НА САЙТЕ:
БИБЛИОГРАФИЯ:
> 7500 позиций.
БИБЛИОТЕКА:
> 2750 материалов.
СЛОВАРЬ:
анализ 237 понятий.
ПРОБЛЕМНОЕ ПОЛЕ:
критика 111 идей.

"мы проповедуем
Христа распятого,
для Иудеев соблазн,
а для Еллинов безумие..."
(1 Кор. 1, 23)
 

  • ГЛАВНАЯ СТРАНИЦА
  • МАТЕРИАЛЫ по христианской антропологии и психологии
  • БИБЛИОТЕКА христианской антропологии и психологии
  • Антоневич А. В. Православная антропология русского зарубежья (текст). – ОГЛАВЛЕНИЕ

  • ХРИСТИАНСКАЯ
    ПСИХОЛОГИЯ И
    АНТРОПОЛОГИЯ
    В ЛИЦАХ
    ГЛАВНАЯ СТРАНИЦА
    МАТЕРИАЛЫ
    Персональная библиография
    Тематическая библиография
    Библиотека
    Словарь
    Проблемное поле
    СТРАНИЦА Ю. М. ЗЕНЬКО
    Биографические сведения
    Публикации: монографии, статьи
    Программы лекционных курсов
    Всё о человеке: библиография
    Контактная информация

    Поиск по сайту
     

     

    Антоневич Александр Васильевич

    Православная антропология русского зарубежья:
    прот. Василий Зеньковский и архим. Киприан (Керн)

     

    1. 4. Василий Васильевич Зеньковский о метафизике личности и целостности человека.

    В своих исследованиях, касающихся вопроса метафизики личности, Василий Васильевич Зеньковский отмечал, что эмпирический метод в изучении человека скрывает в себе метафизику, которая требует прояснения и осознания, что современное метафизическое направление трактует сущность человека лишь в рамках идеализма, упуская учение об образе Божием, лежащим в основе христианской антропологии. Это учение забыто и в философии, и науке. А следствие не заставило себя долго ждать: натурализм [143].

    Киприан (Керн), сделавший классификацию мнений церковных писателей об "образе и подобии Божием", отмечал, что "этот вопрос не освещается святыми отцами единообразно" [144] и что не все учителя Церкви вкладывали в это понятие одинаковый смысл и содержание. Но такое несходство, однако, лишь углубляло проблему [145].

    Учение об образе Божием долгое время развивалось в рамках церковной догматики, и если поздние религиозные философы и касались этой темы, то во многом они опирались (а часто лишь повторяли) на то, что прозрели Отцы Церкви.

    В. В. Зеньковский не составляет исключения, но "Наиболее философичную по глубине осмысления и по-русски наиболее прочувствованную трактовку образа Божия в человеке дал В. В. Зеньковский, ему это удалось в силу сочетания в одном лице знаний, способностей мыслителя, богослова, педагога, столь необходимых для подлинно целостного и сущностного постижения человека" [146].

    Опираясь на разработанные принципы, основные положения и терминологию, Зеньковский даёт своё раскрытие содержания понятия "образа Божиего" – основополагающего понятия в христианской антропологии.

    Подчеркивая духовную природу этого образа, он, в то же время, не отделяет его и от "естественного" состава человека [147], показывая тем самым его целостность даже в греховном, расколотом состоянии: "человек всегда и во всём духовен, только духовность может иметь разные формы и в иерархическом смысле может занимать не одно и то же место в жизни человека. Между прочим, о теле должны мы сказать, что оно живёт в постоянной и интимнейшей связи с духовными и душевными процессами" [148]. Это означает, что образ Божий в человеке неотделим от его духа и тела, т. е. не "двусоставен" человек (natura pura + образ Божий), но живёт единой жизнью, в которой "все аспекты его существа, будучи неоднородными и иерархически не равноценными, связаны в живое, поистине органическое целое" [149].

    Сравним с тем, что писал по этому вопросу Вл. Лосский: "Ведь не только душа, но и тело человека создано по образу Божию" [150]. Значит образ не может быть приписан только какой-либо одной части человека. Более того, Лосский отмечал, что, отпадая от Бога, дух не может уже питать душу, и тогда он начинает сам питаться душой; душа же, в свою очередь, питаясь жизнью тела, заставляет его обращаться к неживой материи, от которой тело и гибнет [151].

    Сам собою назревает вопрос: а может ли человек вообще утратить образ Божий? Можно ответить так: "Человек, отказывающий себе в духовной жизни, тем самым теряет образ, "ибо в этом родстве человека с Богом через дух состоит смысл и содержание образа Божия в человеке" [152]. Скорее всего, в данном случае речь идёт лишь о затмении образа Божия в человеке, которое внешне проявляется как утеря его.

    Что касается Зеньковского, то он всё же говорит не об утрате образа, но о том, что рядом со "светлой духовностью" в человеке уживается и "тёмная духовность", которая, если ей настойчиво следовать, всё дальше уводит от Бога [153]. И всё-таки: "Грех, т. е. уход от Бога, попытка жить без Него, потому и не уничтожает, не устраняет образа Божиего, что самый грех возможен, лишь пока в нас есть образ Божий" [154]. И далее: "Грех есть всегда явление духовного порядка и по своей онтологии есть попытка стать Бесконечностью и тем обойтись без Бога. В онтологической неосуществимости этого и лежит источник "вечных мук", могущих найти свой конец лишь в смиренном возвращении к Богу" [155]. Зеньковский выявляет здесь трагическое положение человека, избегая крайностей пессимизма и оптимизма.

    Таким образом, человека нельзя отрывать от духовного. Но его нельзя отрывать и от чувственного, ангелизировать: наличие везде чувственного и везде духовного в человеке говорит о том, что он в основе своей целостен, только целостность эта не осознана им и проявляется разрозненно.

    Но, с другой стороны, Зеньковский отделяет образ Божий от духовного в человеке, а это значит, что "образ Божий есть в грешнике, но его нет в грехе" [156]. Греха нет также и в личности человека – он в его природе. Именно грех противопоставил личность и природу в человеке, т. к. "Духовная... природа (разум, свобода и моральное сознание) оказывается в человеке повреждённой, в то время как "личность" не повреждена" [157].

    Поэтому, заключает Зеньковский, образ Божий нужно искать в личности, а не в духовной сфере человека. Но так как в идеале личность присуща только Христу, соединившему в себе божественное и человеческое, помимо греха (Халкидон), Зеньковский использует понятие "индивидуальность" по отношению к падшему человеку, показывая тем самым такое состояние его, при котором, несмотря на повреждённость природы, ослабляющей личностное начало (его иерархическую доминанту), а значит и образ Божий в нём, всё же сохраняется та духовная целостность, посредством которой человек может вновь обрести своё первичное совершенство и силу. В этой чудом сохраняющейся целостности метафизической глубины человека (в образе Божием) даже в падшем, трагическом его положении, Зеньковский видит возможность спасения, "восстановления" утраченной полноты личности. Из этого положения, которое, несомненно, требует дальнейшего исследования, вытекает и оптимизм Зеньковского по отношению к воспитанию.

    Для апологии православной антропологии Зеньковскому необходимо было подчеркивать вновь и вновь, что протестантизм (особенно ранний) видел в грехопадении утрату образа Божиего человеком (пессимизм), что совершенно не сходится с традицией св. Отцов (Макарий Великий, св. Иоанн Лествичник, св. Исаак Сирин), утверждавших действенность образа Божиего в человеке. В православной антропологии реальность образа Божиего в человеке воспринимается как исходная интуиция и без веры в этот догмат (а также догмат творения) невозможно осмыслить христианское понимание мира и человека. Протестантизм, например, не может объяснить почему с утратой образа Божиего (а именно это утверждают протестанты) человек не превратился в животное, но остался человеком. Поэтому Протестантизм и впадает в большие трудности при попытках построения целостного учения о человеке.

    Зеньковский, таким образом, выражая православную точку зрения, видит образ Божий в человеке действенном, греховном. Также как Творец является залогом единства мира, так и образ Божий в человеке есть залог его цельности, той сохранённой ещё, но ослабленной, "испорченной" цельности, которая даёт ему возможность в свободе восстановить, "выпрямить" свою духовность до состояния богоподобия.

    Итак, образ Божий не есть духовность, но человека также нельзя мыслить "двусоставным", ибо он "живёт единой жизнью; все стороны, все "аспекты" его существа, будучи "неоднородными, сведены в живое, поистине органическое целое" [158]. Личность не отделена от духа, но отлична от него. Падшее состояние человека Зеньковский характеризует как некую "болезнь" личности, как степень отделённости человека от Бога, определяющей степень его греховности, человека, в котором возобладало индивидуалистическое над личностным, тем самым внеся противоборство между личностью и природой.

    Если упростить и огрубить до схематизма, то процесс "выпрямления" современного падшего человека можно выразить примерно так: индивидуум => индивидуальность => личность.

    В индивидууме преобладает природа, которая действует для себя, это то, что действует. Индивидуум имеет склонность быть замкнутым на себя, отделяться от Бога. В индивидууме образ Божий затемнён, нет движения к его раскрытию, но есть движение к "дурной бесконечности" внутри природы, т. е. индивидуум ищет бесконечность внутри себя, а не в Боге. Это движение Зеньковский называет "тёмной духовностью" (антропософией), которая опирается только на естественную духовность [159]. В индивидууме иерархический строй души (а значит и её целостность) [160] нарушен в большей степени, чем в индивидуальности.

    Индивидуальность – это уже открытость, движение к образу и подобию Божиему, к Богу, к Абсолюту. Индивидуальность – это способ осуществления действий; она отвечает на вопрос как действовать. Динамика индивидуальности направлена на раскрытие метафизики человека, показывает как сочетать природные и благодатные действия.

    Личность – это в первую очередь субъект действия, это тот, кто действует. Действия совершенной личности полностью определяются благодатью, в ней восстановлена целостность и иерархический строй души, она действует в свободе, не зная проблемы выбора, когда личная воля человека совпадает с волей Божественной.

    Строго следуя православной догматике, утверждающей неодинаковость духа человеческого и духа божественного, Зеньковский личность в человеке определяет как образ личности в Боге, который "есть лишь проводник "света истинного", исходящего от Бога" [161]. То есть, по образу, заложенному в нём, человек лишь подобосущен Богу, а не единосущен. Единосущен же каждый человек образу Божиему в себе, а через этот образ – всему человечеству.

    В образе Божием видят обычно разумность и духовность человека. Например, даже святитель Григорий Нисский отождествляет его с νους. По этому поводу Вл. Лосский писал, что "это всё ещё непреодолённая, унаследованная от Оригена идея συγγενεια. И наоборот, другие тексты того же автора... раскрывают всю динамичность человеческой природы: она... всегда находится между возможными подобием и неподобием, что предполагает, как нам кажется, иное понятие образа, нечто связанное с нашей личностностью и относящееся ко всем составам человека, не исключая и "кожаных риз". Ниже добавляет: "Независимо от того или иного толкования учения святителя Григория Нисского об образе, я лично считаю, что именно у него мы находим то единственное понятие образа... которое может ответить требованиям христианской антропологии. Человек, созданный "по образу", – это личность, способная постольку являть Бога, поскольку её природа даёт себя пронизать обожествляющей благодати" [162].

    Не расходясь в основе с положениями Вл. Лосского, Зеньковский даёт свою интерпритацию: образ Божий в нас не есть разум, ибо разум един с общечеловеческим, которое преуменьшает нашу личность. Образ Божий не дан нам, но задан: мы, как индивидуальличность. Образ Божий не дан нам, но задан: мы, как индивидуальности, осуществляем его через искание Абсолюта. Единство разума исходит от Бога и этот разум объединяет род человеческий. Но образ Божий раскрывается не через разум, а стремлением души к Богу [163]. В духовной жизни в нас рождается разум как объективация духовности, как функция томления души о Боге и этот разум открывается нам через единосущие личности и всего человечества. Но томления души и разумности недостаточно для раскрытия, для осуществления образа Божия в нас: необходимо личное (в более точном смысле – индивидуальное) обращение к Богу. Общечеловеческая разумность нас питает, а образ Божий через наше непосредственное усилие приводит нас к Богу, обоживает нас.

    Таким образом, разум есть производная от духовной жизни, которую, в свою очередь, Зеньковский определяет как... "функцию" образа Божия [164].

    Образ Божий не есть духовность, он также не есть и разумность, но, в то же время, он неразрывно связан с ними.

    Диалектика понятий (да и сами понятия, например, "функция", "производная"), которую пытается применять Зеньковский для трактовки учения об образе Божием, имеет здесь в своей основе скорее иррациональный, мистический оттенок и не лучшим образом подходит к применяемым объектам, но зато она более близка "научным умам" и тому научному мировоззрению, которое сформировалось в современной культуре. Зеньковский это понимает и като-апофатический метод оставляет на перспективу (впрочем, он здесь частично присутствует, если вчитаться), для умов, способных преодолевать ограниченность научного мировоззрения.

     

    [143] Зеньковский В. В. Об образе Божием в человеке // Вопросы философии. 2003. № 12. С. 147-152.

    [144] Киприан (Керн) архим. Антропология Св. Григория Паламы. Киев, 2005. С. 353.

    [145] Там же. С. 354.

    [146] Корольков А. А. Духовная антропология. СПб., 2005. С.264.

    [147] Зеньковский В. Принципы православной антропологии // Русская религиозная антропология. Т.2. Вып. 3. М., 1997. С. 439.

    [148] Там же.

    [149] Там же. С. 438.

    [150] Лосский Вл. Догматическое богословие // В. Н. Лосский. Очерки мистического богословия восточной Церкви. Догматическое богословие. М.,1991. С. 242.

    [151] Лосский Вл. Очерк мистического богословия. М., 1991. С. 95.

    [152] Корольков А. А.. Духовная антропология. СПб., 2005. С. 358; Мейендорф Иоанн прот. Введение в святоотеческое богословие. Вильнюс, М., 1992. С. 341.

    [153] Зеньковский В. проф. Проблемы воспитания в свете христианской антропологии. М., 1993. С. 76.

    [154] Там же. С. 75.

    [155] Там же. С. 75.

    [156] Зеньковский В. В. Принципы православной антропологии. Там же. С. 441.

    [157] Там же

    [158] Там же. С. 438.

    [159] Зеньковский В. В. Проблемы воспитания... Там же. С. 60-68.

    [160] Закон иерархии обеспечивает целостность человека и мира: нельзя произвольно изменять структуру (органическую связь). В этом и заключается отличие свободы от произвола. Суть свободы в том, чтобы осуществить цель (целостность) через реализацию данного, не нарушая, а утверждая его. Закон энтропии, обнаруженный наукой (Больцман и др.) подтверждает "погрешность" мира, т. е. факт "утечки" энергии вследствие падения сначала Люцифера, а потом и человека.

    [161] Там же. С.443.

    [162] Лосский В. Н. На страже истины. М., 2007. С. 182-183.

    [163] Зеньковский В. В. Об образе Божием. Там же. С.159.

    [164] Там же. С. 161.

     

     

    © Сайт Христианская психология и антропология (с персонального разрешения автора).

     

     

    Последнее обновление файла: 01.04.2016.

     

     

    ПОДЕЛИТЬСЯ С ДРУЗЬЯМИ
    адресом этой страницы

     


     

    НАШ БАННЕР

    (код баннера)

     

    ПРАВОСЛАВНЫЙ ИНТЕРНЕТ

     

    ИНТЕРНЕТ СЧЕТЧИКИ
    Rambler   Яндекс.Метрика
    В СРЕДНЕМ ЗА СУТКИ
    Hits Pages Visits
    3107 2388 659