ЦЕНТР
ХРИСТИАНСКОЙ
ПСИХОЛОГИИ И
АНТРОПОЛОГИИ
Санкт-Петербург


"мы проповедуем
Христа распятого,
для Иудеев соблазн,
а для Еллинов безумие..."
(1 Кор. 1, 23)
 

  • ГЛАВНАЯ СТРАНИЦА
  • МАТЕРИАЛЫ по христианской антропологии и психологии
  • БИБЛИОТЕКА христианской антропологии и психологии
  • Игнатий (Брянчанинов) свт. Полное собрание творений. Т. 6 (содержание)

  • ХРИСТИАНСКАЯ
    ПСИХОЛОГИЯ И
    АНТРОПОЛОГИЯ
    В ЛИЦАХ
    ГЛАВНАЯ СТРАНИЦА
    Участники проектов
    Направления деятельности
    Публикации, доклады
    МАТЕРИАЛЫ
    Библиография
    Персональная библиография
    Тематическая библиография
    Библиотека
    Библиотека по авторам
    Библиотека по темам
    Словарь
    Проблемное поле
    Контактная информация

    Поиск по сайту
     

     

     

    Игнатий (Брянчанинов) святитель

    Полное собрание творений

    Т. 6

     

    Приложение

     

     

    Святитель
    ИГНАТИЙ
    Брянчанинов

    ПЕРЕПИСКА СВЯТИТЕЛЯ ИГНАТИЯ С ОПТИНСКИМИ СТАРЦАМИ

     

    _______

     

    ПЕРЕПИСКА СВЯТИТЕЛЯ ИГНАТИЯ С ИГУМЕНОМ ИЛАРИЕМ

     

    _______

     

    ПИСЬМА СВЯТИТЕЛЯ ИГНАТИЯ К ПРЕОСВЯЩЕННОМУ ЛЕОНИДУ (КРАСНОПЕВКОВУ)

     

    _______

     

    ПИСЬМО СВЯТИТЕЛЯ ИГНАТИЯ К ХУДОЖНИКУ К. П. БРЮЛЛОВУ

     



    От составителя

    "Отечник" – первая книга святителя Игнатия, вышедшая в свет сразу же после его кончины. С той поры этот труд украшает сокровищницу Православия и с большой пользой назидает как монашествующих, так и мирян. Собственно "Отечник" содержит драгоценный духовный жемчуг, низанный святыми Отцами и подвижниками Божиими – этими вдохновенными мудрецами первых веков Христианства. Страху Божиему, умной, внимательной молитве, сердечному безмолвию и преданности вере Православной учили они не одних монашествующих, но и мирян, простых людей, мужественных и великодушных. Святоотеческое учение назидало: будем совершать земное странствование наше в страхе Божием, в трепете. Отцы говорили: свет, войдя в темный дом, изгоняет из него тьму и освещает его, так и страх Господень, вошедши в сердце человеческое, разгоняет мрак его, наполняет человека добродетелями и премудростью. Они учили смирению и простоте. В них покоится Святой Дух, ведь с Богом мы соединяемся смирением и сердечным плачем, очищающим нас от грехов. Пустынножители, лишенные душепагубных мыслей, стяжавшие истинное сердечное безмолвие, молитвенно входили в слезы умиления. Им было ведомо, что при свете благодати Святого Духа ум молится словами, а сердце – плачем. Памятование смерти, постоянное исповедование грехов, природная основательность ума – всё это необходимо для спасения души, и драгоценные изречения святых Отцов, приведенные епископом Игнатием в "Отечнике", дают основные о том понятия.

    Крупным вкладом в изучение творений самого Святителя явится публикуемая в этом томе обширная переписка его с известными деятелями Русской Православной Церкви и

     

    – 497 –




    отечественной культуры. "Приложение" открывается перепиской владыки Игнатия с Оптинскими старцами. Подготовлены письма к печати Ольгой Ивановной Шафрановой, известным исследователем бессмертных творений Владыки; в ее разысканиях много новых текстов. Собранные воедино материалы эти показывают исключительно прочную духовную связь подвижника Божия Игнатия с набиравшей спасительной силы прославленной обителью.

    Особенно близка была Святителю деятельность Оптинских монахов по возрождению на Руси старчества, возобновлению которого начало положил достопамятный носитель монашеского идеала Паисий Величковский. Его письменные труды – славянский текст Добротолюбия, а также наставления о душевном устроении и совершенствовании духовного разума – неисчерпаемая криница иноческого молитвенного делания. Переписка архимандрита Игнатия с иеромонахом Макарием как раз во многом и касается издательской деятельности Оптиной Пустыни, взявшейся за выпуск в свет образцовых переводов святоотеческих творений. Сам Архимандрит тогда же перевел знаменитую учительную книгу Иоанна Лествичника, назвав ее "Святая Лествица" (не опубликована), а несколько ранее переписывался с видным религиозным поэтом, князем Сергеем Александровичем Ширинским-Шихматовым, в монашестве Аникитой (скончался внезапно в 1837 года в Афинах). Князь помогал Архимандриту подбирать житийные тексты с поучениями подвижников Святой Горы Афонской.

    Когда архимандрит Игнатий приезжал в Оптину, то его уже у самого перевоза через Жиздру торжественно встречал старец Макарий с братией: так здесь любили отца Настоятеля. В своем давнем письме к иеромонаху Макарию (20 августа 1843 г.) он признавался: "Благословенная Оптина Пустыня не выходит из моей памяти. Приглянулась она мне, и Скит с его вдохновленною тишиною. Шум сосен, когда ветер начнет ходить по их вершинам, для меня приятнее, чем шум разъяренных волн, препирающихся с вихрями". Так поэтично, по-сыновнему, тепло и взволнованно вспоминал архимандрит Игнатий близкую его сердцу обитель. Обладая огромным вкусом и знаниями, он наравне с великими Оптинцами ревностно исполнял заветное служение – подавать русскому монашеству духовный жемчуг святоотеческого спасительного учения. Святитель Игнатий весьма высоко ставил монашеский подвиг

     

    – 498 –




    отца Макария, и когда старец скончался (7 сентября 1860 г.), то заметил: "Оптина лишилась души своей".

    Как родного встречали архимандрита Игнатия и в Угрешском монастыре, что уединился невдалеке от Москвы и со временем пришел в великое запустение. Поднимать его привелось игумену из простецов, трудолюбивому, предприимчивому и преданному православному делу Петру Дмитриевичу Мясникову, в монашестве Пимену, и его предместнику Иларию. С ними-то переписывался и встречался великий подвижник Игнатий – помогал им выправлять обитель, утешал в невзгодах. Они же платили ему искренней привязанностью и скромным сыновним послушанием. Кому как ни строителю Сергиевой пустыни Игнатию поверять было помыслы и разнообразные настоятельские планы? Угрештцы, не выступая из его воли, поверяли их своему наставнику чистосердечно. А Святитель обращался по поводу этих просьб к великому Архипастырю Московскому Филарету, к другим важным лицам, чтобы пособить "Угреше", как богомольцы называют этот их монастырь: старинное слово "угреша" от согревать – согревает души. Вскоре полуразрушенная обитель окрепла, похорошела, возвысилась храмами и монастырскими стенами с башнями. Здесь полюбили церковную живопись, знали в ней толк, и архимандрит Игнатий именно угрешским отцам поручал выбирать и приобретал для Сергиевой пустыни храмовые иконы и финифтяные образки. Раздел "Угреша" содержателен подробностями, существенно дополняющими известные жизнеописания святителя Игнатия.

    Долгие годы Владыка поддерживал духовные связи с выдающимся церковным деятелем Преосвященным Леонидом (Краснопевковым), обладателем утонченного литературного вкуса и обширных познаний как в сфере светской культуры, так и в части богословских дисциплин. К тому же он в совершенстве владел древними классическими языками, что позволило ему изучать творения святых Отцов в оригинале, а это было так близко Брянчанинову. К тому же Преосвященный Леонид всем своим духовным возрастанием во многом обязан святителю Игнатию: с младенчества бывал в Сергиевой пустыни, когда там настоятельствовал архимандрит Игнатий, а в годы юные, уже будучи блестящим флотским офицером, он решил идти по стопам своего идеала – Епископа Брянчанинова, сменившего видимую инженерную карьеру на тесную

     

    – 499 –




    тропу молитвенного устроения и ставшего умудренным и утонченным богословом. Лев Васильевич Краснопевков, впоследствии Преосвященный Леонид, по своему характеру и воспитанию во многом был похож на Преосвященного Игнатия, потому-то так дружественно встречались они и беседовали. В одну из таких встреч еще в 1847 году архимандрит Игнатий сказал отцу Леониду: "Идите своим путем, на время уединяйтесь, чтоб не дойти до рассеянности; потом выходите, да не одолеет Вас гордость и уныние". И верный его последователь достиг спасительным путем высоких вершин в духовном совершенствовании. В настоящем томе впервые публикуется несколько важных свидетельств о взаимоотношении этих двух выдающихся, благороднейших и талантливейших людей, двух родственных душ.

    В конце своей жизни Архиепископ Ярославский и Ростовский Леонид (Краснопевков) вспоминал в Николо-Бабаевском монастыре: "Преосвященный Игнатий первый познакомил меня с монашеством, первый преподал мне начала и правила иноческой жизни, руководил меня к ней и утвердил в решимости оставить служение миру… Может быть, не все его советы исполнил я в точности и потому пришел сюда, чтобы испросить у него прощение". В этом же монастыре, вблизи могилы своего учителя, Преосвященный Леонид и скончался, как о том и мечтал. И покрыли его мертвое тело мантией Епископа Игнатия.

    На последних страницах "Приложения" даны письма святителя Игнатия разным лицам. Среди них Обер-прокурор Святейшего Синода граф Александр Петрович Толстой, покровитель Н. В. Гоголя, М. П. Погодина и всех тех, кто от души потрудился на ниве православной культуры. Насильственно отторгнутый от исторической памяти Отечества, он ныне усилиями национально-мыслящих исследователей снова ставится в ряд замечательных личностей. И письма к нему Владыки подчеркивают значимость личности благочестивого Обер-прокурора, оставившего по себе самые теплые воспоминания боголюбцев.

    Отмечены новизной и разыскания, посвященные взаимоотношениям святителя Игнатия с покровителем науки и просвещения Авраамом Сергеевичем Норовым. Письма Святителя во многом являются продолжением его богословских творений.

     

    А. Н. Стрижев

     

    – 500 –


     

     

    Издание:

    Игнатий (Брянчанинов) свт. Полное собрание творений. Т. 6. – М.: Паломникъ, 2004.

     

    Текст в данном оформлении из Библиотеки христианской психологии и антропологии.

     

     

    Последнее обновление файла: 05.04.2017.

     

     

    ПОДЕЛИТЬСЯ С ДРУЗЬЯМИ
    адресом этой страницы

     


     

    НАШ БАННЕР

    (код баннера)

     

    ПРАВОСЛАВНЫЙ ИНТЕРНЕТ

     

    ИНТЕРНЕТ СЧЕТЧИКИ
    Rambler   Яндекс.Метрика
    В СРЕДНЕМ ЗА СУТКИ
    Hits Pages Visits
    3107 2388 659