: "безмолвник тот, кто существо бестелесное – душу свою усиливается удерживать в пределах телесного дома, что крайне дивно". Еще: "безмолвник тот, кто говорит: аз сплю, а сердце мое бдит (Песн. песн. 5, 2). И еще: "затворяй дверь келье для тела, дверь уст для бесед и внутреннюю дверь души – для лукавых духов" (Сл. 27, 6. 17. 18).  

    48) О внимательной и трезвенной сердечной молитве и делании ее.

    Молитва, со вниманием и трезвением совершаемая внутрь сердца, без всякой другой мысли и воображения какого-либо, словами: Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий невещественно и безгласно воспростирает ум к самому призываемому Господу Иисусу Христу, словами же: помилуй мя опять возвращает его и движет к себе самому, так как не может еще не молиться о себе. Но когда он достигнет опытом совершенной любви, тогда всецело воспростирается он к единому Господу Иисусу Христу, о втором (т.е. о помиловании) прияв действенное извещение. (Почему, как говорит другой некто, взывает только: Господи, Иисусе Христе! в сильном любительном расположении сердца).

    49) Как святые отцы предали нам говорить молитву.

    Почему не все св. отцы предают нам всегда всю произносить молитву, но кто всю, кто половину, может быть, по силе и состоянию молящегося. Так божественный Златоуст предает всю ее возглашать, говоря так: умоляю вас, братие, никогда не оставлять правила молитвы, или пренебречь о нем. Ибо я слышал некогда отцов, которые говорили: "какой это монах, если он небрежет о правиле, или попирает его? Но он должен, ест ли или пьет, сидит дома или путешествует, или другое что делает, непрестанно взывать:

    – 369 –



    Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя! – дабы это поминание имени Господа нашего Иисуса Христа раздражало на брань против врага. Поминанием сим душа, нудящая себя на то, может разыскать в себе все, и худое и доброе: прежде имеет она увидеть внутри, в сердце своем, худое, а потом и доброе. Поминание сие имеет привести в движение змия, и поминание сие имеет смирить его. Поминание сие может обличить живущий в нас грех, и поминание сие может потребить его. Поминание сие может подвигнуть всю силу вражию в сердце, и поминание сие может победить и искоренить ее мало-помалу: имя, Господа Иисуса Христа, исходя в глубину сердца, змия, держащего пажити ее, смирит, душу же спасет и оживотворит. Непрестанно убо пребудь с именем Господа Иисуса, да поглотит сердце Господа, и Господь сердце, и будут два в едино. Впрочем дело сие не есть дело одного дня или двух, но многих лет и долгого времени: ибо великий требуется подвиг и многолетний, да извергнется враг и вселится Христос".

    И опять: "Нужно запереться в себе, и править умом, и обуздывать его, и всякий помысел и всякое действо лукавого казнить призыванием Господа нашего Иисуса Христа". Еще: "где стоит тело, там да будет и ум, чтоб посреди между Богом и сердцем ничего другого не находилось, как средостение, или перегородка, затеняющая сердце, и отделяющая ум от Бога. Если же иной раз что-нибудь похитит ум, не надо замедлять в помыслах, дабы сосложение с помыслами не вменилось в дело греховное в день суда пред лицом Господа, когда судить имеет Бог тайная людей. Упраздняйтеся убо всегда и пребывайте с Господом Богом нашим, пока Он ущедрит вас. И ничего другого не ищите у Господа славы, кроме одной сей милости: ища же милости, ищите ее с сердцем смиренным и умиленным, и с утра до вечера вопийте, а если можно, то и всю ночь: Господи, Иисусе Христе, помилуй мя, и понуждайте ум свой на это дело до самой смерти. Ибо великого понуждения требует дело

    – 370 –



    сие, потому что узки врата и тесен путь, вводящий в живот, и одни нудящие себя входят в него: ибо таких нудящих себя есть царствие небесное (Мф. 7, 14; 11, 12). – Умоляю убо вас, не отдаляйте сердец ваших от Бога, но внимайте им и храните их всегдашним памятованием Господа нашего Иисуса Христа, пока не укоренится имя Господа внутрь сердца вашего, и оно ни о чем уже другом не станет помышлять, как только о том, да возвеличится Христос в вас".

    Прежде же сего св. Златоуста св. Павел в одном из посланий своих сказал: аще исповеси усты твоими Господа Иисуса, и веруеши в сердце твоем, яко Бог того воздвиже из мертвых, спасешися: сердцем бо веруется в правду усты же исповестся во спасение (Рим. 10, 9. 10). И опять: никтоже может рещи Господа Иисуса, точью Духом Святым (1 Кор. 12, 3 ). Сие – Духом Святым прилагает он в таком смысле: когда сердце воспримет действо Духа Святого, коим и молится: что есть достояние преуспевших, и тех, кои обогатились действенно возобитавшим в них Христом. – Согласно с этим говорит и св. Диадох: "Ум наш, когда памятью Божией затворим ему все исходы, имеет нужду, чтоб ему дано было какое-нибудь, обязательное для него, дело для утоления его приснодвижности. Ему должно дать только священное имя Господа Иисуса, которым и пусть всецело удовлетворяет он свою ревность к достижению предположенной цели. Но ведать надлежит, что, как говорит Апостол, никтоже может рещи Господа Иисуса, точью Духом Святым. С нашей стороны требуется, чтоб сказанное речение (Господи, Иисусе Христе, и проч.) умом, в себе утесняющимся, непрестанно было изрекаемо в сокровенностях его так, чтобы при этом он не уклонялся ни в какие сторонние мечтания. Которые сие святое и преславное Имя непрестанно содержат мысленно во глубине сердца своего, те могут видеть и свет ума своего (ясность мысли, или определенное сознание всех внутренних движений). И еще: сие дивное Имя, будущи напряженной заботливостью содержимо мыслью, очень ощутительно

    – 371 –



    попаляет всякую скверну, появляющуюся в душе. Ибо Бог наш огнь поедаяй есть всякое зло, как говорит Апостол (Евр. 12, 29). Отсюда наконец Господь приводит душу в великое возлюбление славы своей; ибо преславное то и многовожделенное Имя, укосневая чрез памятование о Нем ума в теплом сердце, порождает в нас навык любить благостыню Его беспрепятственно, потому что нечему уже тогда полагать тому препону. И сие – то есть бисер оный многоценный, который стяжают, продав все свое имение с неизреченной радостью об обретении Его" (гл. 59). святой же Исихий мысль свою о сем излагает так: "Душа, воспаривши по смерти на воздух ко вратам небесным, и там не постыдится врагов, имея за себя с собою Христа; но и тогда, как ныне, дерзновенно возглаголет к ним во вратех (Пс. 126, 5). Только до самого исхода своего, да не скучает она день и ночь взывать к Господу Иисусу Христу, Сыну Божию; и Он сотворит отмщение ее вскоре, по неложному божественному обетованию Своему, которое изрек Он в притче о неправедном Судье: ей глаголю вам, яко сотворит отмщение вскоре (Лк. 18, 8), – и в настоящей жизни, и по исходе ее из тела" (гл. 149). Лествичник говорит: "Бей супостатов Иисусовым именем; ибо против них нет более сильного оружия, ни на небе, ни на земле" (Сл. 21, 7). В другом месте прилагает он: "Иисусова память да соединится с дыханием твоим; и тогда познаешь пользу безмолвия" (Сл. 27, 61).

    50) О том, что не только у св. отцов, но и у св. Апостолов обретаются, тайноводственно изреченные Духом, словеса священной молитвы сей.

    Но не только у сказанных св. отцов и подобных им, найдешь ты словеса священной молитвы, но и еще прежде них, у самых первых и верховных Апостолов Петра, Павла и Иоанна. – Один из них, как сказали мы прежде, говорит: никтоже может рещи Господа Иисуса, точью Духом Святым (1 Кор. 12, 3); другой: благодать и истина Иисус

    – 372 –



    Христом бысть
    (Иоан. 1, 17), – и еще: всяк дух, иже исповедует Иисуса Христа во плоти пришедша, от Бога есть (1 Иоан. 4, 2); предпочтенный же другим ученикам Христовым, на вопрос Спасителя ко всем Апостолам: – кого Мя глаголют человецы быти, – ответил от лица всех, блаженнейшее вводя исповедание: Ты еси Христос, Сын Бога Живаго (Мф. 16, 13. 16). – Почему и после них бывшие, наши славные наставники, и из них особенно те, кои шествовали путем бесподъяремной, пустынной и безмолвной жизни, такие изречения, раздробленно и по частям тремя такими столпами святые Церкви предвозглашенные, и как божественные глаголы, по откровению Духом Святым предузаконенные, собрав воедино и одни с другими, с помощью живущего в них Духа Святого, прекрасно согласив и сгармонировав, составили священную нашу молитву, нарекши ее столпом молитвы, и последующим за ними предавши – держать ее и хранить в том же виде.

    Посмотри теперь, какой в сем дивный чин и какая дивная последовательность, носящая явную печать небесной премудрости! – Один возглашает имя: Господа Иисуса, другой: Иисуса Христа, третий: Христа, Сына Божия, как бы один за другим следуя, и один другого со вниманием держась, в согласии и сочетании сих богодейственных глаголов. Видишь, как каждый из них берет в конце изречения другого стоящее речение и его полагает началом своего? – Блаженный Павел сказал: никто не может исповедать Господа Иисуса. Последнее речение: Иисуса берет св. Иоанн и ставит первым в своем изречении: иже исповесть Иисуса Христа. Последнее его речение: Христа в исповедании св. Петра помянуто первым: Ты Христос Сын Бога. Так составилось как триплетная и нерасторжимая вервь, боготворная молитва наша, премудро и разумно сплетенная и сотканная. Так до нас дошла, так блюдется нами, и в том же виде от нас перейдет, к тем, кои будут после нас. Что касается до речения: помилуй мя, прилагаемого к спасительным словам молитвы, т.е. Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, – то его приложили св.

    – 373 –



    отцы, наипаче для младенчествующих еще в деле добродетели, новоначальных и несовершенных. Ибо преуспевшие и совершенные о Христе, каждым из сих воззваний одним: Господи Иисусе; Иисусе Христе; Христе Сыне Божий! или даже только возглашением: Иисусе, довольны бывают, объемля то и лобызая, как полное делание молитвы, и чрез это одно исполняемы бывая неизреченной, всякой ум, всякое видение и всякое слышание превосходящей сладости и радования. – В убеждение и удостоверение в сем полнейшее сладчайший и душелюбивый Господь наш, Иисус Христос, Сын Божий, Коего словеса суть дела и глаголы – Дух и живот, явно возвестил: без Мене не можете творити ничесоже (Ин. 17, 5); еще: аще что просите от Отца во имя Мое, Аз сотворю (Иоан. 14, 13. 14).

    51) О том, что и новоначальным можно молиться иногда всеми словами молитвы, иногда частью их, – внутри однако же сердца и всегда, и о том, что не надо часто переменять речения молитвенные.

    Можно и новоначальным молиться иногда всеми словами молитвы, а иногда частью их, внутрь впрочем сердца и непрестанно. Ибо, по св. Диадоху, "всегда пребывающий в сердце своем далек от всех красных жизни сей вещей, – и ходя духом, похотей плотских изведывать не может. Поелику же таковой шествие свое совершает в ограждении добродетелями, сии самые добродетели имея, как бы превратными стражами своего града чистоты; то все козни бесов против него остаются безуспешными" (гл. 57). – Пишет и св. Исаак: "кто ежечасно назирает за душой своею, у того сердце возвеселяется откровениями. Кто зрение ума своего сосредоточивает внутри себя самого, тот зрит в себе зарю Духа. Кто возгнушался всяким парением ума, тот зрит Владыку своего внутри сердца своего" (Сл. 8, стр. 54).

    Но при сем не следует часто переменять речения молитвы, чтобы таким частым переменением и перенесением (внимания одного на другое), ум, привыкши к нестоянию на одном и уклонению от него, навсегда не остался

    – 374 –



    неводруженным в себе и потому бесплодным, подобно древам, часто пересаждаемым с места на место.  

    52) О том, что плод внутрь-сердечной молитвы требует долгого времени подвига и нуждения себя, и что вообще все доброе немалым трудом и временем достигается.

    То, чтоб молиться всегда внутрь сердца, равно как и то, что за пределами сего последует, достигается непросто и как случилось, не с недолгим и малым трудом, – хотя и это с некоторыми, по неизреченному смотрению Божию бывает, но требует долгого и времени, и труда, и подвига, телесного и душевного, и нуждения себя напряженного и продолжительного. Ибо, по превосходству дара и благодати, коих чаем мы сделаться причастными, надлежит нам по силе своей приложить и соразмеренные с тем подвиги, и часы или предел того означить, – который, по священным наставникам нашим, есть – извержение из пажитей сердца врага, и действенное вселение в него Христа. Так св. Исаак говорит: "кто желает видеть Господа внутри себя, да напряжется всеусильно очистить сердце свое непрестанным памятованием о Боге, и тако во светлости ума своего всякой час будет он зреть Господа" (Сл. 8, стр. 55). И св. Варсонофий: "если внутреннее делание с Богом не поможет человеку, то напрасно он трудится во внешнем. Ибо внутреннее делание с болезнованием сердца приносит чистоту; чистота – истинное безмолвие сердца; безмолвие сие – смирение; смирение же уготовляет человека в обиталище Богу; силою же возобитания такого изгоняются бесы со страстями; и бывает тако человек храмом Божиим, полным святости, полным света, чистоты и благодати. Блажен тот, кто, во внутреннейших тайниках сердца созерцая Господа, с плачем изливает пред Его благостью моление свое" (Отв. 210). И преподобный Иоанн Карпатский: "долгий подвиг в молитвах и немалое время потребны для того, чтоб в нестужаемом устроении ума обрести иное некое сердечное небо, где обитает Христос, как говорит Апостол: или не

    – 375 –



    знаете себе, яко Иисус Христос в вас есть; разве точью чим неискусне есте
    (2 Кор. 13, 5)". – И великий Златоуст: "непрестанно пребывай с именем Господа Иисуса, да поглотит сердце Господа, и Господь сердце, и будет два едино. Но дело сие не есть дело одного дня, или двух, но долгого подвига и немалого времени. Ибо много подвигов и времени потребно, да извержется враг и вселится Христос".

    53) О молитве сердечной нечистой; и о том, как достигает кто молитвы чистой и непарительной.

    От постоянства в употреблении сказанного метода или приема к стяжанию чистой и непарительной молитвы, с препобеждением всех к тому препон в помыслах и внешних соприкосновенностях, подвизающийся приходит наконец в навыкновение без нуждения себя молиться истинно, чисто и непарительно, или в такое устроение, в коем ум всегда пребывает в сердце, не с нуждениеми против воли вводим бывая туда чрез дыхание, и тотчас опять выскакивая, но там неисходно с любовью пребывая, и непрестанно молясь. Св. Исихий говорит: "кто не имеет чистой от помыслов молитвы, тот не имеет оружия на брань, молитвы, говорю, той, которая непрестанно действовалась бы во внутреннейших сокровенностях сердца, дабы призыванием Господа Иисуса Христа не зримо был бичуем и опаляем враг, скрытно ратующий" (Гл. 21). И еще: "блажен воистину, кто так прилепился мыслью к молитве Иисусовой, вопия к Нему непрестанно в сердце, как воздух прилежит телам нашим, или пламя к свече". И тут же еще: "солнце, проходя над землею, производит день, а святое и поклоняемое имя Господа Иисуса, непрестанно сияя в уме, порождает бесчисленное множество солнцевидных помышлений" (Гл. 196).  

    54) О непарительной и чистой сердечной молитве, и рождающейся от нее теплоте.

    Та есть и именуется сердечной молитвою – чистою и непарительной, из которой рождается в сердце некая теплота,

    – 376 –



    как поется в псалмах: согреясь сердце мое и в поучении моем возгорится огнь (Пс. 38, 4), – огнь, который Господь Иисус Христос пришел воврещи на землю сердец наших, прежде износившую терние страстей, ныне приносящую духовные плоды благодатью, как говорит Господь наш Иисус Христос: огня придох воврещи на землю, и что хощу, аще уже возгореся (Лк. 12, 49), – который (огнь) некогда, и Клеопу с бывшим с ним спутником, согревши и разжегши, заставил в исступлении вопиять друг ко другу: не сердце ли наше горя бе в нас, егда глаголаше нама на пути, и егда сказоваше нама Писания? (Лук. 24, 32). Говорит и св. Иоанн Дамаскин в одном тропаре своих к Богородице Пречистой песнопений: "влечет меня к песнопению сердечный огнь любви девическия". – И св. Исаак пишет: "от напряженного делания рождается безмерная горячность, распаляется в сердце горячими помышлениями, вновь появляющимися в уме. А сие делание и хранение утончают ум своею горячностью, и сообщают ему видение. – От сей горячности, производимой благодатью созерцания, рождается слезный ток. – От непрестанных слез душа приемлет умирение помыслов и возвышается до чистоты ума, а при чистоте ума человек приходит в видение тайн Божиих. – После сего ум достигает до зрения откровений и знамений, как видел Пророк Иезекииль" (Сл. 59, стр. 459-60). И еще: "слезы, ударение себя по главе во время молитвы, повержение на землю побуждают сладостную теплоту слез внутрь сердца, и сердце с похвальной восторженностью воспаряет к Богу, взывая: возжада душа моя к Тебе Богу крепкому и живому: когда приду и явлюся лицу Твоему, Господи (Пс. 41, 3)". (Сл. 69, стр. 508). И Иоанн Лествичник: "огнь (духовный), пришедши в сердце, воскрешает молитву; по воскресении же и вознесении ее на небо, бывает сошествие огня небесного в горницу души" (Сл. 28, 45). И еще: "кто есть верный и разумный монах, который теплоту свою сохранил неугасимой, и до самого исхода своего не переставал прилагать огнь к огню, теплоту к теплоте, вожделение к

    – 377 –



    вожделению, тщание к тщанию". – И св. Илия екдик: "когда душа, упразднившись от всего внешнего, соединится с молитвою, тогда молитва, как пламя некое, окружив ее, как огнь железо, делает ее всю огненной. И тогда душа – все та же душа, только бывает неприкосновенной для всего внешнего, подобно раскаленному железу" (Гл. 103). Еще: "Блажен, кто еще в жизни сей таким видеться сподобился; и сам свой бренный по естеству образ видит огненным по благодати".

    55) Теплота различное имеет порождение; но та, которая происходит от чистой сердечной молитвы есть самая настояще истинная.

    Ведай, что теплота таковая различное и многообразное имеет в нас порождение и пребывание. Это явно из изложенных изречений святых отцов, но не смеем сказать, что – и из самого дела (опыта). – Из них наиподлиннейшая теплота есть та, которая приходит от чистой сердечной молитвы, с нею всегда порождается, возрастает и в существенном просвещении субботствует, т.е. существенно просвещенным, по свидетельству отцов, делает человека, так себя имеющего.

    56) Какое непосредственное действие теплоты сердечной.

    Сия теплота непосредственно отгоняет все, что препятствует совершенным образом совершаться первейшей чистой молитве. Ибо огнь есть Бог наш, и огнь поедающий злокозненность бесов и страстей наших. Св. Диодох говорит: "когда сердце с жгучею некоей болью принимает бесовские стреляния, так что боримому думается, будто он носит самые стрелы, – это знак, что душа стала ретиво ненавидеть страсти. И это есть начало очищения ее. Ибо если она не потерпит великих болей от бесстыдства греха, то не возможет потом богатно порадоваться и о благотворности правды. После сего желающий очистить свое сердце, да разгорячает его непрестанно памятью о Господе Иисусе, имея это одно (т.е. чтоб памятовать Господа) предметом богомыслия и непрестанным духовным деланием. Ибо желающим сбросить с себя

    – 378 –



    гнилость свою не так следует вести себя, чтоб иногда молиться, а иногда нет, но всегда должно упражняться в молитве с блюдением ума, хотя бы жил далеко негде от молитвенных домов. Ибо как взявшийся очистить золото, если хоть на короткое время оставит горнило без огня, делает, что очищаемая руда опять ожестевает; так и тот, кто иногда памятует о Боге, а иногда нет, что, кажется, что кажется приобретает молитвою, то теряет пресечением ее. Но мужу, любителю добродетели, свойственно всегдашнею памятью о Боге потреблять земляность сердца, чтоб таким образом при постепенном испарении худа под действием огня благого памятования, душа с полной славою совершенно востекла к естественной своей светозарности" (гл. 97). Вот каким образом ум, беспрепятственно пребывая в сердце, молится чисто и без блуждения, по слову святого, который говорит: "тогда бывает чистая и неблуждательная молитва, когда ум блюдет сердце, во время молитвы". Пишет и св. Исихий: "тот подлинно истинный монах, кто держит трезвение, и тот есть истинный трезвенник, кто в сердце монах (у кого в сердце только и есть, что он да Бог)".

    57) О вожделении Господа и расположении к Нему, кои рождаются от теплого внимания и молитвы.

    От таковой молитвы, теплой и со вниманием, т.е. от чистой молитвы рождаются в сердце вожделение, божественное раположение и любовь ко всему памятуемому Господу Иисусу Христу, как написано: отроковицы возлюбиша тя, привлекоша тя (Пес. Пес. 1, 2). И еще: уязвлена есмь любовью аз (Там же 2, 5) И св. Максим говорит: "все добродетели содействуют уму в божественном расположении, более же всех чистая молитва: ибо чрез нее к Богу воспаряя бывает он вне всего".

    58) О слезах сердечных; и еще о божественном вожделении и расположении.

    Из такого сердца источается почасту и слеза, очищающая и утучняющая, а не истощающая и иссушающая обогатившегося

    – 379 –



    сим. Ибо сие последнее бывает от страха божественного, а то первое – от божественного расположения, при сильном и неудержимом вожделении и возлюблении приснопамятуемого Господа Иисуса Христа. В восторге приведенная сим, душа вопиет: "усладил Ты мене вожделением, Христе, и изменил божественным Твоим расположением". И еще: "весь еси, Спасе, сладость, весь еси желание и вожделение, весь еси ненасытен, весь красота недомыслимая". – И с Павлом, проповедником Христовым, взывает: любы Божия обдержит нас (2 Кор. 5, 14). – Кто ны разлучит от любве Божия? скорбь ли, или теснота, или гонение, или глад, или нагота, или беда, или меч? – Известихся, яко ни смерть, ни живот, ни Ангели, ни начала, ниже силы, ни настоящая, ни грядущая, ни высота, ни глубина, ни ина тварь кая возможет нас разлучити от любве Божия, яже о Христе Иисусе Господе нашем (Рим. 8, 35. 38. 39).

    59) Увещание – не искать ничего, что выше меры; и еще – руководство относительно непрестанного сердцем памятования Господа нашего Иисуса Христа.

    Да сподобиться желающий сего и того, что после сего бывает, – о чем теперь неблаговременно говорить, – пусть строго держится следующего правила: "не ищи прежде времени того, что будет в свое ему время: ибо и доброе не добро, если не добре делается". – И по св. Марку: "не полезно прежде делания первейших дел, знать о вторых: ибо знание без делания надымает, а любовь созидает, потому что все терпит" (1 Кор. 5, 1). – Всемерно надо стараться, и всегда подвизаться о том, чтоб, как сказано, памятование Господа Иисуса Христа непрестанно носить во глубине сердца, – во глубине, а не вне и не сверху, – как говорит и об этом тот же св. Марк: "если полной духовной надеждою не откроется внутреннейшее сокровенное вместилище сердца нашего, то нельзя верно узнать живущего там и увидеть приняты ли наши словесные жертвы или нет".

    – 380 –



    60) О теплой ревности, о божественном в нас явлении, и о существенном просвещении благодати.

    Ибо таким образом ревнитель о совершенстве в духе удобно отклонится не от дел только лукавых, но и от помыслов страстных и от мечтаний неподобных, как написано: духом ходите и похоти плотские не совершайте (Гал. 5, 16). И не только это, но и от всякого вообще помысла и от всякого мечтания отступит он, как попаляющий и потребляющий горячею своею о добродетели ревностью всякое лукавое действо, прежде чувственно и мысленно в нем действовавшее, с началовождями всего злого злорадными бесами, как говорит св. Исаак: "страшен бесам и вожделенен Богу и Ангелам Его, кто с пламенной ревностью искореняет возращаемое в нем от врага терние". (Сл. 8, стр. 56). – И в такое преуспеяние придет он, что от сего примет извещение о любви к нему Божией, и действенного сподобится проявления и вселения существенного и божественного просвещения благодати, и в великом радовании востечет к прежнему, благодатью св. крещения священнодейственно сообщенному нам благородию и сыноположени. духовному. И о сем далее говорит св. Исаак: "это Иерусалим и царство Божие, внутри нас сокровенное, по слову Господню (Лк. 17. 21). Эта область облако есть Божией славы, в которую только чистые сердцем внидут узреть лице своего Владыки" (там же). Только сам он да не ищет явления Бога в себе, чтоб не принять того, кто воистину тьма есть, – и лживо представляется светом.

    61) О действах Божеском и вражеском.

    Почему, если ум его увидит свет, когда он не ищет его, то пусть не принимает его и не упраздняет, как говорит св. Марк: "есть действо благодати, неведомое младенчествующему о Христе, и есть другое действо злой силы, истине уподобляемое. Хорошо не всматриваться в таковое явление,

    – 381 –



    из опасения прелести, и не проклинать его, из опасения оскорбить истину; но во всяком случае прибегать к Богу, Который Один ведает полезное в том и другом. Впрочем пусть спрашивает имеющего благодать и силу по Богу научить и рассудить"

    62) Об учителе просвещенном и незаблудном.

    И если найдет могущего научить, не потому только что узнал то из Божественного Писания, но потому, что и сам блаженно испытал божественное просвещение, – благодарение Богу. Если же нет, то лучше ему не принимать того, но в смирении прибегать к Богу, от искреннего сердца недостойным себя почитая и называя такого удостоения и видения, как сему тайно научились мы благодатью Христовою от языков (уст) нелживых, Духом Святым движимых и вещающих, равно как из богодухновенных Писаний, – а отчасти и из опыта.  

    63) О просвещении истинном и ложном, т. е. о свете Божеском и лукавом – вражеском.

    В некоторых из своих писаний славные отцы наши указывают признаки непрелестного и прелестного просвещения, как сделал и треблаженный Павел Латрский, когда вопросившему его о сем ученику своему, сказал: "свет силы вражеской огневиден, дымоват и подобен чувственному огню; и когда душа, обуздавшая страсти и очистившаясь от них, увидит его, с неприятностью относится к нему и гнушается им: свет же Духа благого благ, радостотворен и чист, и приближаясь освящает светом, радостью и тихостью исполняет душу, и делает ее кроткой и человеколюбивою". То же говорят и другие.  

    64) О мечтании непотребном и благопотребном и как должно относиться к ним.

    Как немного прежде помянули мы о мечтании, и о мечтании непотребном, то очень полезно будет, как нам кажется,

    – 382 –



    и еще, сколько сможем, поговорить и о нем, и о всяком вообще мечтании. Ибо очень много противится оно проклятое чистой сердечной молитве, и единичному неблуждающему деланию ума. Почему божественные отцы часто очень говорят о нем и против него. Многообразное, как баснословный Дедал, и многоглавое как Гидра, это мечтание есть как бы мост какой для бесов, как сказали отцы, чрез который проходят и переходят эти убийственные нечестивцы, общаются некако и смешиваются с душой, и делают ее ульем трутней, – обиталищем бесплодных и страстных помышлений. – Таковое мечтание надобно отметать в конец, – если иной раз не хочешь, – ради покаяния и сокрушения, плача и смирения, особенно же ради посрамления нелепого мечтания, – привлечь и противовосставить мечтание благолепное, и смешав то с этим, и чрез сие устроив брань против того, поразить его, как бесчестное и бесстудное, и восторжествовать над ним. Действуя так, ты не вред какой себе причинишь, а напротив большую получишь пользу от того, что с непогрешимым рассуждением устрояя дела свои, нелепое мечтание будешь упразднять благолепным, и на смерть поражать врагов их же оружием, как некогда божественный Давид Голиафа (1 Цар. 17, 49).

    65) Не только непотребное, но и благопотребное мечтание неуместным признано святыми отцами в чистой молитве и в умном делании простом и единичном.

    Такое впрочем борение свойственно младенцам еще, или новоначальным. Преуспевшие же при долголетнем подвиге, всякое вообще отметают мечтание и непотребное и благопотребное, так что и следа его не остается. Как воск тает от лица огня, так оно рассеивается у них и исчезает под действием чистой молитвы, ради простого и безобразного привержения ума к Богу, предания себя Ему и преискреннего с Ним соединения. – Св. Исихий говорит: "всякой помысел воспроизводит в уме образ какого-либо чувственного предмета:

    – 383 –



    ибо Ассирианин (враг), будучи сам умной силою, не иначе может прельщать, как пользуясь чем-либо привычным для нас, чувственным" (гл. 180). – И опять: "Поелику всякий помысел входит в сердце чрез воображение чего-либо чувственного (чувственное же мешает умственному); то божественный свет Божества тогда уже начинает осиявать ум, когда он упразднится от всего и сделается совершенно безвидным (никакого вида и образа не представляющим). Ибо светлость оная проявляется в чистом уже уме, под условием оскудения его от всяких помышлений" (гл. 89). То же и Василий Великий: "как не в рукотворенных храмах живет Господь, так и не в воображениях каких и мысленных построениях (фантазии), – кои представляются (вниманию) и как стеной, окружают испортившуюся душу, так что она силы не имеет чисто взирать на истину, но все еще держится зерцала и гаданий". – И божественный Евагрий: "Бог там пребывающим признается, где познанным имеется; почему чистый ум и называется престолом Божиим, Помышление о Боге не обретется в помышлениях, печатлеющих ум образами, но в помышлениях не печатлеющих. Сего ради молящемуся надлежит всячески отдалять от себя помышления, печатлеющие в уме образы". – И св. Максим в пояснениях на великого Дионисия говорит: "иное есть мечтание и иное помышление, или мысль. Они производятся разными силами и свойствами движения разнятся: ибо мысль есть действие или произведение ума, а мечтание – плод страсти, напечатление образа, представляющего нечто чувственное, или как бы нечто чувственное. Почему никакое мечтание не должно иметь места в отношении к Богу; ибо он паче ума все превосходит". – И Василий Великий: "ум, нерассеявающийся по внешним предметам и чувствами не носимый по миру, возвращается к себе самому, от себя же восходит к помышлению о Боге, и оной красотою облиставаем будучи, забвение приемлет о самой природе". – Сие ведая и ты, каждый час, с Божией помощью, понуждай себя, безмечтанно, без воображений и образов, молиться

    – 384 –



    чисто всем умом, всею душой и всем сердцем. – О сем говорит и св. Максим так:

    66) Об уме, душе и сердце – чистых и совершенных.

    Об уме чистом: "Чистый ум тот есть, который, избыв от неведения, осиявается божественным светом".

    О душе чистой: "Душа чиста та, которая, освободясь от страстей, божественной любовью непрестанно обвеселяема бывает".

    О сердце чистом: "Сердце чисто то, которое, всегда представляя Богу память безвидной и безобразной, готово бывает едиными от Него впечатлениями печатлеться, в каких Он обычно благоволит явным себя ей делать".

    Об уме совершенном: "Ум совершенн тот, который, верою познав Сущего выше всякого ведения и все создания Его обозрев, от Бога приял ведение всеобъемлющее (в общих чертах) о Помысле и суде Его, в них проявляемом, – разумеется, сколько вместимо для человека".

    О душе совершенной: "Душа совершенна та, которой вожделетельная сила всецело устремлена к Богу".

    О сердце совершенном: "Совершенным называется сердце, – не имеющее никакого естественного движения к чему-либо и каким-либо образом, на котором (сердце) как на дщице, добре выглаженной, ради его простоты, Бог приступая написует Свои законы".

    Приложим к сему и следующее:

    О чистом уме: – по святому Диадоху, – "очистить ум есть дело Единого Духа Святого"; еще по Лествичнику, – "ум удержать от парения, тоже есть дело Единого Святого Духа"; – еще св. Нил говорит: "кто восхотел бы увидеть состояние ума своего, тот пусть упразднит себя от всех помышлений, и тогда увидит его подобным сапфиру, или небесному цвету". И еще он же: "состояние ума есть мысленная высота, цвету небесному подобная, на котором, во время молитвы, и свет Святые Троицы появляется". – И св. Исаак: "когда ум

    – 385 –



    совлечется ветхого человека, и облечется в нового благодатного человека, тогда узрит чистоту свою, подобную небесному цвету, который старейшины сынов Израилевых наименовали местом Божиим (Исх. 24, 10), когда Бог явился им на горе" (Сл. 16, стр. 99).

    Делая так, как сказано пред сим, т.е. чисто, немечтанно и безобразно молясь, ты будешь шествовать по следам святых. Если же не так; то будешь мечтатель вместо безмолвника, и вместо гроздия оберешь терние, что да не будет с тобою!

    67) Как Пророки видели образные видения.

    Если кто предполагает, что пророческие видения, образы и откровения были делом фантазии и происходили естественным порядком, да ведает таковой, что носится далеко от правой цели и истины. Ибо Пророки и в нынешнее время бывающие у нас священнотаинники, не по естественному какому-либо порядку и чину, видели и воображали, что видели и воображали, но божественно некако и паче естества, было то в уме их печатлеемо и представляемо, неизреченной силою и благодатью Святого Духа, как говорит Василий Великий: "неизреченной некоей силою Пророки принимали воображения в уме, имея его неразвлеченным и чистым, и Слово Божие слышали как бы возглашающимся в них". И еще: "Пророки видели видения действием Духа, Который печатлел образы во владычественном их уме". И Григорий Богослов: "Сей (т.е. Дух святой) действовал первее в Ангельских и небесных силах, Потом в Отцах и Пророках, из коих одни Бога видели, или познавали, другие будущее предузнавали, когда владычественный их ум от Духа принимал такие образы, по коим они соприсутствовали будущему, как настоящему".

    71) О чистой молитве.

    Св. Нил говорит: "Подвизайся ум свой во время молитвы делать глухим и немым; и будешь тогда иметь

    – 386 –



    возможность молиться, как должно" (о молитве гл. 11). И еще: "блажен ум, который во время молитвы хранит совершенное безобразие, или безмечтание" (там же, гл. 117). И св. Филофей: "редко очень можно найти безмолвствующих умом. Это есть принадлежность только тех, которые все средства употребляют к тому, чтобы привлечь к себе божественную благодать и исполниться истекающим от ней духовным утешением". И Василий Великий: "молитва добрая та есть, которая действенно внедряет в душу помышление о Боге. Вселение Божие есть иметь в себе водруженным Бога памятованием, когда сие памятование не пресекается земными попечениями, и ум не возмущается нечаянными движениями страстей. Боголюбивый, от всего отбегая, к Богу отходит".

    72) Иное есть бесстрастие ума, а другое молитва истинная, – что и выше.

    Ведать подобает, что хотя, по св. Максиму, – "не может ум одной деятельностью благой сделаться бесстрастным, если в то же время не будет воспринимать многих и разных созерцаний"; но, по божественному Нилу, можно, и безстрастным будучи, не молиться истинно, но быть развлекаему разными помышлениями и далеко отстоять от Бога; ибо сей св. отец говорит о сем так: "не всякий улучивший бесстрастие, уже и молится истинно; ибо таковой может еще занят быть простыми помышлениями (о вещах, без страстных при том движений), и развлекаться историями их (м. б. картинами их и разными их сочетаниями), – и далеко отстоять от Бога (гл. 56). И еще: "но и когда ум не коснит в простых помышлениях о вещах, не значит еще, что он достиг уже и места молитвы: ибо он может быть занят (философским) умозрением о сих вещах и углубляться в причинные их отношения. Хотя все сие суть отвлеченности, но как они суть умозрения о вещах, то печатлеют в уме образы их, – и далеко отводят его от Бога (ум философствует, но не молится: состояние ученых)" – (гл. 57). Говорит и Лествичник: "которых

    – 387 –



    ум научился истинно молиться, то воистину лицом к лицу беседуют к Господу, как те, кои говорят на ухо царю (т.е. ближайшие доверенные)".

    Из таковых изречений можешь ты уразуметь точно обоих видов жизни и деятельности различие и несравнимое сравнение, – т.е. той, которая ведется под влиянием свыше, и той, которая своими силами устрояется. Дело одной из них – поучения и многие и разнообразные умозрения; делание же другой – истинная молитва. К сему помни и следующее, что иное дело бесстрастие ума, и другое – истинная молитва; и еще, – что имеющий истинную молитву, как указывают отцы, по всякой необходимости и ум бесстрастный имеет, но об имеющем ум бесстрастный нельзя еще сказать, что он имеет и молитву истинную.  

    73) Еще о мечтаниях и воображениях ума, – и о признаках прелести и истины.

    Какие признаки прелести.

    Безмолвствуя и желая один быть с единым Богом, никогда не принимай, если увидишь что-либо чувственное или мысленное, внутрь тебя или вне, – лик Христа, или Ангела, или образ Святого, или световое воображение, мечтаемое умом; но не верь сему с негодованием, хотя бы то и доброе что было, прежде, чем вопросишь кого из опытных: что есть дело самое полезное и Богу любезное, и благоприятное. Храни же ум свой всегда бесцветным, безобразным, безвидным, бесформенным, бескачественным, бесколичественным, внимающим одним словам молитвы, в них поучающимся и об них размышляющим в сердечном внутрь движении, последуя Лествичнику, который говорит: "Начало молитвы состоит в том, чтоб отгонять приходящие помыслы при самом их появлении; средина ее в том, чтобы ум заключался в словах, которые говорим или помышляем; а совершенство молитвы есть восхищение ко Господу" (Сл. 28, 19). Св. Нил так

    – 388 –



    о сем говорит: "высшая совершенных молитва есть восхищение некое ума и полное его исступление от всего чувственного, при ходатайстве Духа воздыханиями низглаголанными (Рим. 8, 26) пред Богом, видящем расположение сердца, открытое как написанная книга и молчаливыми знаками изъявляющее свое хотение. – Так до третьего неба восхищен был Павел, не ведая, в теле ли он был, или кроме тела (2 Кор. 12, 2). Так Петр возшедши на горницу помолиться, видел видение плащаницы (Деян. 10, 9). Вторая же после сей первой (высшей) молитвы есть та, в которой слова молитвы произносят с припоследованием им ума сокрушенного и сознающего, Кому приносит он моление. Молитва же, пресекаемая заботами телесными и смешивающаясь с ними, далеко от устроения подобающего молящемуся" (Рус. Доброт. т. 2, стр. 245, гл. 168-170). – В сем убо пребывая, другого ничего не принимай, до времени умирения страстей, с вопрошением, как сказано, опытных.

    Таковы признаки прелести. Теперь посмотри,

    какие признаки истины.

    Признаки же истины и благого животворящего Духа суть любы, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание (Гал. 5, 22), как говорит божественный Апостол, называя сии добродетели плодами Божественного Духа. Он же опять говорит: яко чада света ходите: плод бо духовный есть во всякой благостыни, и правде, и истине (Еф. 5, 9), коим все противное составляет принадлежность прелести. – Говорит о сем и некто из Богомудрых, вопрошен будучи от другого, так: "относительно незаблудной стези ко спасению, о коей спросил ты, возлюбленне, ведай, что много путей, ведущих в живот, и много ведущих ко смерти. Один путь, ведущий в живот, есть исполнение заповедей Христовых. В заповедях сих найдешь ты всякой вид добродетели, особенно же три сии: смирение, любовь и милосердие, без коих никто не узрит Господа. – Сии три суть непобедимые

    – 389 –



    оружия против дьявола, кои даровала нам Святая Троица, – смирение, говорю, любовь и милосердие, на кои даже воззреть не может все демонов полчище. Ибо в них и следа нет смирения; и для них, за то, что они омрачились превозношением, уготован огнь вечный. Где у них любовь, или хоть тень милосердия, когда они к роду человеческому непримиримую держат вражду, и деннонощно не перестают ратовать против него? Облечемся убо в сии оружия, ибо носящий их вокруг себя неуловим для врагов. – Сию треплетную вервь, которую сшила и сплела нам Святая Троица, видим, что она и три есть, и едино: три – именами, если же хочешь, то и лицами, а едино – силою и действом, и к Богу приближением, устремлением и себя присвоением. О них сказал Господь: иго Мое благо, и бремя Мое легко есть (Мф. 11, 30). И возлюбленный ученик Его: заповеди Его тяжки не суть (1 Иоан. 5, 3). – Сего ради душа, с Богом срастворившаясь чистотою жития, хранением заповедей и сими тремя оружиями, кои суть сам Бог, в самого Бога облекается, и бывает некоторым образом богом, чрез смирение, милосердие и любовь, и миновав вещественную двоицу, и восшедши выше главы закона, т.е. любви, сочетается с пресущественной и живоначальной Троицей, непосредственно беседуя с нею, светом свет приемля, и радуясь радостью непрестающей и вечною". – Но довольно и об этом. – Указав таким образом отчасти признаки и плоды прелести и истины, скажем теперь малое нечто, изречениями, как и подобает, отеческими и об утешении, от обоих их бывающем – т.е. об утешении божественном и истинно благодатном, и об утешении поддельном, вражеском. – Божественный Диадох говорит о сем так:

    74) Об утешении божественном и поддельном.

    "Когда ум начнет ощущать благодатное утешение Святого Духа, тогда и сатана свое влагает в душу утешение в кажущемся сладким чувстве, во время ночных успокоений,

    – 390 –



    в момент тончайшего некоего сна (или засыпания). Если в это время ум окажется держащим в теплейшей памяти Святое имя Господа Иисуса, и как верным оружием против прелести воспользуется сим пресвятым и преславным именем; то лукавый обольститель оный тотчас удаляется, но зато возгорается наконец бранью против души своим лицом а не помыслами). Так ум, точно распознавая обманчивые прелести лукавого более и более преуспевает в различении духовных вещей" (гл. 31).

    И опять: "Благое утешение бывает или в бодрственном состоянии тела, или при погружении его в сон, когда кто в теплом памятовании о Боге, как бы прилеплен бывает к Нему любовью; а утешение поддельное, прельстительное, как я сказал, бывает всегда в то время, как подвижник приходит в тонкое – некое дремание, или забытье, при памятовании о Боге посредственном. То происходя от Бога, явно влечет души подвижников благочестия к любви Божией в сильном излиянии душевных чувств; а это обыкновенно обвевает душу неким ветром обманчивой прелести и во время сна телесного покушается похитить чувство вкушением чего-то приятного. Несмотря на то, что ум в известной мере здравствует в отношении к памятованию о Боге. Итак, если, как я сказал, ум окажется в такое время трезвенно памятующим о Господе Иисусе, то тотчас рассеивает это, обманчиво кажущееся приятным, дыхание врага, и с радостью выступает на борьбу с ним, имея готовое против него оружие, по благодати, в прехвальной опытности своей духовной" (гл. 32).

    И еще: "Если душа не колеблющимся и не мечтательным движением воспламенится к любви Божией, влеча некако в глубину сей любви неизреченной и самое тело, – в бодрствовании ли то, или, как я сказал, при погружении в сон воздействуемого святою благодатью подвижника, между тем как душа совершенно ни о чем другом не помышляет, кроме того одного, к чему возбуждена; то ведать надлежит, что это есть действо Святого Духа. Будучи вся преисполнена приятными чувствами

    – 391 –



    от неизреченной оной божественной сладости, она и не может в ту пору помышлять ни о чем другом, а только чувствует себя обрадованной неистощимой некоей радостью. Если же при таком возбуждении ум воспримет колебание некое сомнительное, или нечистое какое помышление, и если при сем Святым Господним именем будет пользоваться для отвращения зла, а не паче по одной любви к Богу; то ведать надлежит, что утешение то от прельстителя, и есть только призрак радости. Радость такая совне навевается, и является не как качество и постоянное расположение души; видимо, что тут враг хочет опрелюбодействовать душу. Видя, что ум начинает проявлять верную опытность своего чувства, он и своими утешениями, кажущимися благими, подступает утешать душу в ожидании, что она, будучи развлкаема этою блажной мокротной сластью. не распознает своего смешения с обольстителем. По сим признакам можем мы распознавать духа истины и духа лестча (1 Ин. 4, 6). Никому впрочем невозможно ни божественной благости чувством вкусить, ни горечи бесовской ощутительно испытать, если кто не удостоверится в себе, что благодать во глубине ума его сотворила себе обитель, а злые духи гнездятся негде окрест членов сердца. Бесы же отнюдь не хотят, чтобы люди как-нибудь удостоверялись в том, дабы ум, верно зная это, не вооружался против них непрестанной памятью о Боге" (33).

    Имеешь теперь и об этом достаточно сведений, – и довольствуйся тем, по совету Премудрого: мед обрет яждь умеренно, да не како пресыщен изблюеши (Прит. 25, 16).

    75) О сладости божественной из сердца источающейся.

    Ближе же к существу дела можно сказать: кто объяснит сладость меда не вкушавшим его? Несравненно же более (невозможно не вкусившим объяснить) сладость божественную и радование преестественное и животочное, из сердечной чистой и истинной молитвы источающееся, и текущее приснотечно, о коих говорит Богочеловек Иисус: иже пиет от воды, юже

    – 392 –



    Аз дам ему, не вжаждет вовеки: но вода, юже Аз дам ему, будет в нем источник воды, текущие в живот вечный (Иоан. 4, 14). И опять: аще кто жаждет, да придет ко Мне и пиет: веруяй в Мя, якоже рече Писание, реки от чрева его истекут воды живы. Сие же рече о Дусе, егоже хотяху примати верующии во имя Его (Иоан. 7, 37 – 39), – говорит Наперсник. – И великий Павел подтверждает: посла Бог Духа Сына своего в сердца ваша, вопиюща: Авва Отче (Гал. 4, 6).

    76) О том, что духовная сия сладость много знамений имеет, и не имеет наименования.

    Сия духовная сладость, преестественная и животочная, есть вместе существенное сияние и свет, и красота недоуменная, крайнейшее из желаний желание, Боговедение и обожение таинственное, невыразимым пребывающее и после какого-нибудь выражения его, недоведомым и после некоего уразумения его. Так говорит и св. Дионисий: "в сей, сущийнад светом, мрак молимся мы придти, и чрез неувидание, увидеть и уведать Сущего выше видения и ведания, (увидеть т.е., и уведать) самую сию неувидаемость и неуведаемость Его: ибо сие-то и есть увидеть и уведать пресущественного и пресущественно воспеть Его, чрез отрицание в Нем всего тварного". – И еще: "божественный мрак есть свет неприступный, в коем Бог живущим исповедуется, яко невидимый по причине безмернойявности и неприступный, по причине пресущественного светолития. В сем мраке бывает всякий, сподобляемый уведать и увидеть Бога, чрез то самое, что не видит и не ведает истинно, когда бывает в Том, кто выше видения и ведания, сие самое познавая, что Он есть за пределами всего, чувствами и умом познаваемого (или всего чувственного и мысленного)". – И Василий Великий: "неизреченны всецело и неописанны молниеносные блистания божественной красоты; ни слово не может выразить сего, ни слух вместить. Наименуем ли блеск денницы, или светлость луны, или

    – 393 –



    сияние солнца, – все это недостойно к уподоблению славы. и в сравнении с истинным светом далее отстоит от Него, нежели глубокакя ночь или ужаснейшая тьма от полуденной ясности. Если красота сия, незримая телесными очами, а постижимая только душой и мыслью, озаряла кого-либо из святых, и оставляла в них невыносимое уязвление желанием; то, возмущенные здешнею жизнью, говорили они: увы мне, яко пришельствие мое продолжися! (Пс. 119, 5). Когда приду. и явлюся лицу Божию? (Пс. 41, 3); еще: разрешиться и со Христом быти, много паче лучше (Фил. 1, 23); и опять:возжада душа моя к Богу крепкому и живому (Пс. 41, 3); также: ныне отпускаеши раба Твоего Владыко (Лк. 2, 29). Тяготясь сею жизнью, как узилищем, сколько были неудержимы в стремлениях к Богу те, у которых коснулось души Божественное желание. По причине ненасытимого желания созерцать Божественную красоту, они молились о том, чтобы зрение красоты Божией простиралось на всю вечную жизнь" (Т. 5, стр. 100, 101).

    И Богослов: "где страх, там заповедей соблюдение; а где заповедей соблюдение, там плоти очищение и избавление от осеняющего душу облака, не дающего ей видеть божественного луча; где же очищение такое, там воссияние света; где это световоссияние, там полное удовлетворение желания, высшего всех желаний". – И св. Григорий Нисский: "Когда тщанием о доброй жизни отмоешь нечичстоту, налипшую на твое сердце, тогда снова воссияет в тебе боговидная красота, как обыкновенно бывает с железом. Ибо когда оно на точильном камне обнажится от ржавчины, тогда, быв пред сим черным, начинает издавать сияние некое и блеск, отражая солнечные лучи. Так и внутренний наш человек, которого Господь называет сердцем, после того, как очистит ржавчинную нечистоту, образовавшуюся на его зраке от лукавой мокротности, опять восприемлет свое первообразное подобие, и делается благим". – И св. Нил: "блажен постигший неразлучную с молитвою непостижимость (Божию)". И св. Лествичник: "бездна плача порождает утешение; чистота же сердца приемлет

    – 394 –



    просвещение. Просвещение сие есть неизреченное действо Духа, дающее видеть не видя, и ведать не ведая" (Сл. 7, 55).

    Сего ради и треблаженны, подобно древней Марии. избравшие благую сию часть, – сие жительство духовное. и за то сподобляемые богоподобного некоего жребия, столь благого, что им в великом и в исступление приводящем радовании можно, с божественным Павлом, явно восторгаться и вопиять: егда благодать и человеколюбие явися Спаса нашего Бога, не от дел праведных, ихже сотворихом мы, но по своей Его милости, спасе нас банею пакибытия и обновления Духа Святого, Егоже излия на нас обильно, Иисусом Христом Спасителем нашим, да оправдишеся благодатью Его, наследницы будем по упованию жизни вечныя (Тит. 3, 4-7). И еще: извествуяй же нас с вами, и помазавый нас, Бог: иже и запечатле нас, и даде обручение Духа в сердца наша (2 Кор. 1, 21. 22). Также: имамы же сие сокровище в скудельных сосудех, да премножество силы будет Божия, а не от нас (2 Кор. 4, 7). Так возвещают Богопросвещенные мужи. – Буди же и нам их богоуветливыми к Господу молитвами пожить хоть отчасти подобно им, по милости и благодати Божией.

    77) Желающие надлежащим образом безмолвствовать по всей необходимости должны кроткое иметь сердце.

    Тебе же, чадо, теперь благовременно, прежде всего другого, или и вместе со всем другим, знать, что как желающий добре научиться стрелять не без определенной меты натягивает лук, так и хотящий научиться безмолвствовать пусть такой метою имеет – всегда быть кротку сердцем. Так св. Исидор говорит: "Недовольно для добродетели подвизаться, но надлежит в подвизании соблюдать и должную мерность (или соразмерять согласовать одни подвиги или делания с другими). Ибо если, например, проходя подвиг кротости, мы пресекаем его какими-либо возмутительными движениями, то это будет значить ничто другое, как – что мы спасение улучить желаем, делать же, что к сему благопотребно, не хотим". – Но

    – 395 –



    еще прежде сего святого божественнейший Давид изрек: наставит кроткие на суд, научит кроткие путем своим (Пс. 24, 9). И Сирах: кротким открываются тайны (Сир. 3, 19). И сладчайший Иисус: научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем, и обрящете покой душам вашим (Мф. 11, 29). Еще: на кого воззрю, токмо на кроткого и молчаливого и трепещущего словес Моих (Ис. 66, 2). Также: блажени кротции, яко тии наследят землю (Мф. 5, 5), – или сердце, приносящее благодатью Божией плод – сам тридцать, сам шестьдесят, сам сот, соответственно чину новоначальных, средних и совершенных, – никогда ничем не смущая и не смущаясь, если где не о благочестии идет дело.

    78) Как преуспеть в кротости; и о трех силах души – раздражительной, желательной и разумной.

    В безгневии и кротости легко преуспеешь, если будешь все отклонять от себя, и душу подвигать к любви, больше молчать, умеренно насыщаться пищей, и всегда молиться, как сказали отцы: "раздражительную часть души обуздай любовью, желательную воздержанием увяд, разумную молитвою окрыли: и свет ума никогда не помрачится в тебе". Еще: "гневу узда – благовременное молчание; пожеланиям неразумным – умеренная еда; неудержимости помыслов – единомысленная молитва". И еще: "есть три добродетели, кои завсегда свет доставляют уму: ни в ком не видеть злонамеренности; претерпевать все находящее без смущения, и благотворить злотворящим. Эти три добродетели рождают другие три, большие их: невидение злонамеренности рождает любовь; несмущенное перенесение находящего порождает кротость; благотворение злотворящим стяжавает мир". – И опять: "Три есть главнейших нравственных состояний у монахов: первое – ни в чем не погрешать делом; второе – не давать замедлять в душе страстным помыслам; третье – бесстрастно смотреть в уме на лица жен и обидевших".

    – 396 –



    79) Надобно скорее каяться в случае падений каких-либо, и тем мудро укреплять себя против будущих искушений.

    Если случится тебе когда-либо возмутиться, или иной раз допустить какое-либо поползновение, и погрешить против чего подобающего; то тотчас надобно поправить это дело, и другой ли кто тебя опечалил, или ты другого кого, поскорее умиротвориться; а для сего от души каяться, плакать и слезы лить, себя самого осуждая во всем; и таким образом укрепив себя на будущее время, внимать себе потом разумно. – Так учит Господь Иисус, говоря: аще принесеши дар твой ко алтарю, и ту помянеши, яко брат твой имать нечто на тя: остави ту дар твой пред алтарем, и шед прежде смирися с братом твоим, и тогда пришед принеси дар твой (Мф. 5, 23. 24). – И Апостол: всякая горесть, и гнев, и ярость, и клич, и хула, да возмется от вас, со всякой злобою. Бывайте же друг ко другу блази, милосерди, прощающе друг другу, яко же и Бог во Христе простил есть вам (Еф. 4, 31. 32). – Еще: гневайтеся и не согрешайте: солнце да не зайдет во гневе вашем (Еф. 4, 26). И еще: – не отмщайте за себя, но дадите место гневу, также: не побежден бывай от зла, но побеждай благим злое (Рим. 12, 19. 21). – Так говорится о примирении друг с другом.

    80) О поскользновении и покаянии.

    О поскользновении св. Исаак говорит: "не тогда будем печалиться, когда поскользнемся в чем-либо, но когда закосневаем в том же; потому что поскользновение бывает часто и с совершенными, а закосневать в том же есть совершенное умертвие. Печаль же, какую чувствуем о своих поскользновениях, вместочистого делания вменяется нам по благодати. Кто, в надежде на покаяние, поскользнется вторично, тот лукаво поступает с Богом. Неведомо нападает на такого смерть, и не оставляет ему времени, чтоб, как

    – 397 –



    надеялся он, покаяться и исполнить дела добродетели" (Сл. 90, стр. 611). – Еще: "ежечасно надлежит нам знать, что в сии двадцать четыре часа дня и ночи мы имеем нужду в покаянии. Значение же слова – покаяние, как дознали мы из действительного свойства вещей, таково: оно есть с исполненной сокрушения молитвою приближающееся к Богу неослабное прошение об оставлении прошедшего, и болезнование о хранении будущего" (Сл. 47, стр. 292). – И еще: "Благодать на благодать людям по крещении дано покаяние; ибо покаяние есть второе рождение от Бога. И то дарование, которого залог прияли мы от веры, приемлем покаянием. Покаяние есть дверь милости, отверстая усильно ищущим ее; сею дверью входим к божественной милости, и кроме сего входа не обретем милости; вси бо, по слову Божественного Писания, согрешиша, оправдаеми туне благодатью Его (Рим. 3, 23. 24). Покаяние есть вторая благодать, и рождается в сердце от веры и страха; страх же есть отеческий жезл, управляющий нами, пока достигнем в духовный рай; а когда достигнем, тогда оставит он нас и возвратится. – Рай есть любовь Божия, в которой наслаждение всеми блаженствами" (Сл. 83, стр. 568). – Опять: "Как невозможно переплыть большое море без корабля и ладии; так никто не может без страха достигнуть любви. Смрадное море между нами и мысленным раем можем перейти только на ладье покаяния, на которой есть гребцы страха. Если же сии гребцы страха не правят кораблем покаяния, на котором по морю мира сего переходим к Богу, то утопаем в сем смрадном море" (Сл. 83, стр. 570).

    81) О покаянии, страхе, любви, плаче, слезах и самоукорении.

    (Продолжаются слова св. Исаака). "Покаяние есть корабль, а страх – его кормчий, любовь же – божественная пристань. Страх посаждает нас на корабль покаяния, перевозит чрез смрадное море житейское, и вводит в божественную пристань, которая есть любовь. К сей пристани приходят все, труждающиеся и обремененные покаянием. И когда достигнем любви,

    – 398 –



    тогда достигли мы Бога, и путь наш кончен, и пришли мы к острову тамошнего мира, где Отец, Сын и Дух святой" (Сл. 83, стр. 571).

    О печали же по Боге так говорит Спаситель: блажени плачущии, яко тии утешатся (Мф. 5, 4). Еще о слезах пишет тот же преподобный Исаак: "слезы во время молитвы – признак Божией милости, которой сподобилась душа в своем покаянии, – признак того, что молитва принята, и слезами начала входить в поле чистоты. Ибо если не будут отъяты в людях помыслы о преходящем, и не отринут они от себя мирской надежды, и не возбудится в них пренебрежение к миру, и не начнут они уготовлять доброго напутствия к исходу своему, не начнут в душе восставлять помыслы о том, что будет там: то глаза не могут проливать слез; потому что слезы суть следствие чистого и непарительного богомыслия, многих частых и неуклонно пребывающих помыслов, памятования о чем-то тонком, совершающемся в уме, и памятованием сим приводящем сердце в печаль, от чего слезы умножаются и наиболее увеличиваются" (Сл. 30, стр. 202). И св. Лествичник: "как огонь пожигает тростие, так чистые слезы – всякую видимую и мысленную скверну" (Сл. 7, 31). Еще: "Постараемся приобрести чистые и нелестные слезы, которые рождаются от размышления об отшествии нашем в вечность: ибо в таковых нет ни окрадения, ни возношения; но паче очищение, преуспеяние в любви к Богу, смытие греха, и бесстрастие" (там же – 33). И еще: "не верь своим источникам слез, прежде совершенного очищения от страстей, ибо то вино еще не надежно, которое только что вышло из точила" (– – 35). И еще: "Слезы, которые происходят от страха, сохраняют сами себя сим же страхом; но те, которые рождаются от любви, в некоторых людях легко бывают окрадаемы, разве только великий оный и приснопамятный огнь возжжет сердце во время действия. И поистине удивительно, как меньшее*) бывает в свое время тверже большего" (гл. 66).

    _______________

    *) Т. е. слезы от страха – слез от любви.

    – 399 –



    О самоукорении говорит Антоний Великий: "великий подвиг для человека – раскаяние во грехах своих пред Богом и ожидание искушений до последнего издыхания" (Дост. ск. пункт 4). – И другой отец святой, будучи вопрошен: что особенно нашел ты, отче, на пути сем? сказал в ответ: "то, чтоб себя самого во всем укорять"; что и вопросивший похвалил, сказав: "другого пути нет кроме сего". – И Авва Пимен сказал со стенанием: "все добродетели вошли в мир сей. Возьми одну добродетель, – и без нее с трудом устоит человек. Спросили его: какая это добродетель? – И он сказал: та, чтоб человек всегда укорял себя самого" *). – Он же сказал еще: "Кто укоряет себя, тот, чтоб ни случилось с ним, потеря ли какая, или бесчестие, или скорбь, никогда не смутится, потому что наперед считает себя всего того достойным" **).

    82) О внимании, и о том, что с мудрою осторожностью должно твердо держаться на своем пути.

    Равным образом о внимании и осмотрительной твердости, пишет божественный Павел: блюдите, како опасно ходите: не якоже не мудри, но якоже премудри, искупующе время, яко дние лукави суть (Еф. 5, 15. 16). – И св. Исаак: "о как, дивна ты премудрость, как издалека все предусматриваешь? Блажен, кто обрел тебя: ибо таковой освободился от юношеской небрежности. Кто за малую цену, или плату, покупает себе врачество великих страстей, тот добре творит. То и любомудрие, чтоб в малых и малейших делах всегда быть бодренно внимательну. Такой сокровиществует себе великий покой; и не спит, чтоб не случилось с ним что противное,

    _______________

    *) В достоп. сказ. есть подобное сему сказание: "Авва Пимен говорил со вздохом: все добродетели вошли в дом сей, кроме одной, без которой едва ли устоит человек. – Какая же это добродетель? спросили его. – Самоосуждение, отвечал старец (134 изр.).

    **) В дост. сказ. похоже на это 95 изречение: "Если человек во всем будет винить самого себя, то везде устоит".

    – 400 –



    но заблаговременно пресекает причины к тому, и в малейших вещах переносит малую печаль, предотвращая тем великую". – И далее: почему Премудрый и говорит: "трезвенствуй и бодрствуй над жизнью своею; ибо сон ума – родня истинной смерти и есть образ ея". А богоносный Василий говорит: "кто в малом своем небрежен, не верь, чтоб тот был рачителен и в большом" (Сл. 75, стр. 543-4).

    83) О том, что безмолвствующему надо быть рачительну о всем сказанном, паче же всего, быть тиху и кротку, и всячески стараться чисто призывать Господа Иисуса Христа внутрь сердца.

    По сей же причине и о всем сказанном имей усердное попечение, наипаче же о том, чтоб быть тиху и кротку, и с чистою совестью в глубине сердца призывать Господа Иисуса Христа, как мы сказали. Ибо таким образом, простираясь путем в предняя, будешь иметь божественную благодать упокоеваемой душой твоею. Св. Лествичник говорит: "никто из тех, кои подвержены раздражительности и возношению, лицемерию и памятозлобию, да не дерзнет когда-либо увидеть и след безмолвия, чтобы ему не впасть в исступление ума. Если же кто чист от сих страстей, тот наконец познает сам, что полезно. Думаю, впрочем, что и он сам не познает того" (Сл. 27, 36). – И не только благодать будешь ты иметь упокоеваемой душой твоею, но и душу свою успокоившуюся от всего, что прежде смущало и тяготило ее, – от бесов и от страстей. Ибо хотя они опять будут докучать, но без последствий; потому что душа уже не переходит на их сторону, и не вожделевает сласти, которая от них.

    84) О добром и восторженном Боголюблении, и о божественной красоте.

    Все вожделение такового, вся его сердечная и восторженная любовь, и всецелое расположение устремлено к преестественной красоте божеской, блаженнейшей, которая названа отцами верховнейшим из желаемых предметов.

    – 401 –



    Так Василий Великий говорит: "когда благочестивая любовь (т.е. любовь к Богу) обымет душу, тогда всякой вид брани (или сманывание к другому чему) для нее посмеяния достоин, и все муки за вожделенного Господа более услаждают еге, чем уязвляют". И еще: "Что предивнее божественной красоты? Какое помышление радостнейше паче мысли о Божеском благолепии? Какое вожделение души так сильно и неутолимо, как то, которое от Бога внедряется в очищенную от всякого зла душу, которая тогда искренно из глубины своей взывает: уязвлена есмь любовью аз (Пес. Пес. 2, 5)".

    85) О брани, обучительном попущении, и об оставлении по отвращению.

    Подвергается впрочем брани и таковой, по обучительному попущению, а не по причине оставления по отвращению. – Для чего же? – Для того, чтоб превознесся ум его, по причине обретенного им блага; но будучи борим и чрез то обучаем, всегда держал смирение, коим одним всегда может он не только побеждать в гордости нападающих на него, но и больших даров сподобляться, преуспевая, сколько то доступно человеческому естеству, и при всем том, что неизбежными узами и тяготою плоти связан и держим есть, простираться в предняя к совершенству о Христе и бесстрастью. О сем так говорит св. Диадох: "Сам Господь говорит, что сатана спал с неба (Лк. 10, 18), чтоб не видел безобразный сей обиталищ святых Ангелов: как же он, не удостоиваемый общения с добрыми служителями Божиими, может иметь общим с Богом обиталищем ум человеческий? Если и скажут, что это бывает по попущению; то этим не представят ничего доказательного. Ибо попущение обучительное никак не лишает душу божественного света, бывает же при сем только то, что благодать, как я уже говорил, скрывает от ума свое присутствие, чтоб горечью бесовской подвигнуть душу со всем страхом и с великим смирением взыскать помощи от Бога, испытывая в себе злое действие

    – 402 –



    ума. Так мать дитя свое, бесчинствующее по причине нехотения подчиниться уставам млекопитания, на короткое время спускает из объятий своих, чтоб оно, убоявшись окружающих его безобразных чужих людей, или зверей каких-либо, в страхе великом и в слезах, в матерния опять потянулось возвратиться объятия. По отвращению же Божию бывающее, попущение душу, не хотящую иметь Бога в себе, предает бесам, как бы связанной. Но мы – неподметные чада, но, как веруем, истинные есмы детища Божией благодати, редкими попущениями и частыми утешениями ею млекопитаемые, да, под действием таковой ее к нам благостыни, доспеем придти в мужа совершенна, в меру возраста исполнения Христова (Еф. 4, 13)" (гл. 86). – И в след за сим продолжает: "Попущение обучительное сначала поражает душу великой скорбью, чувством унижения и некоторою мерою безнадежия, чтоб подавить в ней тщеславие и желание изумлять собою, и привести ее в подобающее смирение. Но тотчас потом наводит оно в сердце умиленный страх Божий и слезную исповедь, и великое желание добрейшего молчания. А оставление, по отвращению Божию бывающее, оставляет душу самой себе, и она исполняется отчаянием и неверием, надмением и гневом. Надлежит убо нам, зная то и другое – попущение и оставление, во время их приступать к Богу, сообразно с свойствами каждого из них: там благодарение и обеты должны мы приносить Богу, яко милостиво наказующему необузданность нашего нрава лишением утешения, чтоб отечески научить нас здраво различать доброе от худого; а здесь непрестанное исповедание грехов, непрерывные слезы и большое уединение, да, хотя таким приложением трудов, возможем умолить и преклонить Бога призреть, как прежде, на сердца наши. Ведать впрочем надлежит, что когда, при обучительном попущении, бывает у души с сатаной борьба в схватке лицом к лицу, тогда благодать, хотя скрывает себя, но неведомым помоганием содействует душе, чтоб показать врагам ее, что победа над ними есть дело одной души" (гл. 87). И св.

    – 403 –



    Исаак: "Умудриться человеку в духовных бранях, познать своего Промыслителя, ощутить Бога своего и сокровенно утвердиться в вере в Него невозможно иначе, как только по силе воздержанного им испытания. Благодать, как только усмотрит, что в помысле человека начало появляться несколько сомнения, и стал он высоко о себе думать, тотчас попускает, чтоб усилились и укрепились против него искушения, пока не познает свою немощь, не побежит и не емлется во смирении за Бога. Сим приходит человек в меру мужа, совершенного верою и упованием на Сына Божия и возвышается до любви. Ибо чудная любовь Божия к человеку познается, когда бывает он в обстоятельствах, разрушающих надежду его. Здесь Бог силу свою показует во спасении его. Ибо никогда человек не познает силы Божией в покое и свободе, и нигде Бог не являл ощутительно действенности Своей, как только в стране безмолвия и в пустыне, в местах лишенных сходбищ и молвы, бывающих в обитании с людьми" (Сл. 49, стр. 318-19).  

    86) О бесстрастии, – и о том, что есть человеческое бесстрастие.

    К сказанному надлежит приложить здесь отчасти слово о бесстрастии и совершенстве; потом еще немного, – и кончить настоящее наше писание. – О бесстрастии св. Василий Великий говорит: "Кто сделался любителем Бога и возжелал, хотя малейшее, причаститься Его бесстрастия, духовной святости, тихости, невозмутимости и кротости, и вкусить порождаемого сим веселия и радования, тот старается далеко отводить помыслы свои от всякой вещественной страсти, могущей возмутить душу, и чистым и не затененным оком обозревать божественные вещи, ненасытно наслаждаясь тамошним светом. Установив же душу в таком навыке и в таком устроении, своим Богу становится, по возможному уподоблению Ему, и бывает Ему любезен и вожделеннейш, как мужественно подъявший такой великий и трудный подвиг, и возмогший, из среды своего с веществом растворения, чистою и некако

    – 404 –



    отторженною от всякого примешения телесных страстей мыслью, беседовать с Богом". – Это – о бесстрастии.

    А о том, что есть человеческое бесстрастие, св. Исаак пишет так: "Бесстарстие не в том состоит, чтоб не ощущать страстей, но в том, чтоб не принимать их. Вследствие многих и различных добродетелей, явных и сокровенных, приобретенных святыми, страсти изнемогли в них, и нелегко могут восстать на душу: и мысль не имеет нужды непрестанно быть в рассуждении их внимательной; потому что во всякое время исполнена в помышлениях своих изучением и исследованием превосходнейших созерцаний, сознательно движимых в уме. И когда страсти начнут приходить в движение и возмущаться, мысль внезапно вземлется от близости к ним сознанием чего-либо горнего, приникшего в ум, и страсти остаются без воздействия на него, как сказал блаженный Марк: "ум, по благодати Божией, исполняя добродетельные деяния, и приблизившись к ведению, мало ощущает того, что исходит из худшей и неразумной части души. Ибо ведение его восхищает его на высоту и отчуждает от всего, что в мире. У святых, по их непорочности, по тонкости, легкости и остроте ума их, а также по их подвигам очищается ум их и делается светозарным, так как плоть их иссохла от упражнения делами безмолвия и долгого в нем пребывания. Сего ради легко и скоро прилагается каждому созерцание, которое, пребывая в них, руководит их к углублению в созерцаемое, с изумлением. В таком состоянии богатно множатся в них созерцания и мысль их никогда не бывает скудна предметами высшего разумения. Таким образом никогда не остаются они без того, что составляет в них плод Духа. Долговременным же в сем роде навыком изглаждаются в сердце их воспоминания, которыми возбуждаются в душе страсти, и ослабляется сила дьявольской власти. Ибо когда душа не сдружится со страстями, помышлением о них: тогда, поелику непрестанно занята она

    – 405 –



    иною заботою, сила страстей не может в когтях своих удержать духовных чувств ее" (Сл. 48, стр. 305-6).

    И блаженный Диадох: "Бесстрастие есть не то, чтоб не быть бориму от бесов, ибо в таком случае надлежало бы нам, по Апостолу, изыти из мира (1 Кор. 5, 10); но то, чтоб, когда они борют нас, пребывать непреоборимыми: подобно тому, как в латы облеченные воители и стрелянию противников подвергаются, и слышат звук от летящих стрел, и видят даже самые стрелы, на них испускаемые, не уязвляемы однако же бывают ими, по причине твердости воинской одежды своей. Но эти, железом будучи ограждены, не подвергаются уязвлению во время брани, мы же, посредством делания добрых дел, облекшись во всеоружие святого света, и в шлем спасения, будем рассеивать темные демонские фаланги; ибо не одно то приносит чистоту, чтоб не делать более зла, но паче то, чтоб всеусильной ревностью о добре в конец потребить в себе злое" (гл. 98).

    Святой Максим указывает четыре вида бесстрастия, говоря так: "Первым бесстрастием называю я то, когда телесное ко греху движение не производится в дело. Вторым бесстрастие называю я совершенное отвержение страстных помыслов душевных, в силу коего увядает движение страстей, не имея воспламеняющих его к действенности страстных помыслов. Третьим бесстрастием называю я совершенную неподвижность страстного похотения, которое обыкновенно и во втором имеет место, состоящем в чистоте помыслов. Четвертым бесстрастием называю я совершенное отложение страстных в мысли мечтаний, по коему и третье получает свое бытие, не имея чувственных мечтаний, кои представляли бы страстные виды". – Еще: "Бесстрастие есть мирное устроение души, по коему она бывает неудободвижима на зло".

    87) О бесстрастии и совершенстве.

    Вот и слова св. Ефрема, который о бесстрастии и совершенстве говорит так: "бесстрастные, ненасытно простираясь

    – 406 –



    к верховному вожделенному благу, делают некончимым или несовершенным совершенство, потому что вечные блага конца не имеют: кончимо или совершенно оно. судя по мере силы человеческой, а некончимо и несовершенно, как всегда превосходящее само себя каждодневными приложениями, и возвышающееся непрестанно восхождениями к Богу". – Подобное сему говорит о совершенстве и св. Нил: "два совершенства надо принимать: одно временное, а другое вечное, о коем пишет Апостол: егда же придет совершенное, тогда еже отчасти упразднится (1 Кор. 13, 10). Слова: егда придет совершенное, показывают, что здесь не можем мы вместить божественного совершенства". Еще: "два совершенства ведает божественный Павел, – и одного и того же человека признает и совершенным и несовершенным, – в отношении к настоящей жизни называя его совершенным, а в отношении к истинному свойственному ему совершенству – несовершенным. Почему говорит: не зане уже достигох или уже совершихся: гоню же аще и постигну: а немного ниже говорит: елицы убо совершенни, сие да мудрствуим (Филип. 3, 12. 15).

    88) О страстности, сладострастии, пристрастии и бесстрастии.

    Св. Илия екдик говорит: "материя злая или греховная – тела есть страстность, души – сладострастие, ума – пристрастие. Обличаются же или обнаруживаются они – первое осязанием, другие (сладострастие и пристрастие) другими чувствами. Противоположное же всем им (т.е. бесстрастие) противоположным расположением". Еще: "сладострастный близ есть страстного, пристрастный – сладострастного. далеко же от обоих их – бесстрастный" (гл. 71, 72).

    89) Кто страстен, сладострастен, пристрастен и бесстрастен; и о врачевании каждого из них.

    О сем тот же преподобный говорит: "страстен тот, у кого влечение ко греху сильнее помысла, хотя он не грешит еще внешне; сладострастен тот, у кого действо

    – 407 –



    греховное (желание сделать грех) слабее помысла, хотя он страстно услаждается им внутри; пристрастен тот, кто свободно, или лучше раболепно привязан к тому и другому. бесстрастным был бы тот, кому неизвестны такие разные движения и состояния (кто не испытывает их)". – Равно и способы врачевания их он же ясно указывает, говоря: "страстность изгоняется из души постом и молитвою, сладострастие – бдением и молчанием, пристрастие – безмолвием (уединением) и вниманием; бесстрастие же установляется памятованием о Боге (гл. 72, 73).  

    90) О вере, надежде и любви.

    Поелику всех благ, или нравственных доброт начало, средина и конец, если хочешь, и хороводитель и главарь – вера, надежда и любовь, потому что Бог любы есть и именуется (1 Ин. 4, 8): то неправедно не восполнить ими, что еще недостает в настоящем сочинении; тем паче, что по св. Исааку: "завершение плодов Святого Духа тогда бывает, когда что сподобляется совершенной любви" (Сл. 21, стр. 154). Давай же и о ней не много помянем словами отцов святых. Так св. Лествичник пишет: "ныне же, скажем после всего сказанного, пребывают три сия, все теснейшим союзом связующие и держащие в нем, вера, надежда и любы, больше же всех любы: ибо ею именуется Бог (1 Кор. 13, 13; 1 Иоан. 4, 8). По моему разумению, первая из них есть луч, вторая – свет, а третья – круг; все же они одно суть сияние и один блеск. Первая все может творить и устроять; вторую милость Божия окружает, и делает непостыдной; третья никогда не падает, не перестает тещи, и уязвленному ею не дает почить от блаженного упоения" – (Сл. 30, 1-3). И еще: "Слово о любви знаемо Ангелам; но и тем по действу осияния. Бог любы есть, и кто хочет изречь, каков предел ее, тот, слеп будучи, покушается исчесть песок в бездне морской. Любовь, по качеству своему, есть уподобление Богу, сколько оно доступно для

    – 408 –



    смертных; по действу – опьянение души; по свойству – источник веры, бездна долготерпения, море смирения. Любовь истинно есть отложение всякого противного помышления: ибо любы не мыслит зла (1 Кор. 13, 5). Любовь, бесстрастие и сыноположение одними именами различаются. Как свет, огнь и пламя в одном действии сходятся: так разумей ты мне и об этих" (там же, гл. 5-9).

    И св. Диадох: "Духовным созерцанием, братие, да предводительствуют вера, надежда и любовь, и наипаче любовь; ибо те (вера и надежда) научают только презирать видимые блага, а любовь самую душу добродетелями сочетает с Богом, умным чувством постигая Невидимого" (гл. 7). И еще: "Иная есть любовь души естественная, а другая Духом Святым изливается в нее. Та, когда хотим, от нашего хотения соразмерно движется, почему и от злых духов удобно расхищается, когда нужно не держим в ней своего произволения. А эта так пламенит душу любовью к Богу, что все части души прилепляются к неизреченной сладости Божественного возлюбления в безмерной некоей простоте расположения; ибо тогда ум, как бы чреват бывая от духовного благодатного действа, источает обильный поток любви и радования" (гл. 34).

    И св. Исаак: "Любовь, возбуждаемая чем-либо совне, есть как малый светильник, питаемый елеем, которым и поддерживается свет его, или как наводняемый дождем поток, которого движение прекращается с оскудением составляющей его дождевой воды. Но любовь, которая имеет виновником Бога, есть то же, что бьющий из земли источник; потоки ее никогда не прерываются: ибо Он сам есть источник сей любви и неоскудевающая пища ея" (Сл. 30, стр. 199). Еще будучи вопрошен: "в чем завершение многих плодов Духа", – сказал он в ответ: "в том, когда сподобится кто совершенной любви". – Когда за сим последовал вопрос: "почему узнать, что достиг ее кто-нибудь?" – ответил: "Когда памятование о Боге возбудилось в уме его, тогда сердце его

    – 409 –



    немедленно возбуждается любовью к Богу, и очи его обильно изводят слезы. Ибо любви обычно воспоминанием о любимых возбуждать слезы, и кто таков, у того никогда не оскудевают слезы; потому что никогда не прекращается в нем то, что влечет его к памятованию о Боге. Почему и во сне он беседует с Богом; ибо любви свойственно производить это, и она есть совершенство людей в настоящей жизни" (Сл. 21, стр. 154, 5). И еще: "Любовь к Богу естественно горяча, и когда нападет на кого без меры, делает душу ту исступленной. Почему сердце ощутившего ее не может вместить ее и стерпеть, но по мере качества (своего) и нашедшей на него любви, видится в нем изменение необычное. И вот каковы знамения ее чувственные: лице человека делается огненным и радостным, и тело его согревается. Отступают от него стыд и страх, и бывает как бы исступленным; сила, собирающая ум, бежит из него, и бывает он как бы изумлен. Страшную смерть почитает радостью, и созерцание ума его никогда не испытывает пресечения какого-либо в помышлении о небесном. И отсутствуя, как присутствующий беседует он, не зримый никем. Видение и зрение его естественно переходит, и чувственно не ощущает он движения своего, коим движется между вещами. Ибо хотя он и делает что, но совершенно того не чувствует, так как ум его высится в созерцании, и мысль его всегда как бы беседует с кем другим. Сим духовным упоением упоевались некогда Апостолы и мученики; и одни весь мир обошли, трудясь и терпя поношение, а другие, будучи рассекаемы на уды, пролили кровь свою, как воду, и претерпевая ужаснейшие страдания, не впадали в малодушие, но доблестно все переносили, и будучи премудры, почитаемы были неразумными. Иные же скитались в пустынях, в горах, в вертепах, в пропастях земных, в нестроениях благоустроенными пребывая. Такого нестроения да сподобит нас достигнуть Бог" (Сл. 73, стр. 528-9).

    – 410 –



     

    91) О святом причащении, и о том, скольких благ бывает для нас виновно частое с чистою совестью сие причащение.

    Ничто столько не содействует и не способствует нам к очищению души, к просвещению ума и к освящению тела, и обеих их божественнейшему изменению, еще же и к отражению страстей и бесов, свойственнейше же сказать. к преестественному с Богом единению и божественному сочетанию и срастворению, как частое, с чистым сердцем и расположением, сколько то возможно человеку, причащение Святых, пречистых, бессмертных и животворящих тайн, – самого, говорим, честного тела и крови Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа. Почему необходимо и об этом особенно поговорить, и затем положить конец нашему писанию.

    Об этом, – о том т.е., что причащение Святых Христовых тайн крайне необходимо, – не только явно говорят отцы, но и сама Жизнь и сама Истина яснейшими словами возвещает, ибо говорит: Аз есмь хлеб животный. Сей есть хлеб сходяй с небесе, да аще кто от него яст, не умрет. Аз есмь хлеб животный, иже сшедый с небесе: аще кто снесть от хлеба сего, жив будет вовеки. И хлеб, его же Аз дам, плоть Моя есть, юже Аз дам за живот мира (Иоан. 6, 48. 50. 51). Еще: аще не снесте плоти Сына человеческого, не пиете крове Его, живота не имати в себе. Ядый Мою плоть, и пияй мой кровь, имать живот вечный. Плоть бо Моя есть истинно брашно, и кровь Моя истинно есть пиво. Ядый Мою плоть и пияй Мою кровь, во Мне пребывает и Аз в нем. Якоже посла Мя живый Отец, и Аз живу Отца ради: и ядый Мя, и той жив будет Мене ради. Сей есть хлеб сшедый с небесе. Ядый хлеб сей, жив будет вовеки (Иоан. 6, 53-58). И св. Павел говорит: Братие, аз приях от Господа, еже и предах вам, яко Господь Иисус в нощь, в нюже предан бываше, прием хлеб, и благодарив, преломи, и рече: примите, ядите: сие есть тело Мое, еже за вы ломимое: сие творите в Мое воспоминание. Такожде и чашу, по

    – 411 –



    вечери, глаголя: сия чаша, новый завет есть в Моей крови: сие творите, елижды аще пиете, в Мое воспоминание. Елижды бо аще ясте хлеб сей, и чашу сию пиете, смерть Господню возвещаете, дондеже придет. Темже иже аще яст хлеб сей, или пиет чашу Господню недостойне, повинен будет телу и крови Господни. Да искушает же человек себе, и тако от хлеба да яст, и от чаши да пиет: ядый бо и пияй недостойне, суд себе яст и пиет, не рассуждая тела Господня. Сего ради в вас мнози немощни и недужливы, и усыпают доволни. Аще бо быхом себе рассуждали, не быхом осуждени были: судими же, от Господа наказуемся, да не с миром осудимся
    (1 Кор. 11, 23-32).

    92) Необходимо знать чудо Святых тайн, что они суть, для чего даны, и какая от них польза.

    Пишет св. Златоуст: "нужно знать чудо сих тайн – в чем оно состоит, для чего дано, и какая от него польза. Едино тело, сказано, мы бываем и уди от плоти Его и от костей Его (Еф. 4, 4). Да внимают сим словам посвященные! – Итак, чтоб не любовью только, но и самым делом быть нам членами плоти Христовой. будем соединяться с сею плотью. А это бывает чрез пищу, которую Христос даровал, чтоб выразить Свою великую любовь к нам. Для этого Он смесил Самого себя с нами и растворил тело Свое с нами, чтоб мы составили нечто единое, как тело, соединенное с главою. И это есть знак самой сильной любви. На это указывал и Иов, когда говорил о своих домочадцах, которые так сильно любили его, что желали срастись с его плотью: кто убо дал бы нам от плотей его насытиться? (Иов. 31, 31). Так говорили они, желая выразить свою великую любовь к нему. С этою же целью так поступил и Христос: чтоб ввести нас в большее содружество с Собою, и показать любовь Свою к нам. Он дал желающим не только видеть Его, но и осязать, и вкушать, и касаться зубами плоти Его, и соединяться с Ним, и насыщать им всякое желание" (Беседа на Иоан. 46, стр. 551 – 2, ч. 1-я). Еще: "приобщающиеся

    – 412 –



    этой крови стоят вместе с Ангелами, Архангелами и прочими горними силами, облеченные в царскую одежду Христову и имея оружие духовное. Но этим я не сказал еще ничего великого: они бывают облечены в самого Царя. Но сколько велико и чудно это таинство, столько же верно и то, что, если приступишь к нему с чистотою, приступишь во спасение, если же с совестью лукавою, – в наказание и мучение. Ядый бо, сказано, и пияй Господа недостойне, суд себе яст и пиет (1 Кор. 11, 29). Если и оскверняющие Царскую порфиру наказываются одинаково с раздирающими ее: то что удивительного, если приемлющие тело Христово с нечистою душой подвергнутся тому же наказанию, какому и те, которые истерзали его гвоздями. Смотри, на какое страшное наказание указывает Павел в словах: отверглся кто закона Моисеева, без милосердия при двоих и трех свидетелех умирает. Колико мните горшие сподобится муки, иже Сына Божия поправый и кровь заветную скверну возмнив, еюже освятися (Евр. 10, 28. 29)" (Там же, стр. 555-6). И еще: "Причащаясь тела Господа и пия кровь Его, будем твердо помнить, что мы приобщаемся того тела, которое воссидит горе и которому поклоняются Ангелы, которое находится близ нетленной силы, – сие именно тело мы вкушаем. О, сколько открыто нам путей ко спасению! Он сделал нас Своим телом, дал нам Свое тело, и все это не отвлекает нас от зла?! О, омрачение! О, бесчувствие!" (Беседа на посл. к Ефес. 3-я, стр. 47). – И опять: "Дивный некий старец поведал мне, что он сподобился увидеть и услышать нечто такое, – что если имеющие преселиться отсюда причастятся Святых тайн с чистою совестью, то когда умрут, Ангелы, ради сего причащения, доринося возносят их отсюда".

    И Божественный Иоанн Дамаскин (о вере прав. кн. 4, гл 13): "Поелику мы двояки и двусоставны, то надлежит и рождению у нас быть двоякому, и ястью сложну. Рождение дается нам водою и Духом, ястие же нам есть хлеб животный, Господь наш Иисус Христос, сшедший с небес". – Еще –

    – 413 –



    гораздо ниже: "И как в крещении, поелику обычно людям мыться водою и мазаться елеем, сочетал Он с елеем и водою благодать Духа, и сделал то банею пакибытия: так и, поелику обычно нам ясти хлеб и пить воду и вино, сочетал Он с ними свое Божество, и сделал их Своим телом и Своею кровью, дабы чрез то, что обычно и что по естеству бывает, бывать нам в состоянии, которое выше естества. Тело воистину соединено с Божеством, – то тело, которое от Святые Девы, не потому что само тело, вознесшееся на небеса, сходит, но потому что самые хлеб и вино претворяются в тело и кровь Господа Бога. Если желаешь знать, как это бывает, то довольно тебе услышать: Духом Святым, как от Святые Девы Духом Святым Сам Себе и в Самом Себе Господь плоть составил. Больше этого мы ничего не знаем, но только то, что Слово Божие истинно есть, действенно и всемогуще, способ же: как – не исследим". – И еще немного спустя: "С верою достойно причащающимся бывает Св. Причастие во оставление грехов и в жизнь вечную, и в охранение души и тела, кои без веры недостойно причащаются, в осуждение – и мучение, как и смерть Господня. – И не есть хлеб и вино только образ тела и крови Христовой. Да не будет! – Но самое тело Христово обоженное и самая кровь. Ибо Он говорит: плоть Моя истинно есть брашно, и кровь Моя истинно есть пиво". Еще пониже: "Тело и кровь Христовы служат к укреплению нашей души и тела. но не истощаются и тлению не подвергаются, а бывают нам в охрану и очищение от всякой скверны. – Им будучи очищаемы, соединяемся мы с телом Христовым и Духом Его, – и бываем тело Христово. Хлеб сей есть начаток будущего хлеба, который есть насущный. Ибо насущный или на будущий хлеб указывает, т.е. на хлеб будущего века, или на тот, который мы теперь принимаем к сохранению нашего существа. Ибо плоть Господня есть Дух животворящий, потому что от животворящего Духа зачалось; рожденное же от Духа Дух есть. Говорю же это я, не отрицая естество тела, но желая показать

    – 414 –



    его животворящность и божественность". – И еще в самом конце сей главы: "Сии (тело и кровь в таинстве) называются вместообразными будущих некако не сущие истинно тело и кровь Христовы, но потому что ныне чрез них мы причащаемся Христова Божества, тогда же мысленно чрез одно созерцание Его".

    И божественный Макарий: "как вино по всем членам пьющего расходится, и бывает вино в нем и он в вине: так и пьющий кровь Христову Духом Божества напояется, который по всей душе расходится, и душа бывает вся в Нем, и освятившись таким образом делается достойной Христа Господа. Ибо Апостол говорит: вси единем Духом напоихомся (1 Кор. 12, 13). Также и истинно причащающиеся хлеба в Евхаристии сподобляются причастниками быть Духа Святого, и так достойные души вовеки могут живы быть. И как для тела жизнь не из него самого есть, но из вне его есть, т.е. от земли, так и душе благоволил Бог не из собственного его естества, но из своего Божества, из Духа Своего и света иметь брашно, питие, одеяние, кои суть истинный живот души. Ибо Божественное естество имеет и Хлеб жизни, рекший: Аз есмь хлеб животный (Иоан. 6, 48) и воду живую, и вино веселящее, и елей радования".

    И св. Исидор: "Приобщением называется причастие Божественных тайн, потому что оно подает нам соединение со Христом и делает нас общниками царствия Его". – И св. Нил: "Невозможно иначе спасться верному, и оставление прегрешений получить и царствия небесного сподобиться, если со страхом, верою и любовью не причащается он пречистых тайн Тела и Крови Христовых". – Подобное сему пишет и св. Василий Великий в письме к благородной Кесарии: "Хорошо и преполезно каждый день приобщаться и принимать Святое Тело и Кровь Христову; потому что сам Христос ясно говорит: ядый Мою плоть и пияй Мою кровь, имать живот вечный (Иоан. 6, 54). Ибо кто сомневается, что непрестанно быть причастником жизни не иное что значит, как

    – 415 –



    жить множайше. Мы причащаемся четыре раза каждую седмицу: в день Господень, в среду, в пяток и субботу, также и в иные дни, если бывает память какого святого" (т. 6, писм. 89).

    Думаю, что в эти дни и литургисал святой сей, ибо всякой день не мог, будучи обременен столькими попечениями. И св. Аполлос сказал, что "монахи должны, если могут, приобщаться каждодневно Святых тайн, потому что кто удаляется от Святых тайн, тот удаляется от Бога, а кто постоянно приобщается, тот всегда принимает в себя Спасителя; ибо Сам Спаситель говорит: ядый Мою плоть и пияй Мою кровь во Мне пребывает и Аз в нем (Ин. 6, 56). Итак, сие весьма полезно монахам, потому что чрез сие они постоянно творят воспоминание спасительной страсти Христовой. к тому же при сем каждодневно должно им быть готовыми, и так приготовлять себя, чтоб быть всегда достойными приять Святых тайн, и отпущения грехов сподобиться". (Лавс. стр. 169). В братстве преподобного Аполлоса всегда соблюдался такой порядок жизни (Там же – стр. 167).

    Св. Лествичник говорит: если тело, другому телу прикасаясь, изменяется действием его, то как не измениться тому, кто непорочными руками прикасается телу Божию?" (Сл. 28, 52). – Написано также и в Герондике: "Иоанн Вострский, муж святой и власть имеющий над духами нечистыми, спросил бесов, живших в некоторых отроковицах бесноватых и злодействовавших в них, говоря: каких вещей боитесь вы в христианах? Те ответили: вы воистину имеете три великие вещи: первая та, что носите вы на шее вашей; вторая та, чем омываетесь вы в церкви; третья та, что вкушаете вы в собрании. Когда спросил он их еще: из сих трех, чего больше боитесь вы? они сказали: если б вы добре хранили то, чего причащаетесь, то не кто из нас не возмог бы оскорбить христианина. – Эти вещи, коих боятся наши неистовые враги паче всего, суть: крест, крещение и причащение".

    – 416 –



    93) Конец всех пространно изложенных вещей; и частное увещание просившему о том.

    Се, чадо любезнейшее, исполнено твое прошение, с Божией помощью. Если, может быть, мы не сумели сделать это в точном соответствии твоему желанию и ожиданию; то всяко сделали по силе своей. Но Богу любезно делаемое по силе. Ты же смотри, не до сего только простирай твою любовь к научению и труд по нему, но яви себя и делами любителем научения и ревнителем. Ибо знаменитый брат Божий говорит: "братие мои возлюбленнейшие! бывайте творцы слова, а не точью слышателие, прельщающе себе самех. Зане аще кто есть слышатель слова, а не творец, таковой уподобися мужу, смотряющу лице бытия своего в зеркале: усмотри бо себе и отыде и абие забы, каков бе: приникий же в законе совершен свободы, и пребыв, сей не слышатель забытлив быв, но творец дела, сей блажен в делании своем будет" (Иак. 1, 22-25).

    94) Как должно слушать и принимать духовные словеса отцов.

    Паче же всего надлежит тебе уразуметь, как следует, верно и с подобающим благоговением принимать и выслушивать божественные и духовные законоположения отцов. Ибо св. Макарий говорит: "духовные предметы недосягаемы для не испытавших их. К душе же святой и верной на помощь к постижению их приходит причастие Святого Духа; и тогда небесные сокровища Духа приемлющему их опытом одному бывают яственны, не посвященному же в сие даже и помыслить о том совершенно невозможно. Итак благоговейно слушай о них, пока и ты, веры ради, сподобишься получить то же. Тогда самым опытом душевных очес узнаешь, каких благ и таинств души христиан могут быть причастны еще здесь".

    Находясь в таком состоянии, ты очень скоро соберешь богатый приплод и пользу и от того, что написано и от

    – 417 –



    того, что услышать случится; и соединяя с научением и делание узнанного, преуспеешь до того, что будешь в состоянии и других увещевать и руководить самым опытом к вещам божественнейшим, для многих недоступным. Что и буди тебе, всемощной дланью Господа Иисуса Христа держимому и направляемому! Аминь.

    Поелику пресыщение словом неприятно для слуха, как пресыщение пищей для тела, и вообще умеренность во всем есть наилучшее дело; то надлежит и нам, избегая излишества и лобызая мерность, как наилучшее, потолковав еще немного о нашем предмете и сделав краткое некое оглавление настоящего сочинения, на этом бросить якорь слова нашего.

    95) Возглавление всего (главнейший пункт), – как должно молиться, – и об истинном просвещении и божественной силе.

    Отцы говорят, что желающий разумно трезвенствовать, пусть, сошедши путем дыхания внутрь сердца, непрестанно понуждает себя молиться чисто и непарительно, одним внимая словам молитвы и в них углубляясь, именно: "Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя!" дотоле, пока ум просветится в сердце, как говорит св. Диадох: "которые сие святое и преславное имя непрестанно содержат мысленно во глубине сердца своего, те могут, наконец, увидеть и свет ума своего" (гл. 59). Когда же сие совершится по Божию мановению, тогда с момента сего все остальное течение нашего по Богу жительства, яко во свете ходящие, паче же яко сынами света сущие, незаблудно и непреткновенно пройдем мы, как говорит Сам света податель Иисус: дондеже свет имате, веруйте во свет, да сынове света будете (Иоан. 12, 36); еще: Аз есмь свет миру: ходяй по Мне, не имать ходити во тьме, но имать свет животный (Иоан. 8, 12). И святой Давид так взывает к Господу: во свете Твоем узрим свет (Пс. 35, 10). И божественный Павел: Бог, рекий из тьмы свету воссияти, иже воссия в сердцах наших (2 Кор. 4, 6). Ибо Им, как неугасимым и всесветлым светильником, истинно верные

    – 418 –



    путеводятся и простирают взор свой за пределы чувственного, – и им, яко чистым сердцем, отверзается небесная дверь ко всякому равноангельному и высокому образу жизни и устроению. И таким образом, как из солнечного диска, воссиявает им свет, делающий их способными духовно воссуждать, рассуждать, прозревать, предузревать и подобное. И вообще чрез Него воссиявает Им всякое показание и откровение безвестных тайн; и силою преестественной и божественной исполняются они в Духе Святом, этою же преестественной силою и перст их облегчается, или лучше, плоть их утончается и, как метеор, будто горе воспаряет. Сею, в Духе Святом просветительной силою, некоторые из святых отцов, еще в теле суще, будто невещественные и бестелесные, немокрыми переходили ногами реки непроходимые и моря караблеходные, долгие и многодневные пути в одно мгновение проходили, и много других совершали дивных дел на небе, на земле, в солнце, в море, в пустынях, в городах, во всяком месте и стране, в зверях, в гадах, и вообще во всякой твари и во всех стихиях, – и прославились. Когда стояли они на молитве, святые и честные тела их поднимались от земли, как бы окрыленные; по кончине – оставались нетленными и творили знамения и чудеса; по воскресении же восхищены будут в сретение Господне на воздусе, и тако всегда с Господом будут, как удостоверяет таинник Божий Павел (1 Сол. 4, 17). И святой Макарий: "всякая душа, верою и тщанием о всех добродетелях еще здесь сподобившаясь облещися во Христа в силе и удостоверительно, сподобляется всегда получать существенное ведение небесных тайн, соединена будучи с небесным светом нетленного образа своего. В день же воскресения тело, в силу того же славного небесного образа, спрославится душе и Духом восхищено будет в сретение Господа на воздухе, сделавшись сообразным телу славы Его".

    – 419 –



    96) Другое возглавление.

    Сих новых и невыразимых словом вещей и разумений началом и породительницей бывает упомянутое пред сим безмолвие, при совершенном беспопечении и в соединении со вниманием и молитвою, имея основанием твердым и ограждением неодолимым исполнение божественных заповедей. От сих же, беспопечения, говорю, безмолвия, внимания и молитвы, – сердечное движение и теплота, страсти и бесов палящая, и сердце, как в горниле, очищающая, а от этой – Господа Иисуса Христа вожделение и неистощимое любление, от сего – сладкое, как из источника, течение сердечных слез, коими душа и тело, в покаянии, любви, благодарении и исповедании, как иссопом очищаются и утучняются, от них – тишина и мир помыслов, коему нет предела, яко всяк ум превосходящему, а от него – снегосиятельно светлое осияние. Конец же всего – доступное человеку бесстрастие, души прежде тела воскресение, образа и подобия Божия возображение и возвращение в сие состояние путем деяния и созерцания, веры, надежды и любви, также совершенное горе к Богу простертие, непосредственное с Ним соединение, исступление и почитие в Нем и стояние, в настоящем веке, яко в зерцале, гадании и залоге, а в будущем – видение Бога лицом к лицу, совершенное Его причастие и присносущное Им наслаждение.

    7) О том, что сей есть воистину незаблудный, истинный, и отцепреданный образ жизни по Богу, т.е. безмолвие после послушания, которое достойно названо святыми жизнью во Христе сокровенной.

    Сей путь, сие духовное по Богу жительство и священное делание истинных христиан есть истинная, незаблудная и неподдельная, во Христе сокровенная жизнь. Его проложил и к нему тайноводствовал Сам Богочеловек, сладчайший Иисус; по нему прошли божественные Апостолы; по нему проследовали бывшие после них, и им, как и должно,

    – 420 –



    последовавшие славные руководители наши и учители, которые, с самого начала, с первого на землю пришествия Христова даже до ныне, как светила, сияя в мире зарями живоносных словес и дел предивных, одни другим передавали и тем, кои в наше время суть, передали сие доброе семя, сей священный квас, сей начаток святой, сей залог некрадомый, сию благодать и силу свыше, сей бисер многоценный, сие божественное отеческое наследие, сие на селе сокрытое, сокровище, сие обручение Духа, сие царское знамение, сию живую и текущую воду, сей огнь божественный, сию честную соль, сей дар, сие запечатление, сей свет – и подобное сему. Что и отселе будет, как наследство, передаваемо и таким образом переходит из рода в род, до самого второго пришествия Христова. Ибо неложен обетовавший: се Аз с вами есмь до скончания века. Аминь (Мф. 28. 20).

    98) О том, что хотя и другие есть спасительные пути, но этот предпочтительно царский есть, ведущий к усыновлению.

    Хотя и иные пути и жительства, если же хочешь, и делания, были и суть в обычае, яко добрые, ко спасению ведущие и покой дающие тем, кои их проходят; но этот есть предпочтительно царский, все другие делания, как душа тело, пр6евосходящий, яко вполне обновляющий до усыновления Богу и дивно в Духе обожающий человека, который проходит его достодолжно, как говорит Василий Великий: "Дух святой, пришедши в душу, дал жизнь, дал бессмертие, воздвиг лежащего. Подвигнутое же от Духа Святого движением присносущным, стало животным, святым; и человек по Духу, всельшемуся в него, приял достоинство Пророка, Апостола, Ангела, Бога, суще прежде того землею и пеплом".

    99) По причине высоты – делания жительство сие многоименно.

    Сего ради святые отцы жительство сие величают многими славными наименованиями: они наименовали его путем разумным, деянием похвальным и созерцанием верным,

    – 421 –



    пространнейшей молитвою, трезвением ума, умным деланием, делом будущего века, Ангельским жительством, небесным житием, божественным поведением, страной живых, таинственным возреванием, духовною трапезою полнейшей, раем, Богом сделанным, небом, небесным царством, Божиим царством, мраком превысшим света, жизнью во Христе сокровенной, боговидением, обожением преестественнейшим и другими близкими к сим.

    Сим божественным отцам последуя, и мы, в лукавых и нечистых помыслах, словах и делах живущие, решились старательно исполнить твое, возлюбленный, прошение, и не поленились сделать, как ты просил, даже и больше меры нашей, твоей ради любви, и отеческой заповеди, как сказали мы в предисловии к сему труду. Жизни же сей равноангельной предводитель есть Сын Божий, Бог – Слово, по новому неизреченному воплощенному домостроительству Своему, по благоволению безначального Отца и содейству Святого Духа.

    100) Нравоучение, – что с Божией помощью и благодатью и нам, сколько можно стараться, должно и подвизаться; да сподобимся от – ныне еще в виде залога, таких сверхъестественных и величайших даров, и ради малого разленения, увы! да не упустим их: что да не буди нам!

    Когда такие и толикие предлежат нам блага, возлюбленные, не в надежде только, и по обетованиям в будущем, но ныне воистину и делом, возревнуем улучить их, пока имеем время. Потечем, восподвизаемся, да сподобимся их и мы, за малое и привременное рачение о них и краткий труд, паче же по дару и благодати Божией. Недостойны бо страсти нынешнего времени, к хотящей славе явиться в нас (Рим. 8, 18), по словам Павла, божественного проповедника. Послушаем его; и если отныне потщимся, обретем их, по уверению его, в виде начатка и обручения (Рим. 8, 23; 2 Кор. 1, 22). Потщимся же: ибо если приглашаемые из низкой доли к сродству и общению с царским домом, все для получения того

    – 422 –



    пускают в ход – и слова, и дела, и умышления, хватаются даже за самое недостижимое, с презрением нередко самой жизни; и это ради славы и чести привременной и скоропреходящей, служащей иной раз не на добро, а на пагубу; то сколько паче надлежит употребить и деятельности и рвения нам, призываемым к общению, браку и сочетанию с Богом, всех царей Царем и Содетелем, всегда пребывающим, и свойственникам Своим славу и честь подающим пресветлую и непрестающую, и не это одно, но еще с получением области чадами Божиими быть, как говорит Евангелие: елицы прияша Его, даде им область чадом Божиим быти верующим во имя Его (Иоан. 1, 12). Область дает Он, а не властительски влечет и не против желания нашего принуждает. Ибо властительское принуждение всегда вооружает принуждаемого против принуждающего, чтоб воздать злом за зло. Сим образом Он воздает честь древнему нашему самовластью, дабы, когда дело благое всецело делается по Его благоволению и благодати, совершение его приписывалось нашей ревности и рачению. Он, хотя Бог есть и Владыка, все Свое сделал: всех одинаково создал, за всех также и умер, чтоб всех равно и спасти. За нами же оставлено приступить к Нему, уверовать, сделаться своими Ему, истинно возлюбившему нас, человеколюбивому Владыке и Попечителю, до возжелания даже и смерть за нас подъять самоохотно, и смерть поносную, чтоб избавить нас от тиранства дьявола, началозлобного врага нашего, примирить с Богом и Отцом, и наследниками Божиими и сонаследниками Своими сделать. Что предивно и преблаженно. – Не дадим же себе, ради малого какого-либо и краткого самоугодливого разленения и вознерадения, и поддельного какого удовольствия отстранить себя от таких и толиких благ, честей и наслаждений; но ревностно, будем делать все подобающее, и всякие нести труды, не щадя, если потребуется, и самой жизни ради угождения Господу, как и Он не пощадил Своей ради нас, и притом Бог сый, – да сподобимся таким

    – 423 –



    образом и нынешних и будущих даров и венцов. – Буди же всем нам улучити их благоволением и благодатью Господа, и Бога, и Спаса нашего Иисуса Христа, столько Себя за нас смирившего и таковым смирением преестественную и Боготворную благодать Свою еще отзде самым делом богатно нам подающего. Ему подобает всякая слава, честь и поклонение, со безначальным и пречистым Его Отцом, и с соприсносущим и всесвятым, и благим, и животворящим Его Духом, ныне и присно, и вовеки веков. Аминь.

    – 424 –



     

     

    Текст приводится по изданию (в переводе на современную орфографию):

    Каллист и Игнатий Ксанфопулы. Наставление безмолвствующим // Добротолюбие. 2-е изд. Т. 5. М., 1900, с. 305-424.

     

    Номера страниц идут после текста.

     

    Электронный текст из Библиотеки сайта Христианская психология и антропология.

     

     

    Последнее обновление файла: 20.11.2011.

     

     

    ПОДЕЛИТЬСЯ С ДРУЗЬЯМИ
    адресом этой страницы

     


     

    НАШ БАННЕР

    (код баннера)

     

    ПРАВОСЛАВНЫЙ ИНТЕРНЕТ

     

    ИНТЕРНЕТ СЧЕТЧИКИ
    Rambler   Яндекс.Метрика
    В СРЕДНЕМ ЗА СУТКИ
    Hits Pages Visits
    3107 2388 659